Главная / Газета 16 Декабря 2008 г. 00:00 / Политика

Заслуженный юрист РФ, судья в отставке Сергей Пашин:

«Статья о шпионаже – каучуковая»

НАДЕЖДА КРАСИЛОВА

Вчера группа представителей интеллигенции, юристов и правозащитников направила открытое письмо президенту с просьбой наложить вето на принятый Госдумой законопроект, ограничивающий деятельность присяжных. Напомним, что они теперь не смогут решать судьбу обвиняемых в терроризме, захвате заложников, массовых беспорядках, а также в измене и шпионаже. Практически одновременно правительство внесло в Госдуму новый законопроект, который значительно расширяет содержание понятия «государственная измена». Эта инициатива также вызвала протест правозащитников. К чему могут привести подобные законы, «НИ» рассказал один из авторов письма президенту заслуженный юрист РФ Сергей ПАШИН.

shadow
– Насколько урезание полномочий судов присяжных повлияет на объективность и справедливость нашей Фемиды?

– Мы жили с судом присяжных 15 лет. А потом, когда прошло столько времени после его введения, стали обрезать его полномочия. Нечто подобное, кстати, происходило в царской России, когда у присяжных стали отнимать дела после оправдания Веры Засулич. (Г-жа Засулич стреляла в петербуржского градоначальника Трепова. – «НИ») Но повторение этого пути – конечно, позор. Надо ведь иметь в виду, что Александр III, когда вводил особые формы судопроизводства, опирался на положение «Об усиленной охране», где речь шла о праве политической полиции в 10 губерниях России действовать согласно ситуации, не подчиняясь администрации и судам. А мы хотим ввести ограничения в регионах, где не объявлено ни военное, ни особое, ни чрезвычайное положение. Если суд присяжных чем-то мешает, то надо объявить чрезвычайное положение и тогда и разбирать дела в другом порядке

– Насколько оправданы доводы, что присяжные в некоторых южных регионах страны слишком часто оправдывают террористов?

– Я был во многих южных регионах – и в Дагестане, и в Ингушетии. И утверждать, что суды присяжных там бездействуют, не могу. В Дагестане за два с половиной года было рассмотрено 140 дел с участием ссуда присяжных. По половине из них были вынесены обвинительные приговоры, так что, по-моему, система работает нормально. Суд нужен не для того, чтобы упростить работу ФСБ, а для чистой проверки аргументов ФСБ. Если они не могут убедить присяжных, то грош им цена.

– То есть причина неэффективности кроется в том, что обвинение не может собрать достаточно доказательств?

– Да, оно не может доказать. Более того, потенциальные присяжные знают, что эти доказательства сплошь и рядом собираются с помощью пыток, фальсификаций, оперативно-разыскной деятельности вместо процессуальной. А в суде прокурору надо переубедить присяжных. Трудности, конечно, есть, но все они преодолимы. Суд присяжных – настоящая гроза для тех, кто сейчас фальсифицирует дела. Присяжные очень чутки к неправде. А если развязать руки правоохранительным органам, то они совсем распустятся. Это совершенно точно. Кстати, за 2007 год присяжные не рассмотрели ни одного дела о массовых беспорядках. Спрашивается, а какие основания обвинять их в том, что они будут плохо рассматривать эти дела?

– А почему не рассматривали?

– Не было дел и не было подсудимых, которые хотели, чтобы их рассматривали суды присяжных

– Принятые ограничения как-то связаны с финансовым кризисом?

– Я считаю, что это шаг в будущее, чтобы протестная энергия населения была заранее подавлена, чтобы люди не решали вопросы с помощью массовых беспорядков

– Насколько связано ограничение компетенции суда присяжных с внесенным на прошлой неделе правительством законопроектом, расширяющим содержание статей УК о шпионаже?

– Связь совершенно прямая. Статья о шпионаже – каучуковая, она очень неудачно юридически сформулирована, под эту норму можно подвести очень многое, что даже в советское время шпионажем не считалось. Таким образом, могут готовиться процессуальные средства для уголовного преследования людей.

– Какие дела могут попасть под измену и шпионаж в связи с новыми поправками?

– Шпионажем смогут считаться не только действия, угрожающие внешней безопасности государства, но и направленные против внутренней безопасности государства, в том числе и ее конституционного строя. Это позволит подверстывать под состав измены практически все, что угодно

– В поправках формулировка «враждебная деятельность» изменяется на «деяния». В чем отличие?

– Деятельность – это система поступков и действий, а деяние – одномоментный поступок или даже бездействие. При советской власти изменой, например, считалось недонесение. Когда обвиняемый не сообщил о преступной деятельности других лиц. Так именно был расстрелян Николай Гумилев, который сам ничего не сделал против советской власти. Но зато не донес на своих товарищей.

– Насколько быстро может быть принят закон?

– Сейчас они очень быстро принимаются. С судом присяжных депутаты управились за две недели.

Опубликовано в номере «НИ» от 16 декабря 2008 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: