Главная / Газета 25 Января 2016 г. 00:00 / Политика

«Сейчас всё – политика»

Законодательство об НКО уточнено таким образом, что стало еще более размытым

Екатерина Дятловская

Минюст разработал поправки в закон о некоммерческих организациях, уточняющие понятие «политическая деятельность». В частности, к таковой предлагается относить любые действия, оказывающие влияние на деятельность госорганов или оценивающие решения чиновников. Законопроект не только не вносит ясности в определение, но и добавляет ему размытости, констатируют правозащитники, в результате чего политической может быть признана практически каждая российская НКО.

В соответствии с поручением, данным президентом страны в конце ноября прошлого года, Министерство юстиции РФ подготовило изменения в закон об НКО, разъясняющие определение «политическая деятельность». Это понятие используется ведомством при признании организаций «иностранными агентами», а таковыми в стране к настоящему времени признаны уже более сотни организаций.

В законе об НКО указано лишь, что политической деятельностью считается участие «в организации и проведении политических акций в целях воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими государственной политики, а также в формировании общественного мнения в указанных целях». Такое определение вызывало критику правозащитников и юристов, заявлявших, что оно чрезвычайно размыто. В частности, этот вопрос был поднят и на прошлогодней встрече главы государства с Советом по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ), на котором Владимир Путин признал, что данное понятие «не должно быть резиновым».

В результате Минюст положение о политической деятельности «уточнил». В соответствии с законопроектом ведомства, под это определение должно подпадать участие в организации и проведении публичных мероприятий, дискуссий и выступлений, участие в наблюдении за выборами и референдумами, а кроме того, любые «публичные обращения к государственным органам, органам местного самоуправления, их должностным лицам, а также иные действия, оказывающие влияние на их деятельность». Политической деятельностью Минюст намерен признавать и «распространение, в том числе с использованием современных информационных технологий, оценок принимаемых госорганами решений и проводимой ими политики». И, наконец, к политической деятельности власти хотят отнести проведение и обнародование опросов общественного мнения как действия, «направленные на формирование общественно-политических взглядов и убеждений».

«Предложенные уточнения законодательства будут способствовать формированию четких и исчерпывающих критериев определения понятия политической деятельности», – утверждается в пояснительной записке к законопроекту.

Эксперты мнение чиновников о собственном законопроекте категорически не разделяют. «Конкретизация абсолютно не удалась: подавляющее большинство предлагаемых форм деятельности к политике на самом деле никак не относятся. Получается, что у нас сейчас всё – политика», – сказала «НИ» Анна Шароградская, глава Института региональной прессы, ранее признанного «иностранным агентом».

«Уточнения» крайне расплывчаты и потому являются абсурдными, соглашается директор Института прав человека Валентин Гефтер. «Это выглядит абсолютно неприемлемо, даже с точки зрения конституционных норм, согласно которым граждане имеют право влиять и оценивать деятельность государственных институтов», – сказал г-н Гефтер «НИ». При этом деятельность почти всех правозащитных организаций так или иначе связана с влиянием на решения властей, а значит, политической может быть признана работа фактически любого НКО, заметил он. «Так что инициатива Минюста – это худший выход из и так плохого положения. Хотя, наверное, и невозможно найти выход из ситуации, которая изначально была придумана как ловушка», – указал Валентин Гефтер.

Опубликовано в номере «НИ» от 25 января 2016 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: