Низы захотели и смогли

Протест гражданского общества не «слился», он вылился за пределы центральных площадей Москвы

ВЕРА МОСЛАКОВА

«Было 150 тысяч на Болотной, а вернулись к хороводу из 30 человек на Красной площади» – эту критическую фразу, адресованную лидерам сегодняшней оппозиции, все чаще можно услышать как со стороны сторонников власти, так и от наиболее радикальных идеологов революции. Их оппоненты призывают оценивать протест не количеством, а качеством – он не утих, просто принял иные формы, а главное, впервые за долгие годы стал понятным населению. «НИ» попытались разобраться в новых тенденциях, возобладавших у активной части гражданского общества.

В свободное от хороводов на Красной площади время московские активисты экспортируют протест в глубинку.<br>Фото: EPA. MAXIM SHIPENKOV
В свободное от хороводов на Красной площади время московские активисты экспортируют протест в глубинку.
Фото: EPA. MAXIM SHIPENKOV
shadow
Поиск виновных

Вожди оппозиции бездарны, протест «слит», а власть не поддалась ни на миллиметр – такое мнение уже несколько месяцев подряд высказывает на страницах своего блога лидер незарегистрированной партии «Другая Россия» писатель Эдуард Лимонов. «Их (так называемых оппозиционеров) ничему не научил сериал «Болотная», приведший их неумолимо к поражению, – пишет он. – Теперь будет сериал «Астрахань». Однако он грозит надоесть зрителям уже в следующем эпизоде, главное – нет и не будет победы».

Схожую позицию в последнее время озвучивают многие участники политического процесса, среди них и наиболее одиозные представители власти, и сами оппозиционеры, обвиняющие своих единомышленников в несерьезном подходе к борьбе и карнавальности.. Между тем сами главные действующие лица политических событий, а также политологи хоронить протест не торопятся. В первую очередь потому, что не устранены главные причины протеста. Люди по-прежнему остались недовольны происходящими в стране процессами, но теперь они не только недовольны, но и оскорблены.

«В нашем уличном протесте и в декабре, и в марте была некая дань уважения к власти, мол, мы выйдем, а власть должна как-то на это среагировать, – рассказывает «НИ» политолог Дмитрий Орешкин. – А власть никак не реагирует. В итоге люди поняли, что они этой власти безразличны, причем это стало понятно даже на самом бытовом уровне. Обществу дан наглядный урок – вы нам не нужны, и мы вас в гробу видали, стойте с белыми ленточками, а мы скажем, что вы стоите с презервативами. Вы там голодаете, да хоть сдохните, все равно власть будет в наших руках. Примерно такой месседж получает общество от власти».

То, что происходит сейчас, по мнению экспертов, является качественным изменением протеста, который ищет новые выходы, формы и выражения, новых лидеров. Протестное движение переформатируется, говорит лидер «Левого фронта» Сергей Удальцов. «Мы ищем новые формы. К теме честных выборов нужно присоединить социальные вопросы и проблемы регионов, – уверен он. – Главная задача – направить протест в правильное русло, не только ставить глобальный вопрос перевыборов, нелегитимности власти, но разрабатывать также локальные и региональные споры, экологические конфликты. То есть не давать жуликам и ворам спать спокойно по всем фронтам».

Цветные революции на российском пространстве

Депутат от «Справедливой России» Илья Пономарев называет главной тенденцией протестных настроений то, что они переместились из столиц на региональный уровень. «В нынешнем протесте главную роль играют люди, которые призывают перейти от слов к выводам, от выводов – к действиям», – объяснил депутат. Наиболее яркими проявлениями подобной трансформации протеста стали недавние события в городах Тольятти, Ярославле, Астрахани. Именно там нашлись личности, которые смогли объединить вокруг себя недовольных и привлечь внимание всей страны к своим проблемам.

Тенденция смещения протестной активности из центра в регионы связана с тем, что оппозиция осознала – победить можно, только объединившись вокруг единого кандидата, считает один из лидеров движения «Солидарность» Илья Яшин. «На федеральном уровне сделать это невозможно, так как даже если мы договоримся относительно чьей-то фигуры на президентских выборах, шансы на регистрацию все равно равны нулю, – говорит собеседник «НИ». – В регионах же такой шанс есть, и очень хорошо, что оппозиция стала его использовать. Демократия снизу – это правильная стратегия». По мнению г-на Яшина, главной ошибкой политических деятелей 90-х годов было то, что они посчитали, будто создать либеральный тренд достаточно только в Москве, а регионы его автоматически примут. «Этого не произошло, – констатирует эксперт. – Сейчас все начинают понимать, центром гражданского развития должны стать регионы».

Отметим, что еще три-четыре года назад никому бы в голову не пришло, что выборы мэра в отдельно взятом городе заслуживают какого-либо внимания, что влиять на власть можно где-то, кроме столицы. К примеру, выборы мэра Сочи в 2009 году, участие в которых принимал оппозиционный политик Борис Немцов, вызвали интерес разве что у активистов движения «Солидарность». В то время как наблюдать за выборами мэра в Ярославле в марте этого года приехало более тысячи москвичей, значительная часть которых еще полгода назад не имела к политическому процессу никакого отношения, а в поддержку бывшего кандидата Астрахани Олега Шеина в минувшую субботу вышли на улицы около трех тысяч горожан.

Политический плюс гражданский

Помимо политического регионального, налицо усиление и гражданского протеста. Общество учится жить в обход власти. Создаются независимые от государства системы подсчета голосов, например, «Лига избирателей», «Гражданин наблюдатель», «Петербургский избиратель», «Росвыборы», альтернативные организации, альтернативные пожарные дружины, альтернативные механизмы помощи больным, общество уже готово к тому, чтобы создать альтернативную полицию. «Оппозиция должна постараться сопрячь политический протест с протестом социальным, потому что он будет расти, – прогнозирует Алексей Макаркин. – В любом случае тарифы будут расти, то и дело поднимается вопрос о том, чтобы повысить пенсионный возраст, чтобы резко увеличить стаж, необходимый для полноценной пенсии, а все это сильнейшие раздражители для россиян. Реальные результаты зависят от того, сможет ли оппозиция сопрячь политику и социальную тематику. По крайней мере, так, как у нее пока получается сопрягать региональную и федеральную тематику».

Отточить мастерство

Реально взять власть в декабре оппозиция не смогла бы в любом случае, полагают опрошенные «НИ» эксперты. По мнению Ильи Яшина, мы получили бы вторую Манежную площадь. «У оппозиции не было договоренности прежде всего между собой, – говорит заместитель директора «Центра политических технологий» Алексей Макаркин. – Как при таком раскладе из них правительство формировать, когда они не смогли предложить общую политическую программу, хотя пытались сделать резолюцию митинга на Сахарова, но ничего не вышло. Оппозиции нужно научиться договариваться».

Именно сейчас лидеры и активисты получили такую возможность на уровне регионов. Новые лидеры оттачивают мастерство, учатся контролировать политические протестные ситуации, когда объединяются самые разные силы – от КПРФ до правых. Напряжение может быть больше, может быть меньше, но той вялости, когда на площади выходило по 50 человек, уже не будет, и, как считают собеседники «НИ», в этом главное достижение недавних протестов.

Новая волна

Еще один признак того, что протест будет только нарастать, политологи видят в том, что власть, вроде бы пойдя на некоторые небольшие уступки, снова пытается отыграть все назад. Так, уже есть решение президента России о выборах глав регионов, при этом тут же появляются одни за другими фильтры, и эти фильтры, как считают политологи, могут стать для власти дополнительной ловушкой. «Если в регионе появляется сильный кандидат, а он не пролезает через эти фильтры, где-то его блокируют, тогда народ тут же пойдет на улицу, а москвичи будут им помогать и требовать либо отмены этих фильтров, либо допуска этого конкретного кандидата, – говорит Алексей Макаркин. – Эти же самые фильтры могут породить дополнительные протесты».

Аналогичная ситуация возникает вокруг истории с упрощением регистрации партий. «Власть вроде как делает некие символические уступки, например, ослабление регистраций партий в надежде на то, что эти партии будут маленькие и слабенькие, что, впрочем, вполне разумно, – говорит Дмитрий Орешкин. – Но не факт, что этот сценарий будет работать на региональном уровне. Вполне возможно, что какая-то такая партия в каком-нибудь регионе может взять и победить на выборах. Муниципальные выборы станут для нынешней власти кошмаром».

Таким образом, протестные настроения не исчезнут, и в прежнее состояние, близкое к нулю, не вернутся – уверены эксперты. Любая ошибка власти, любой ее огрех, любая непопулярная реформа и дальше будут встречать довольно серьезное сопротивление. «Граждане умнеют и умнеют быстрее власти, потому что живут в реальной жизни, а власть – в башне из слоновой кости», – подытожил Дмитрий Орешкин.

Новости дня


shadow
Наверх