Одно из главных событий полугодия – публичная ссора Михаила Фрадкова с Германом Грефом.

Шесть месяцев назад президент Владимир Путин выдвинул Михаила Фрадкова на должность премьер-министра. По мистическому совпадению 1 сентября у председателя правительства день рождения. Ему исполняется 54. Самое время для подведения предварительных итогов. За полгода кабинет министров положил в свой актив провал пенсионной реформы, топорную монетизацию льгот, а его глава обогатил чиновничий язык новыми неповторимыми оборотами.

На своем прежнем посту директора Федеральной службы налоговой полиции Михаил Ефимович запомнился лишь весьма узкому кругу лиц служебной инструкцией о создании вокруг компаний, «склонных» к уклонению от налогов, «обстановки нетерпимости антиобщественного поведения». Поэтому, когда 1 марта 2004 года президент предложил Госдуме рассмотреть его кандидатуру на пост премьер-министра, мало кто из депутатов хорошо знал послужной список чиновника с тридцатилетним стажем.

Предыдущего хозяина Белого дома Михаила Касьянова президент упрекал в том, что на правительственной повестке дня не стоит ни одной амбициозной задачи. Михаил Фрадков сам упрекает министров в неамбициозности и при этом делает это так образно, что не признать допущенных ошибок невозможно. Вообще, метафоричность премьера – отдельная тема.

«Фрадкизмы» – неотъемлемая часть имиджа премьера, как он сам – неотъемлемая часть политики президента во второй срок его полномочий. Отсутствие экономической политики у президента – полбеды. Когда ее нет у премьера, дело значительно хуже. Впрочем, это стало ясно не сразу. Поначалу о том, чем занято правительство, кроме реформирования самого себя, вообще было сложно рассуждать.

Некоторая ясность появилась, когда кабинет вдруг бросился менять очертания запущенной уже было пенсионной реформы. Сначала от нее отсекли всех, кто младше 37 лет. Подумав, премьер сам с собой не согласился и обещал вернуть все назад. Подумав еще, оставил как есть. Проект монетизации льгот был представлен поначалу такой, что не на шутку испугал даже самых верных исполнительной власти депутатов Госдумы. Опять стали где поправлять, где – продавливать. Закон приняли, но как его исполнять, никто говорить не отваживается.

По ходу дела стало ясно, что премьер противоречит не самому себе, а экономическому блоку правительства, в котором и есть главный смысл работы кабинета. Вылились наружу перепалки, часто весьма содержательные и принципиальные, с главой Минэкономразвития Германом Грефом и министром финансов Алексеем Кудриным. При этом стало очевидно: премьер в патовой ситуации. Своей экономической политики, которой ждет от него президент, у него нет, а кудринско-грефовская не нравится.

Научный руководитель Института проблем глобализации Михаил Делягин утверждает: в узких кругах Фрадкова прозвали Чебурашкой за добродушие, что отражает сочувственное отношение к руководителю. Сам же г-н Делягин считает Михаила Ефимовича «тефлоновым» премьером, поскольку неудачи правительства к нему не прилипают.

В аппаратной работе, по мнению весьма искушенного в ней эксперта, государственник Фрадков удачно противопоставил себя рыночным фундаменталистам в лице Грефа и Кудрина, но не смог привлечь в свой лагерь «обиженного либералами» вице-премьера Жукова. При Касьянове, напомнил Делягин, министры не позволяли себе публично возражать премьеру. А тут Алексей Кудрин заявил как-то, что, между прочим, в Великобритании министр финансов является самостоятельной фигурой и достаточно независим от главы кабинета.

Директор Института политических исследований Сергей Марков думает иначе: программа у Фрадкова есть, но воплотить ее в жизнь мешают козни либералов. Им-то, по версии г-на Маркова, и противостоит институционалист Михаил Ефимович, основывающийся на идеях экономиста Джозефа Стиглица о руководящей роли государства в экономике. «В России в политике – Штирлиц, а в экономике – Стиглиц», – заключает Сергей Марков.

Михаил Делягин считает достижением Фрадкова замедление «разрушительной реформы электроэнергетики», а провалами –пассивность во время обострений дела ЮКОСа и банковского кризиса, а также монетизацию льгот.

С коллегой в целом согласен Сергей Марков, полагающий, что здравая идея монетизации – заставить «льготные» деньги крутиться в экономике – была провалена в ходе министерских интриг, так как введение соцпакета убило положительный эффект от замены льгот деньгами.

Сопредседатель Совета по национальной стратегии Иосиф Дискин согласен с премьером во многом, в частности, в прогнозе роста ВВП: «Темпы роста в России валяются под ногами. По нашим оценкам, в будущем году прирост валового внутреннего продукта составит 8,5–9,5%». И если Делягин предрекает весной 2005 года обострение политической борьбы, которое может стоить Фрадкову кресла, то Дискин полон оптимизма: «Появился премьер, который поставил новые приоритеты. Пришла пора государству брать экономику в свои руки». Политолог Марков с ним согласен: «В конце концов линия Грефа подчинится линии Фрадкова».

Если отсутствие линии считать линией, страна от такого подчинения вряд ли выиграет. А тому, что премьер за полгода неоднократно успел поменять планы «вместе с линией партии», свидетельств много. Достаточно вспомнить историю пенсионной реформы, в которую сначала попали почти все, а потом – почти никто. То же – с жилищными законами, которые по идее должны были приниматься пакетом, но многие зависли на насколько месяцев. Впрочем, это, как говорят, дело техники. А правительство у нас, напомним, техническое.

ИЗБРАННЫЕ «ФРАДКИЗМЫ» Надо не щупать удвоение ВВП, а уколоть себя в одно место и активно работать. Если сегодня министры не видят себя в бюджете, то завтра жизнь заставит. Несколько месяцев прошло в рукопашной работе. Меня периодически одолевает мысль менять министров. Друг на друга. Мы проводили административную реформу для того, чтобы каждый министр понял безысходность ситуации. Министров должно трясти. Можем ли мы, удваивая ВВП, копнуть сразу на несколько штыков вглубь, а не щупать удвоение? Министру сельского хозяйства Алексею Гордееву: – Главное, чтобы что-то родилось после того, как вас пощупают. Министру экономического развития Герману Грефу: – То, что в вашем докладе появились наглядные иллюстрации в виде кружков, – это уже достижение. Министру чрезвычайных ситуаций Сергею Шойгу: – Сергей, ты даешь много поручений. Нарываешься!

АСТРОЛОГИЧЕСКИЙ ПРОГНОЗ Алексей ВАЭНРА, руководитель астрологического объединения «Созвездие»: – Позиции Фрадкова останутся совершенно стабильными еще полгода. Потом для него начнется напряженный период как минимум года на два, однако единожды взятых высот он не потеряет долго. Германа Грефа он одолеет, так как непредсказуем для главы МЭРТ. Греф иногда превосходит премьер-министра в тактике, но в стратегии Фрадков однозначно впереди. Экспресс-прогноз сделан по заказу «НИ».

Как вы оцениваете полгода деятельности правительства? Ирина ХАКАМАДА, руководитель оргкомитета партии «Свободная Россия»: – Какие можно подводить итоги, если за время правления Фрадкова ничего не изменилось?! «Супердостижения» премьера таковы: он дал понять, что за ситуацию в стране отвечают все министры кроме него, установил нормативы роста ВВП в советском духе, отменил отсрочку от службы в армии для студентов и направил в Думу военизированный бюджет. Геннадий ГУДКОВ, член комитета ГД по безопасности, фракция «Единая Россия»: – Главное достижение Фрадкова в том, что не было провалов. Хотя правительство стало незаметнее, зато оно работает без сбоев. Серьезный просчет в работе Фрадкова – не доведена до конца административная реформа. По-прежнему в стране сохраняется диктатура чиновников, а огромное количество госструктур занимаются коммерческой деятельностью. Виктор АНПИЛОВ, лидер партии «Трудовая Россия»: – Фрадков продолжил старый экономический курс, при котором страна полностью зависит от цены на нефть. Сейчас власть жует огромный «нефтяной» торт, который по стечению обстоятельств упал ей в рот. Когда она его дожует и цены на нефть упадут, то Михаила Фрадкова снимут, чтобы откреститься от его политической линии. Так сняли в свое время Немцова, чтобы отречься от «достижений» либеральных экономистов. С точки зрения Путина, по прихоти которого назначен Фрадков, полгода деятельности премьер-министра прошли удачно. С точки зрения народа – нет. Само существование Фрадкова – это наглядное проявление авторитаризма в России.

© 2008, «ЗАО «Газета Новые Известия»