Главная / Газета 29 Сентября 2009 г. 00:00 / Политика

Идем другим путем

Россия остается единственной страной, не поддержавшей реформу Европейского суда

НАДЕЖДА КРАСИЛОВА

Завтра на сессии ПАСЕ будет рассмотрен доклад «О политически мотивированных нарушениях в системе уголовного правосудия государств – членов Совета Европы», затрагивающий и положение дел в России. Между тем на прошлой неделе Госдума так и не ратифицировала протокол, который предусматривает реформу Европейского суда по правам человека. По мнению экспертов, отвергаемые законодателями документы создают дополнительные рычаги контроля извне за соблюдением прав человека в РФ. Наши же чиновники после вмешательства Страсбурга готовы уступать в частных случаях, но не торопятся устранять причины жалоб в Европейский суд.

У Европейского суда по правам человека есть свой взгляд на то, как соблюдаются эти права в нашей стране.<br>Фото: AP
У Европейского суда по правам человека есть свой взгляд на то, как соблюдаются эти права в нашей стране.
Фото: AP
shadow
Доклад ПАСЕ помимо России рассматривает ситуацию в Великобритании, Франции и Германии. В документе отмечается: несмотря на определенные улучшения, российская система правосудия по многим параметрам не соответствует европейским правовым нормам. У нашей же страны есть сомнения по поводу самих этих норм. В настоящий момент РФ до сих пор не ратифицировала четыре из 14 протоколов к Конвенции о защите прав человека и основных свобод в Европе.

Так, на прошлой неделе российский парламент в очередной раз отказался ратифицировать 14-й протокол к упомянутой выше конвенции. Он касается реформы Страсбургского суда и предлагает ускоренные процедуры рассмотрения жалоб. Но хорошо хотя бы, что тормозившие долгое время ратификацию этого протокола думцы, наконец, вспомнили про эту реформу. Парламентарии выявили лишь три претензии. Они выразили беспокойство тем, что комитет из трех судей может выносить постановление без судьи от государства-ответчика. Кроме того, наши законодатели возражают против права Европейского суда осуществлять расследование до решения вопроса о приемлемости жалобы, а также решать, каким образом государству-ответчику надлежит выполнять постановления Страсбурга. Все это отечественные депутаты оценили как вмешательство в национальный судебный процесс.

Напомним, что в очередной раз «завернутый» протокол был подписан Владимиром Путиным еще в 2006 году, но до сих пор пылится на Охотном Ряду. Причем Россия сейчас оказалась единственным государством, которое не поддержало реформу Европейского суда. Всем остальным странам, уставшим нас ждать, пришлось даже пойти на специальные ухищрения и принять так называемый протокол 14-бис. Благодаря этому европейцы уже пользуются всеми преимуществами ускоренного судопроизводства. Тем временем мы по числу исков в суд по правам человека находимся впереди Европы всей. Так, в 2007 году на рассмотрении в Страсбурге находилось 9 тыс. 497 российских жалоб. Это составляет четверть всех поданных заявлений. За 2007 год РФ была вынуждена заплатить 4,3 млн. евро в качестве компенсаций.

Камень преткновения между Европой и Россией, по мнению адвоката Анны Ставицкой, представляющей интересы российских граждан в Европейском суде, заключается в том, что государство и граждане воспринимают Европейский суд по-разному. «Наши граждане рассматривают его как благо, а государство – как вред, – рассказала она «НИ». – Само функционирование Европейского суда, получается, для нас – это камень преткновения».

По мнению экспертов, затягивание нашей страной реформы Европейского суда связано с банальным опасением получить в ответ усиленный поток проигранных дел. Эксперт Института прав человека Лев Левинсон отмечает, что доля дел и жалоб на наше государство и так очень велика.

Поскольку 14-й протокол направлен на упрощение и ускорение судебных процедур, то соответственно это приведет к тому, что решений будет применяться больше и выноситься они будут быстрее. Например, не понадобится столь детализированной процедуры расследования по очевидным, повторяющимся делам. «Это может раза в два раза ускорить рассмотрение исков, – заявил «НИ» г-н Левинсон. – Сейчас же меньше 2–3 лет жалобы обычно не рассматриваются». Татьяна Локшина соглашается: решения, которых и сейчас в отношении нашей страны много, просто могут посыпаться градом.

В этом протоколе также прописывается и более эффективный контроль над исполнением решений Страсбургского суда. Если присуждаемые материальные компенсации государство выплачивает, то с исправлением причин этих жалоб дело обстоит гораздо хуже. По мнению эксперта, проблема – в выполнении мер индивидуального и общего характера. Индивидуальные меры предполагают, что государство будет заново разбираться в рамках проигранного дела. «Если это касается, например, внесудебной казни в Чечне, то это значит, что необходимо расследовать дело, которое не было полноценно расследовано», – приводит «НИ» пример г-жа Локшина. Меры же общего характера предусматривают, что власть сделает все возможное на уровне законодательства и правоприменительной практики, чтобы подобные нарушения не повторялись в будущем.

Лев Левинсон тоже признает, что Россия аккуратно выплачивает проигранные суммы, но ничего не делает для того, чтобы нарушения не повторялись. Например, Европейский суд предписал нашей стране довести условия в российских СИЗО до европейских стандартов. И хотя, как признают эксперты, что-то действительно было сделано, до Европы мы пока недотягиваем почти ни по одному параметру. «То, что перегородка между столом и унитазом в камере увеличилась на 15 сантиметров, а сами размеры камеры остались прежними, ничего не меняет», – делает вывод правозащитник.

С Европой мы говорим на разных языках не только о судебной реформе, но и на многие другие темы. По-разному с большинством государств мы смотрим на право государства казнить своих сограждан. У нас ведь и смертная казнь до сих пор не отменена, а лишь приостановлена действием моратория. Он был объявлен до тех пор, пока во всех регионах страны не будут введены суды присяжных. Сейчас этот институт отсутствует лишь в Чечне, и власти республики уверяют, что с января 2010 года они готовы формировать суды присяжных. Но, как оказалось, к окончательной отмене смертной казни и это не приведет – чиновники не готовы.

По мнению Льва Левинсона, 6-й протокол к Конвенции, в котором содержится пункт об отмене смертной казни, давно бы ратифицировали, если бы не два «но». Волокита, по мнению правозащитника, объясняется исключительно политическими мотивами. Почти все российские политики с помощью этой выигрышной темы набирают голоса, поскольку общественное мнение настроено против отмены смертной казни. Сторонник этой меры, председатель думского комитета по гражданскому, уголовному, процессуальному и арбитражному законодательству, «единоросс» Павел Крашенинников соглашается: «Пока общественное мнение настолько сильно, что мы даже свою фракцию не можем убедить это сделать».

Всего наша страна не ратифицировала четыре протокола к Конвенции, это уже вышеназванные 6-й и 14-й, а также 12-й и 13-й протоколы. 13-й также касается отмены смертной казни, но, если 6-й предусматривает возможность ее применения в военное время, то 13-й такой «поблажки» уже не содержит. В свою очередь 12-й протокол прописывает все дискриминирующие обстоятельства – по признакам национальности, расы, пола, вероисповедания, социального положения и других параметров, – которые государство не должно допускать по отношению к своим гражданам. По мнению экспертов, если это ратифицировать, число обращений в Европейский суд будет расти как снежный ком.

Получат возможность жаловаться религиозные меньшинства, почувствовавшие себя в чем-то ущемленными по сравнению с носителями традиционных религий. Наверняка оживятся представители секс-меньшинств, которым, например, мэр Москвы Юрий Лужков, регулярно отказывает в проведении парадов в столице. Пожаловаться смогут и мигранты по поводу ущемления своих прав по сравнению с коренными гражданами. К слову сказать, Россия тут не одинока – этот протокол не ратифицировало большинство стран Европы.

Также РФ лишь частично ратифицировала Европейскую социальную хартию. Там есть набор обязательных статей, защищающих социальные права граждан. В целом мы их признали, но проигнорировали разделы, касающиеся трудового обеспечения: минимальной заработной платы, обеспечения равных прав иностранных мигрантов с коренными гражданами.

Тем не менее, по словам Павла Крашенинникова, у нас с Европой не так уж и много разногласий, гораздо больше общего. «Надо больше работать, находить общие точки соприкосновения, – излучает оптимизм депутат. – Это очень полезно для всех, и для них в том числе. Надо понимать, что везде разная жизнь, разные экономики, разный уровень жизни, социальные вопросы отличаются, и это надо учитывать».

Опубликовано в номере «НИ» от 29 сентября 2009 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: