Главная / Газета 14 Мая 2009 г. 00:00 / Политика

Экономическая самооборона

Безопасность страны определяется уровнем бедности и безработицы

НАДЕЖДА КРАСИЛОВА, МИХАИЛ СОЛОДОВНИКОВ

Вчера Дмитрий Медведев подписал Стратегию национальной безопасности России до 2012 года. Она заменит устаревший документ, принятый еще в 1997 году, который уже никак не отвечал современным вызовам времени. По мнению экспертов, главным отличием новой концепции стало выдвижение на первый план экономических и социальных критериев безопасности. В частности, впервые открыто признается, что Россия использует энергетические ресурсы для политического влияния. Правда, политологам не хватило в подписанном президентом документе конкретики, например названий угрожающих нам государств.

Президент обратил свой взор на внутренние и внешние угрозы.<br>Фото: АP
Президент обратил свой взор на внутренние и внешние угрозы.
Фото: АP
shadow
О необходимости принятия новой стратегии национальной безопасности президент заявил в прошлом году после начала военного конфликта в Южной Осетии. Проект был оперативно подготовлен Советом безопасности к марту этого года. Но представлен был лишь после внесения в документ некоторых, по утверждению Совбеза, чисто технических корректив. Сама стратегия определяется в документе, как «официально признанная система стратегических приоритетов, целей и мер в области внутренней и внешней политики, определяющих состояние национальной безопасности и уровень устойчивого развития государства на долгосрочную перспективу».

По мнению экспертов, от своего предшественника документ сильно не отличается. Специалисты называют в числе принципиально новых тезисов критерии, по которым теперь будет определяться состояние национальной безопасности страны. В первую очередь это экономические мерки: уровень безработицы, соотношение доходов 10% наиболее обеспеченного населения к 10% беднейшего, рост потребительских цен, уровень государственного внешнего и внутреннего долга в процентном отношении от ВВП. Далее идут социальные факторы: обеспеченность ресурсами здравоохранения, культуры, образования и науки. И только потом – военные: уровень ежегодного обновления вооружения и обеспеченность военными кадрами. В тексте отмечается, что перечень основных характеристик состояния национальной безопасности может уточняться по результатам мониторинга. Правда, цифры самих критериев в стратегии не приводятся.

Член президиума Совета по внешней и оборонной политике РФ Федор Лукьянов, назвавший эти критерии «любопытными», обратил внимание «НИ», что эти характеристики в основном носят экономический характер. «У нас традиционный взгляд на безопасность всегда базировался исключительно на военных аспектах», – напомнил эксперт. Более жестко, как считает политолог, прописан тезис об обострении борьбы за сырьевые ресурсы.

Впрочем, оценки аналитиков разделились. Так, по мнению президента Института национальной стратегии Станислава Белковского, какой-либо новой доктрины национальной безопасности в документе не содержится. «Никаких серьезных изменений государственной политики в связи с появлением этого документа ожидать не приходится, – сказал «НИ» политолог. – Нет четких обозначений приоритетных угроз для национальной безопасности». Зато директор Института военно-политического анализа Александр Шаравин сообщил «НИ», что это – документ, «без которого ФСБ, МВД и армия не могут принимать стратегических решений». В то же время он посетовал на то, что в стратегии содержатся лишь общие соображения, но не указаны конкретные «опасные» государства и что же конкретно может быть угрозой сегодня.

Большая часть концепции безопасности посвящена внешнеполитическим аспектам. Там, в частности, зафиксировано много раз повторявшееся российскими лидерами в выступлениях на международных конференциях утверждение о «несостоятельности существующей глобальной и региональной архитектуры», особенно в сфере действия НАТО. Говорится и о необходимости перехода от блокового противостояния к принципам «многовекторной политики». Авторы документа считают, что нужно более полно использовать ресурсный потенциал России. «РФ обладает достаточным потенциалом для того, чтобы рассчитывать на создание в среднесрочной перспективе условий для закрепления в числе государств – лидеров в мировой экономике», – отмечается в тексте.

Глобальный финансово-экономический кризис также нашел отражение в концепции. По крайней мере, его последствия сопоставляются по возможному ущербу с масштабами применения военной силы. Любопытный пассаж – открытое признание использования Россией своих энергетических ресурсов в качестве орудия политического влияния. По словам Федора Лукьянова, в российской внешней политике в последние годы «доминирует удивительная для государства откровенность». «Признание использования экономических рычагов дает дополнительный козырь тем, кто говорит, что Россия оказывает энергетическое давление на соседей», – полагает политолог.

Опубликовано в номере «НИ» от 14 мая 2009 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: