Главная / Газета 8 Июля 2010 г. 00:00 / Политика

Была бы честь

Российские чиновники все чаще обращаются в суды, чтобы защититься от критики

АРФИ ГЕВОРКЯН

Новостные ленты последних дней наполнены информацией, в которой вопрос защиты чести и достоинства является одним из самых животрепещущих. И прежде всего для политиков. Об этом свидетельствует череда бесконечных исковых заявлений в суды не только от столичного градоначальника Юрия Лужкова, но и от многих региональных лидеров. В числе последних событий, освещающих вопрос борьбы за честь и достоинство, – иск президента Башкирии Муртазы Рахимова к одной из телекомпаний.

За такую критику в России можно угодить на скамью подсудимых.<br>Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
За такую критику в России можно угодить на скамью подсудимых.
Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
shadow
«НИ» попытались выяснить, чем вызвана активность борцов за честь и достоинство: ростом самосознания или веяниями правовой моды? На основе опроса политологов, юристов, политиков и правозащитников «НИ» составили своеобразный «кодекс чести российского политика».

Если верить статистике Верховного суда России, то об активной гражданской позиции в вопросах защиты чести и достоинства говорить не приходится. В 2009 году по статье 152 УК РФ поступило всего 1588 исков. Это более чем в два раза меньше поступивших в 2004 году заявлений. Удовлетворено по итогам 2009 года всего 575 исков, что меньше, чем в 2004 году, в 2,5 раза. Причем, по сведениям, предоставленным судебным департаментом, совершенно не ясно, какая категория общества больше всего нуждается в защите чести, достоинства и деловой репутации. Хотя, если заглянуть в ежемесячный мониторинг Фонда защиты гласности, можно резюмировать: все чаще правом на защиту чести и достоинства пользуются чиновники и политики. Вынуждают их к этому, причем не реже, чем СМИ, идеологические оппоненты. Судя по мониторингу, чаще всего в «судебных дуэлях» честь отстаивается «по вертикали».

По мнению президента центра «Институт развития» Виктора Милитарева, «российские чиновники страдают от повышенного уровня самолюбия». «Эта тенденция восходит к средневековой королевской традиции. Наши политики и чиновники возвели себя в особую касту людей, к которым требуется проявлять особое деликатное отношение», – объяснил «НИ» политолог. Далеко за примерами г-н Милитарев ходить не стал: «Достаточно обратить внимание на опыт московского мэра». По словам эксперта «НИ», в современных российских реалиях речь идет не о чести и достоинстве, а о способе «зажима» нижестоящих по статусу и чину вышестоящими. «Во всем цивилизованном мире наблюдается прямо противоположная практика. На Западе институт борьбы за честь и достоинство возник как механизм защиты «слабого» от «сильного». А у нас же наоборот», – констатировал Виктор Милитарев.

В связи с обозначенной политологом тенденцией можно выделить несколько проблем. Как минимум, их три. Первая связана с «мутированной» интерпретацией понятия чести и достоинства. По словам руководителя Фонда защиты гласности Алексея Симонова, «у политиков несколько гипертрофировано понимание чести и достоинства». Представляемый экспертом «НИ» кодекс чести сформулирован по Шопенгауэру: «Честь и достоинство – это адекватность самому себе, состояние равновесия собственных притязаний и претензий к самому себе с действительными возможностями. Это внутренний баланс между внутренними желаниями и реальными возможностями».

«То, что сейчас происходит, это, скорее, борьба за репутацию. Сегодня в политике присутствует абсолютное попрание чести и достоинства. Первый признак – вырождение культуры речи», – считает Алексей Симонов. Дважды «поправший честь и достоинство столичного мэра» Леонид Гозман уверен, что «для людей, назначаемых вышестоящими, честь и достоинство – это лояльность и хорошее поведение».

Другой оппонент Юрия Лужкова Эдуард Лимонов, как политик, записал в свой кодекс чести «способность отвечать за свои слова и обещания, а также бескомпромиссность». В качестве примера, достойного подражания, лидер новой «Другой России» привел генерала де Голля и Черчилля. «Что касается современной России, то сейчас таких политиков нет. Если в царской России в обиходе было определение «фаворитизм», то сейчас оно заменено на «преемственность», – полагает политик.

Для лидера «Яблока» Сергея Митрохина понятие чести и достоинства политика неразрывно с честью и достоинством России. «Многие реалии российской жизни оскорбительны для граждан России. Например, коррупция, уровень которой опережает даже самые коррупционные страны мира. Сбор подписей, состояние пенитенциарной системы, фальсификация выборов, цензура в СМИ. Это унижает, задевает честь и достоинство как отдельно взятого гражданина, так и страну в целом».

По мнению адвоката Дмитрия Удальцова, защитить честь и достоинство можно только через иск в суд или через обращение в органы внутренних дел. Однако столичные суды являются своеобразной службой спасения чести и достоинства исключительно Юрия Лужкова. Напомним, что московский градоначальник является на сегодняшний день абсолютным лидером по числу выигранных дел. Всего он выиграл более 50 дел, в том числе у Бориса Немцова, Леонида Гозмана, Владимира Жириновского, Эдуарда Лимонова, Бориса Надеждина. Неудивительно, что безоговорочными судебными успехами мэра Москвы недавно заинтересовался Страсбургский суд по правам человека.

По мнению Виктора Милитарева, «эти победы свидетельствуют только об одном – о злоупотреблении служебным положением». Ведь Лужков выигрывает в судах подконтрольного ему региона.

«Страсбургский суд может рассмотреть «дело Лужкова» не в его пользу. И хотя Европейский суд может выносить решения по отношению к России только рекомендательного характера, но в политической жизни мэра Москвы, очевидно, произойдут перемены», – прогнозирует в беседе с «НИ» эксперт.

Чиновники не оставят судейских без работы.
Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
shadow Альтернативу суду нашел Леонид Гозман. «От решения суда истинная честь сейчас никак не зависит. Более действенный инструмент – это гласность. И с этой точки зрения проигранные в суде два дела я выиграл».

Эксперты видят в использовании исков в защиту чести и достоинства инструмент давления чиновников на оппозиционных политиков. Они усматривают в этом противоречие с декларированной Советом Европы свободой политической дискуссии в СМИ, Конвенцией по правам человека, а также недавно принятым постановлением пленума Верховного суда о практике применения судами закона о СМИ. Все документы объединяет один принцип – «свобода критики государства и общественных институтов».

В декларации о свободе политической дискуссии в СМИ отмечается, что политические деятели, заручившись общественным доверием, соглашаются стать «объектом общественной политической дискуссии», а значит, «общество может осуществлять за ними строгий контроль», в том числе подвергать жесткой критике в СМИ «то, как они выполняли и выполняют свои обязанности».

«К критике наши чиновники и политики относятся достаточно болезненно. И причина их исков не в желании отмыть грязное пятно, а в желании поставит на это место заплату, чтобы пятна не было видно, или, если получится, выколоть глаз соглядатаю, чтоб не совался», – считает Алексей Симонов.

Опубликовано в номере «НИ» от 8 июля 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: