Главная / Газета 1 Апреля 2013 г. 00:00 / Политика

Штрафной угар

Законодательные инициативы депутатов сегодня все чаще сводятся к многократным увеличениям денежных взысканий с граждан

ЮЛИЯ САВИНА

Выдумывание различных экзотических штрафов уже вошло в привычку Госдумы, избранной полтора года назад. Не так давно депутаты захотели разделить Россию на климатические зоны и ввести обязательную «переобувку» автомобилей. Штраф за езду на несезонной резине может составить 5 тыс. рублей, поскольку, по солидарному мнению парламентариев, из-за тех, кто катается на летних колесах зимой, возникают дорожные пробки. О том, что пробки возникают из-за того, что дороги не чистят от снега, парламентарии слышать не желают, поэтому ответственность для коммунальщиков или представителей власти городов и районов не вводят. По мнению экспертов «НИ», нынешние депутаты нижней палаты Федерального собрания РФ занимаются заурядным выкачиванием денег из населения для пополнения госбюджета, а заодно и для демонстрации своей важности и незаменимости (все под контролем!) в государственной иерархии современной России.

Штампуемые Думой законы о штрафах касаются уже не только оппозиции или СМИ – под их действие вскоре сможет попасть практически любой.<br>Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
Штампуемые Думой законы о штрафах касаются уже не только оппозиции или СМИ – под их действие вскоре сможет попасть практически любой.
Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
shadow
Открыли думскую штрафную кампанию санкции за нарушения на митингах, где для граждан предусмотрен штраф в 300 тыс. руб., а для должностных лиц – вдвое больше. Потом под раздачу попали некоммерческие организации, «выполняющие функции иностранного агента». Если НКО не состоит в специальном реестре таких организаций, а функции «агента» выполняет, то ей грозит штраф – для должностных лиц в размере 100–300 тыс. руб., для юрлиц – 300–500 тыс. руб.

Депутат Госдумы, один из авторов законопроекта по ужесточению ответственности за нарушения на митингах, Александр Сидякин заявил «НИ», что повсеместное введение денежного наказания – кажущееся явление. «Многие думают, что мы приняли штрафов больше, чем Думы других созывов, – комментирует парламентарий. – Я смотрел статистику, у нас этот процент меньше от общего количества законопроектов. Просто мы находимся сейчас в центре информационной атаки, и все, что интересно СМИ, – это, как правило, все, что связано со штрафами, с ужесточением ответственности, это выходит на первые полосы газет. и создается впечатление, что Госдума только этим и занимается. Мы рассмотрели с момента того, как начали заседать, около 400 законопроектов, только 20 из них так или иначе связаны со штрафами. Сами судите, это всего 5%».

Что касается непосредственно сути штрафов, то, по словам г-на Сидякина, депутаты зачастую даже отказываются от штрафных санкций, например, в отношении малого и среднего бизнеса, «чтобы облегчить нагрузку и ослабить административную упряжку». Но когда речь идет о нарушении общественного порядка, хулиганстве, осквернении предметов религии и культа, нарушении Правил дорожного движения, они исходят из принципа zero tolerance. «Так действуют все наши иностранные коллеги,- уверяет депутат. – Потому что «нулевая терпимость» должна быть в отношении тех людей, которые идут на нарушение закона сознательно. Если мы не будем реагировать, это по цепочке приведет к тому, что возникнет атмосфера безнаказанности. Реагировать нужно, в отдельных случаях даже жестко». Как один из авторов закона об ужесточении ответственности за нарушения на митингах, депутат утверждает, что правонарушений в этой сфере с принятием штрафов стало в разы меньше. Граждане якобы стали враз и дружно соблюдать законодательство, когда проводят митинги и массовые мероприятия.

Никто не спорит, что надо наказывать, например, тех, кто продает несовершеннолетним алкоголь. Другой вопрос, что нововведенный штраф в 30–50 тыс. руб. за это деяние получат немногие. На бумаге ответственность продавцов возросла, но не понятно, кто будет выявлять нарушителей. Все те же муниципальные депутаты или общественники, которые в паре с участковым и «подсадными» подростками обойдут несколько торговых точек в месяц? В нововведениях депутатов, как всегда, не хватает механизма исполнения закона. Эта же проблема будет и со штрафами, которые собираются ввести за нарушение прав потребителей. За обсчет, обвес или продажу просроченного товара депутаты предлагают штрафовать магазины на 10 тыс. рублей, а предпринимателей, торгующих на рынках, – до 100 тыс. рублей. Сомнительно, что после этого продавцы все правильно осознают, дружно «перекуются» и станут меньше обвешивать покупателей.

Буквально на днях в Госдуму был внесен законопроект, устанавливающий штраф в полмиллиона рублей за отсутствие предупреждения в рекламе о том, что биологически активные добавки не являются лекарством.

За рекламу табака, табачных изделий и курительных принадлежностей также собираются наказывать рублем: граждан – на 2–3 тыс. руб., должностных лиц – на 5–20 тыс. руб., юрлиц – до полумиллиона.

Ныне повышение штрафов охватывает практически все сферы жизни. В декабре парламентарии увеличили штраф за демонстрацию нацистской символики (отдать за такое деяние государству придется всего 1–2 тыс. руб.). А скоро могут принять законопроект, запрещающий пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних (первое чтение проект уже прошел). Инициатива предполагает штраф за это правонарушение для граждан 4–5 тыс. руб., для должностных лиц – 40–50 тыс. руб., а юрлицам придется раскошелиться на 400–500 тыс. руб.

Не отстают от коллег из нижней палаты парламента и члены Совета Федерации, недавно одобрившие закон, вводящий штрафы в размере до 200 тыс. рублей за нецензурную лексику в СМИ. А в прошлом году, как мы помним, уголовное деяние «клевета» тоже сильно «подорожало» – распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство или подрывающих репутацию, наказывается штрафом в размере до полумиллиона рублей, а клевета, соединенная с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, – до пяти миллионов российских дензнаков.

По словам замдиректора «Левада-Центра» Алексея Гражданкина, большинство населения, как ни странно, поддерживает любые репрессивные меры: штрафы, введение уголовного преследования, смертную казнь. «По умолчанию увеличение штрафов вызывает больше положительных реакций, нежели отрицательных, – констатировал «НИ» социолог. – Тем более если эти штрафы возлагаются не на рядового обывателя, а в адрес каких-то далеких от него организаций. Если бы наложили штрафы на употребление ненормативной лексики гражданами, люди бы еще повозмущались. А в случаях, когда дело касается общественных организаций, введение штрафов большинству кажется вполне уместным. Люди не видят в этом никакой политической подоплеки или попытки посягнуть на свободу слова, свободу действий и какие-то политические свободы».

Кажется, скоро не найдется сферы, где гражданину не грозил бы какой-нибудь крупный штраф. Тем не менее многие эксперты сомневаются в эффективности драконовских мер, которые вводятся парламентариями. Известно, что неотвратимость наказания (даже небольшого) куда более действенна, чем гигантские штрафы, которые применяются разве что для расправы с политическими оппонентами.

Выстроенная нашими законодателями модель наказаний – модель деградации бюрократического государства, полагает политолог Дмитрий Орешкин. «Сначала государство обманывает общественное мнение, предлагая простые и неправильные решения, – пояснил «НИ» политолог. – А наше общественное мнение всегда любит простые и суровые меры. Ему кажется, что это решает проблему. В значительной степени это самообман. Люди думают, что если за воровство установить расстрел, то воровства не будет. На самом деле будет, потому что люди воруют не потому, что не боятся кары, а потому, что искренне верят, что кары им удастся избежать. Люди не хотят анализировать реальные связи вещей. Например, есть ли связь между наличием смертной казни и количеством преступлений? Такой связи нет, но для простодушных людей задача не в том, чтобы решить проблему, а в том, чтобы успокоиться. Бюрократическое, авторитарное, популистское государство всегда этому потакает охотно, потому что народ на это ведется».

Между тем, похоже, уже и сама власть начинает верить в то, что, принимая закон, скажем, о гомосексуализме, она при помощи штрафов избавится от представителей ЛГБТ-сообщества. «Сейчас наши депутаты обманывают уже не только избирателей, но и самих себя, – полагает Дмитрий Орешкин. – Им надо сделать вид, что они чем-то занимаются. При этом они думают, что на самом деле решили проблему. Те штрафы, о которых они говорят, сами по себе беспомощны, но они играют очень существенную роль в качестве сигнала административному аппарату. Этот сигнал называется команда «фас». Когда повысили штрафы за несанкционированные пикеты, это значит, полиции, службе приставов, ФСБ ясным текстом дали понять: тебе теперь можно им кулаком в рыло дать. Потому что этой публикой власть недовольна, она им повысила штрафы. Конечно, эти охранители и раньше не особо блюли законы, но теперь они получили дополнительный сигнал – ребята, мочите по полной. Вот в чем функциональный смысл всей этой штрафной кампании».

В то, что от штрафа можно «отбиться», мало кто верит. Доверие к нашей судебной системе остается на низком уровне. Политические активисты уже знают, что показаниям сотрудников полиции судьи верят беспрекословно, сколько бы они эти показания ни меняли.

Первый вице-спикер Госдумы второго созыва Владимир Рыжков заявил «НИ», что в 1990-е годы такое количество репрессивных законов было невозможно в принципе. «И в первой Думе, в которой я работал, и во второй Думе, которой я отчасти руководил, большинство принадлежало оппозиции, – напомнил политик. – В частности, во второй Думе большинство было у коммунистов вместе с аграриями, в центре были регионалы, справа были «Наш дом – Россия» и «Яблоко». И там невозможно было «протаскивать» такие законы, которые сейчас принимаются в массовом порядке. Там всегда нужно было находить компромиссы. В целом 1990-е годы – это годы демократических настроений, и никому в страшном сне не приснилось принимать то, что сейчас принимают. Особой же разницы между четвертой, пятой и шестой Думами я не вижу. Эти три созыва не являются самостоятельным парламентом. Глупо считать, что это Дума принимает запретительные меры. Дума их просто штампует. А политические решения принимает исключительно Кремль». Владимир Рыжков уверен, что запретительные меры, которые так полюбили наши парламентарии, еще больше радикализируют протест, увеличивают градус конфронтации между обществом и властью, дестабилизируют обстановку в стране.

Опубликовано в номере «НИ» от 1 апреля 2013 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: