Главная / Газета 26 Августа 2008 г. 00:00 / Политика

Секретные материалы

В России трудно получить даже разрешенную информацию, но можно купить запрещенную

КРАСИЛОВА НАДЕЖДА

Российские законы достаточно либеральны в том смысле, что каждый гражданин может узнать о властных органах почти все. Но этот либерализм бумажный. На деле все получается с точностью до наоборот.

shadow
По словам экспертов, чиновники у нас стараются засекретить все, что возможно. Например, официально получить данные даже о количестве самих чиновниках, или же информацию об их налоговых отчислениях в бюджет невозможно. А самый стандартный ответ на запрос гражданина в министерство или ведомство звучит так – «вас это не касается». Точно так же дела обстояли в советское время.

В сентябре в Госдуме будет рассмотрен в первом чтении законопроект «Об обеспечении прав граждан и организаций на информацию о судебной деятельности». В нем предлагается законодательно обязать российскую Фемиду обеспечить граждан «полной информацией о времени и порядке работы судов, о движении дел и заявлений в суде, включая информацию о времени и месте их рассмотрения, отложении и приостановлении». Автором закона выступил Верховный суд. Если в этой инстанции рассмотрение дел достаточно открыто, то уже на районном уровне граждане практически лишены возможности получить хоть какую-то информацию о деятельности судов.

Проблему открытости отечественного бюрократического аппарата в июле на совещании в Петрозаводске, посвященному компьютерным технологиям, поднимал и президент России. Тогда Дмитрий Медведев заявил о необходимости обеспечения прозрачности документопроизводства. По его словам, граждане должны иметь возможность проследить весь путь поданного ими документа в органах власти. Сегодня же практика показывает, что простому гражданину добиться каких-либо даже простых сведений весьма затруднительно. Чиновники на местах строго охраняют свою служебную информацию.

Как рассказал «НИ» председатель совета Института развития свободы информации Иван Павлов, недавно по его просьбе студенты-юристы провели интересный эксперимент. Напомним, что сам г-н Павлов в свое время был адвокатом обвинявшегося в разглашении военных секретов журналиста Григория Пасько. Студенты отправили в несколько государственных ведомств запросы с просьбой предоставить им самую обычную информацию и почти везде получили отказ. Ответ чиновников практически во всех случаях был стандартный. Общий смысл сводился к тому, что дать информацию ведомства не могут, потому что «просителям она не нужна». «Самая частая формулировка отказа в доступе информации, если сказать жестко: «это вас не касается». Более корректная звучит так – «вы имеете право только на ту информацию, которая непосредственно вас касается, затрагивает ваши интересы». Хотя бывает, что ведомства не желают делиться информацией в случаях, когда информация непосредственно касается граждан. Например, в случае угрозы здоровью. Эксперт привел пример. Недавно работник одного завода потребовал от санэпидемслужбы проверить, что за тяжелый запах постоянно стоял в цеху, в котором он работал. Рабочий из-за этого запаха заболел и был уволен руководством. Служба провела проверку, установила, что действительно проблемы были, но сейчас все в порядке. Причину запаха в ведомстве сказать ему отказались, объяснив, что «права на это он не имеет».

Эксперты отмечают, что по российскому законодательству почти вся информация, кроме той, что отнесена к государственной тайне, формально является открытой. Но в действительности это совершенно не так. Невозможно, например, узнать данные не только о доходах высокопоставленных лиц, но даже информацию о численности чиновников. При попытке выяснить численность чиновников «НИ» попали в заколдованный круг. В Росстате посоветовали обращаться в министерства, а там, в свою очередь, указали на статистиков. Завесой тайны окутаны также размеры налоговых отчислений, которые выплачивают граждане, о чем почти во всех странах Европы можно узнать через Интернет. Но, то, что не засекречено, можно легко купить.

О том, что базы данных, которые должны быть защищены, можно спокойно купить на рынке, «НИ» уже неоднократно писали. Диски с базами данных ГИБДД, налоговой инспекции или сотовой компании уличные продавцы предлагаю приобрести прямо на перекрестках столичных улиц. При этом ни один чиновник, виновный в утечке действительно закрытой информации, до сих пор наказания не понес.

Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
shadow Иван Павлов называет трех врагов открытости российской бюрократии. Это чрезмерная секретность, которая корнями уходит в историю, желание продать информацию и банальное равнодушие чиновников. «У нас очень любят устроить коммерческую лавочку из государственного предприятия», – отметил он. Эксперт приводит в качестве самого яркого примера национальные стандарты, ГОСТы (государственные стандарты качества), которые оценивают качество и безопасность продуктов и услуг. Базу данных можно купить официально и поставить себе на компьютер у федерального государственного унитарного предприятия «Стандартинформ». Чтобы поставить полностью базу данных всех действующих ГОСТов, по словам эксперта, нужно заплатить 220 тыс. рублей. Платной является также большое количество правовой информации – тексты официальных законов, указов, постановлений. Министерство юстиции через подведомственный научный правовой центр предоставляет право доступа из федерального реестра правовых актов. А чтобы приобрести данные о годовой бухгалтерской отчетности какой-либо из организаций, необходимо заплатить около 500 рублей.

Заместитель председателя комитета по безопасности Госдумы Геннадий Гудков считает, что ситуация с информацией примерно такая же, как в советские времена. «Только в советское время все делалось по политическим соображениям, чтобы запутать врага, а сейчас делается с целью запутать своих собственных граждан, – сравнил «НИ» депутат, – государство чиновников, естественно, защищает информацию о своем чиновничьем братстве с помощью всяких ухищрений. Получается, что часто де-юре – не тайна, превращается в самую большую государственную тайну». По мнению директора Института проблем информационного права Андрея Рихтера, закрытость информации связана прежде всего с тем, что до сих пор не принят закон о доступе граждан к информации из органов государственной власти и местного самоуправления. Этот закон разрабатывается по меньшей мере 15 лет. Последний раз Госдума приняла проект в первом чтении в апреле прошлого года, но на этом дело замерло.

Похожего мнения придерживается и председатель комиссии по свободе доступа к информации Иосиф Дзялошинский. «Закон, который существует почти во всех развитых странах (его приняли даже в Узбекистане и в Непале), нашим чиновникам принимать неинтересно», – говорит «НИ» Дзялошинский. Адвокат Павлов, в свою очередь, считает, что власть как была закрытая, так и осталась. При этом в праве граждан на получение информации ничего не меняется, причем еще с царских времен. «Вся коррупция, которая пронизала уровни власти, держится на том, что российская власть закрыта», – говорит «НИ» эксперт. Ситуацию юрист иллюстрирует шуткой: «В советское время, если спрашивал: «Я имею право?», то тебе отвечали: «Имеете», а если интересовался: «Я могу?», то в ответ звучало: «Нет, не можете».

Подобную практику закрытости информации руководитель Международного института политической экспертизы Евгений Минченко тоже связывает с коррупцией. «Часто преимущество имеют те люди, которые обладают той или иной информацией о деятельности органов государственной власти», – сказал он «НИ». Свою лепту в засекречивание вносят и многочисленные ведомства и организации, начиная от правительства и до местных управлений, которые объявляют сведения о своей деятельности служебной тайной. «Существует одна-единственная инструкция правительства о служебной тайне, где написано, что тайной руководитель может обозначить любые сведения, которые могут помешать ему работать, – говорит г-н Дзялошинский. – Это означает, что любой начальник может назвать всякий неудобный ему факт служебной тайной, и изъять эти данные из оборота». По мнению эксперта, это вступает в противоречие с положениями закона об информации, информатизации и защите информации, которые закрепляют право доступа физических и юридических лиц к государственным информационным ресурсам. Но чиновники не спешат выполнять уже существующие законы, закрепляющие право на информацию, а депутаты – принимать новые.


В США РАССЕКРЕТИЛИ ДАЖЕ СЕКСУАЛЬНЫЕ ПОХОЖДЕНИЯ ЧИНОВНИКОВ
В каких больницах США более высокий смертельный рейтинг? Ответ на этот вопрос, всегда волновавший миллионы людей страны, был тайной бюрократических администраций лечебных заведений. Но вот теперь Минздрав США, по настоянию «Центра защиты потребительских интересов», в опубликованном на страницах американской прессы докладе раскрыл эти секреты. В докладе приведены сведения смертельного рейтинга в зависимости от характера заболеваний в 4 тыс. 800 наиболее крупных больницах всех штатов страны. «Теперь каждый из нас может самостоятельно сделать выбор больницы, наиболее подходящей для лечения его заболеваний», – сказала «НИ» Анна Мостофи, вице-президент службы сервиса пациентов медицинского центра Чикагского университета Лойола.
Не так давно после того, как в Вашингтоне разразился грандиозный сексуальный скандал в связи с арестом содержательницы тайного публичного дома мадам Джейн Палфри, были рассекречены многолетние сладострастные тайны высших чинов Госдепа, сенаторов и конгрессменов. ФБР представила телекомпании ABC длинный перечень происшедших в высшем эшелоне столичной бюрократии сексуальных скандалов, начиная с 1797 года, когда тогдашний первый в истории США глава финансового департамента Александр Гамильтон имел сексуальные отношения с замужней женщиной Марией Рейнольдс. А заканчивался тот перечень концом 2007 года, когда заместитель Госсекретаря Рэндал Тобиас подал в отставку в связи с раскрытием его секретных связей с одной из проституток тайного публичного дома мадам Джейн Палфри. Раскрытие секретов высшего эшелона бюрократии всех без исключения частных и федеральных организаций стало возможно благодаря Закону о свободе информации, принятому в 1966 году. На его основе теперь ежегодно публикуются сведения о количестве служащих в тех или иных государственных учреждениях, источниках и суммах доходов членов правительства, включая президента США. Но вместе с тем Закон о свободе информации очень дорого обходится правительственным органам. Они несут большие расходы для найма дополнительных служащих, рассматривающих тысячи запросов правозащитных органов, прессы и частных лиц, а также при компенсации судебных расходов, когда рассматриваются спорные дела. На эти нужды, например, ЦРУ ежегодно тратит в среднем около двух миллионов долларов. «Закон о праве доступа граждан США к секретам бюрократии любого уровня важен с точки зрения защиты и удовлетворения гражданских прав любого из нас», – сказала «НИ» Анна Мостофи.

Борис ВИНОКУР, Чикаго

ЕВРОПА ЕЩЕ ТОЛЬКО БОРЕТСЯ ЗА ПРОЗРАЧНОСТЬ БЮРОКРАТИИ
Страны Европы сильно различаются по законодательству и практике доступа граждан к документам власти и архивам. Самой «прозрачной» в этом смысле является Швеция, где публичная открытость государственной власти гарантирована законом еще 1776 года, и каждый желающий в течение часа может получить справку о расходах любого министра. Среди наиболее «закрытых» – Франция, где сильны бюрократические традиции. Но общая тенденция – к сокращению государственной секретности. Во Франции по закону 1978 года любой гражданин может получить доступ к административным документам, подав заявление в специальную комиссию (CADA). Но ее решения носят рекомендательный характер, и в 50% случаях государственные органы их не выполняют, отговариваясь, что сведения имеют оборонное значение или приведут к разглашению тайны личной жизни. Большой резонанс получил скандал, связанный с отказом чиновников от науки предоставить данные об опытах на мышах на предмет воздействия генетически измененных продуктов. Оказалось, что за этим стояли интересы фирм-производительниц. Комиссия, как правило, отказывала и в доступе к дипломатической переписке МИД. Под грифом «военная тайна» долго хранились данные о выпадении на территории Франции радиоактивных осадков от чернобыльской аварии. Противники чрезмерной секретности указывают на примеры США, той же Швеции, а с недавнего времени и Великобритании. Там по умолчанию все документы открыты, а засекречивание – это исключение. Но и в этом случае можно подавать в суд, и только судья решит, действительно ли обоснован секретный гриф.
Подписанты открытого обращения к Саркози ряда общественных организаций и авторитетных деятелей с призывом изменить существующий порядок доступа к государственной информации отмечают, что Франция – одна из немногих стран, которые тормозят идущие в Совете Европы переговоры о будущей Европейской конвенции по доступу к государственным документам. Париж хочет ограничить действие конвенции доступом к документам лишь исполнительной власти, но не законодательной и судебной. Между тем проект конвенции (которую в случае ратификации будет обязана выполнять и Россия) и так отстает от норм транспарентности, действующих на территории большинства стран Евросоюза.

Александр МИНЕЕВ, Брюссель

Опубликовано в номере «НИ» от 26 августа 2008 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: