Главная / Газета 9 Августа 2012 г. 00:00 / Политика

Стоит ли свеч «Большая игра»?

Россия втягивается в конфликты на Ближнем Востоке, и последствия этого процесса непредсказуемы

КОНСТАНТИН НИКОЛАЕВ, МИХАИЛ ВИНОГРАДОВ, Нью-Йорк

Вчера далекая гражданская война в Сирии чуть было не приблизилась к России. Из этой страны пришла новость о гибели нашего соотечественника. К счастью, торжествующий рапорт Сирийской армии свободы о том, что им удалось уничтожить российского генерала, оказался выдумкой. «Убитый» генерал-майор запаса Владимир Кужеев, как оказалось, жив и здоров, находится в Москве и давным-давно не был в Сирии, где когда-то служил военным советником. В другое время к этой истории можно было бы отнестись всего лишь как к забавному курьезу. Однако в сложившейся ситуации она выглядит, скорее, как грозное предостережение. Россия слишком стремительно втягивается в многочисленные конфликты, которые вспыхнули на Ближнем Востоке после начала «арабской весны». И возможность того, что из-за волнений в этом регионе прольется кровь наших соотечественников, к сожалению, уже нельзя исключить на 100%.

Фото: EPA
Фото: EPA
shadow
Еще в XIX веке писатель Редьярд Киплинг ввел в обиход выражение: «Большая игра». Так он называл острое, на грани войны, соперничество между Россией и Великобританией (шире – странами Запада) за влияние в далеких от них восточных государствах. В дальнейшем этим же термином нередко называли противостояние СССР и США в «третьем мире». И вот теперь, если судить по реакции России и Америки на происходящее на Ближнем Востоке, создается впечатление, что времена Киплинга или даже «холодной войны» вернулись. Снова представители наших государств, как в былые времена, обличают друг друга с высокой трибуны ООН, используя лексику, казалось, навсегда оставшуюся где-то в 70-х годах.

В дипломатическом противостоянии счет пока ничейный. Россия «прозевала» резолюцию Совбеза ООН по Ливии, которая дала возможность США и их союзникам начать военную операцию, закончившуюся свержением Каддафи, но зато стала стеной против попыток Америки получить санкцию мирового сообщества на такую же интервенцию в Сирии. Однако в пропагандистской войне в целом США оказываются успешнее. Сам термин «арабская весна», с легкой руки американцев вошедший в лексикон журналистов и политиков всех стран, уже говорит об этом. «А ведь рассматривать череду сложных конфликтов, возникших по разным причинам, от повышения цен на продовольствие до конфликтов внутри властных верхушек, исключительно как «народные революции» против «тиранов» является чрезмерным упрощением», – заметил в беседе с «НИ» известный российский дипломат Олег Пересыпкин, десятки лет проработавший в странах Ближнего Востока. Наш собеседник выразил, пожалуй, общее мнение экспертного сообщества о происходящем в регионе. Как бы то ни было, если посмотреть, как освещают тот же конфликт в Сирии, скажем, российские федеральные каналы и ведущие телеканалы США – CNN или Fox News, невольно вспоминается поговорка о том, что «крайности сходятся». Рафинированные злодеи в репортажах американцев превращаются в защищающихся героев у наших, и наоборот. Подобные представления о происходящем на Ближнем Востоке, которые пропагандистский аппарат по обе стороны океана усердно вбивает в несчастные головы телезрителей, только мешают жителям обеих стран понять позиции друг друга. Что же на самом деле хотят выиграть в новой «Большой игре» Россия и США?

Игрок первый: наших бьют?

Часто, чтобы понять, почему Россия защищает атакуемых Западом арабских авторитарных лидеров, прибегают к экономической аргументации. Дескать, со свержением Асада, как и Каддафи, Россия понесет серьезные, чуть ли не невосполнимые экономические потери. Впрочем, если внимательно присмотреться, выяснится, что эта аргументация никуда не годится.

Ни Ливия, ни Сирия не являются настолько крупными торговыми партнерами нашей страны, чтобы угроза их потери могла оправдать те титанические усилия, которые прилагает Россия для спасения хотя бы режима Башара Асада. Самая прибыльная сфера экономического сотрудничества с Дамаском – продажа российского оружия. Но и потеря сирийского рынка не станет для нашего ВПК сколько-нибудь ощутимой. По данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира (SIPRI), одной из самых авторитетных международных структур, занимающихся мониторингом рынка вооружений, Сирия не входит в число 12 крупнейших импортеров российского оружия. Единственная из испытывающих давление Запада стран региона, потеря оружейного рынка которой может стать ощутимой для России, – это Иран. По подсчетам SIPRI, с 1992 по 2011 год объем импорта российского оружия в эту страну составил порядка 4 млрд. долларов. Это меньше, чем аналогичный показатель Алжира (порядка 5 млрд.), и совершенно не идет ни в какое сравнение с основными покупателями российского оружия – Индией и Китаем (около 20 и 30 млрд. соответственно).

Другое объяснение – поддержка былых союзников СССР «по привычке», в силу инерции, оставшейся с советских времен, – так же не выдерживает критики. Безусловно, в российском МИДе все еще можно найти «идейных» антиамериканистов и искренних сторонников арабского социализма. «Но в целом постсоветская ближневосточная политика России крайне прагматична. В ней нет места каким-либо идеологическим догмам. Это сплошной брак по расчету», – заметил в беседе с «НИ» президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.

Остаются другие объяснения, тесно взаимосвязанные между собой, – нежелание создавать прецедент, когда власть в стране с авторитарным режимом сменяется путем давления извне, и боязнь того, что ситуация в регионе дестабилизируется. Собственно, в той или иной мере оба этих аргумента звучат в заявлениях российских официальных лиц. Однако понимания российская позиция у американцев не находит. Уж больно она расходится не просто с геополитическими интересами США, но и с системой ценностей американского общества.

Игрок второй: в защиту старого друга

Ключом к пониманию позиции США в отношении событий в странах Ближнего Востока является отношение к одной из них, которая для большинства американцев значит больше, чем весь регион, вместе взятый, – к Израилю. «Мы не можем не поддерживать эту страну. Среди моих избирателей нет сотен тысяч арабов» – этими словами, сказанными 60 лет назад президентом США Гарри Трумэном, порой объясняют упорную поддержку Америкой Тель-Авива. Поддержку, которая перессорила Америку со всем арабским миром, превратив страну в глазах миллионов мусульман в исчадье ада.

Сейчас в избирателях у американских президентов давно уже есть сотни тысяч арабов. Однако ряды бескомпромиссных сторонников Израиля в США насчитывают десятки миллионов и вовсе не ограничиваются относительно немногочисленной (пять млн. из 300 млн. населения страны) еврейской общиной. Как это ни странно, гораздо более жесткую произраильскую позицию в Америке занимают не иудеи, а американские протестанты – прежде всего евангелисты, чье мировоззрение основано на почитании Ветхого завета. Не случайно опросы института Гэллапа с завидным постоянством фиксируют, что число поддерживающих Израиль в неприбрежных штатах США с консервативным христианским населением выше, чем в Нью-Йорке с его крупнейшей в мире еврейской диаспорой!

В результате американские президенты раз за разом оказываются в патовой ситуации: налаживать отношения с арабским и мусульманским миром как-то надо, а идти против своих избирателей нельзя. Единственный выбор, который в таких условиях у них долгое время оставался, – это поддержка консервативных сил на Ближнем Востоке, непосредственно ориентируемых на борьбу с СССР и его союзниками. Недостатки и опасности этого выбора в Америке осознавали еще до того, как «Аль-Каида» вступила на тропу войны с США. Но иного выбора не оставалось – до тех пор, пока не началась «арабская весна». Это событие органично вписалось в мифологию американского массового сознания, потому что соответствовало его главной идее, даже более мощной, чем религиозная, – идее свободы. «Американцам не нравится роль завоевателей. Они всей душой искренне убеждены в том, что миссия Америки – быть бескорыстным освободителем, – сказал «НИ» известный американский политолог Николай Злобин. – Аргумент «не для всех стран может подходить американская демократия» опровергается ими другим, с их точки зрения, железным аргументом: в США живут иммигранты со всего света, и их американская демократия устраивает». В этих условиях российские попытки убедить американцев в том, что диктатура может быть благом, а слабое правительство – злом, которое приведет ко всеобщему хаосу, не может не натолкнуться на стену непонимания. Ведь правительство, не вмешивающееся в жизнь граждан, есть в Америке. А как то, что есть в США, может быть злом?

Кто будет виноват?

Перспективы развития ситуации на Ближнем Востоке многим экспертам видятся крайне пессимистичными. Например, по мнению г-на Сатановского, регион неминуемо скатывается к большой войне. Вопрос лишь, где «полыхнет». Перекинется ли гражданская война из Сирии на соседние страны? Израиль ли атакует Иран или, напротив, Иран – Израиль? Или, может, обострившаяся обстановка на израильско-египетской границе перерастет в войну? В любом случае в будущую «заваруху» едва ли не будут вовлечены США. Что ж, такова воля американских избирателей, голосовавших именно за такой курс своих лидеров. Им пенять на себя.

А на кого пенять нашим согражданам? Институт социологии РАН недавно опубликовал исследование «20 лет реформ глазами россиян», где были проанализированы в том числе внешнеполитические предпочтения жителей страны. Оказалось, что в России вообще ничего не думают о странах Ближнего Востока. В отличие от американцев «своих» там для нас нет. Получается, если дело дойдет до слишком тесного вовлечения России в ближневосточные дела, то не будут ли претензии нашего общества адресованы своим властям?

Опубликовано в номере «НИ» от 9 августа 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: