Секретный запрет

Вчера Мещанский районный суд Москвы отказал в удовлетворении жалобы корреспондента журнала «The New Times», гражданки Молдовы Натальи Морарь. Журналистка хочет опротестовать свое выдворение из России и запрет на въезд в страну. Вчерашнее решение г-жа Морарь считает «неправомерным» и обещает «продолжать борьбу» вплоть до Страсбурга.

Журналистка Наталья Морарь уже несколько месяцев пытается выяснить, почему в декабре прошлого года ее, возвращавшуюся в Москву из служебной командировки, вдруг выдворили из страны. Напомним, что она является гражданкой Молдавии, но давно живет и работает в России. До того как стать корреспондентом издания, она была сопредседателем движения «ДА!» вместе с Марией Гайдар, а также пресс-секретарем коалиции «Другая Россия». В посольстве России в Кишиневе ей разъяснили, что въезд на территорию РФ ей запрещен на неопределенный срок на основании пункта 1 статьи 27 закона РФ «О порядке въезда и выезда с территории РФ». Там сказано, что иностранцу не разрешен въезд в Россию, если это необходимо «в целях обеспечения обороноспособности или безопасности государства, либо общественного порядка, либо защиты здоровья населения». Какую опасность для государства или тем более здоровью населения представляет собой молодая журналистка, оставалось загадкой как для нее, так и для коллег. Позже она вышла замуж за корреспондента того же издания Илью Барабанова и в феврале предприняла еще одну безуспешную попытку вернуться в Москву.

В жалобе адвокат Юрий Костанов требовал признать незаконными действия и решения ФСБ, которые препятствуют ее возвращению в Россию для продолжения трудовой деятельности. Судебное заседание было закрытым. Как рассказал «НИ» Илья Барабанов, представители ФСБ сказали судье, что будут говорить, основываясь на документах, имеющих гриф «секретно» и документах для внутреннего пользования. По его словам, сотрудники ФСБ заявили в ходе выступления, что г-жа Морарь «занималась в России деятельностью несовместимой со статусом журналиста». «Что имелось в виду, мы не знаем», – отметил г-н Барабанов. Адвокат Юрий Костанов сказал «НИ», что мотивировочная часть решения ему пока неизвестна. «Было отказано, но со ссылкой на что, никто сегодня знать не может, потому что в суде был оглашен не весь текст, а только резолютивная часть», – сказал он. Он намеревается обжаловать решение Мещанского суда в Мосгорсуде. Ранее, 25 марта, Мещанский суд уже признавал законным действия правоохранительных органов, отказавшихся предоставить информацию адвокату г-жи Морарь о причинах признания ее персоной нон грата. В Центре общественных связей ФСБ России «НИ» подтвердили, что не комментируют ситуацию с журналисткой.

Наталья Морарь сказала «НИ», что решением суда она не удивлена. По ее мнению, если бы заседание проходило в открытом режиме, «все бы поняли – ни на что, кроме как на цирк, это не похоже».

«Конечно, мы будем продолжать дальше бороться, – заявила она. – Я буду всеми законными способами добиваться своего возвращения в Москву и, самое главное, признания решения ФСБ незаконным». По словам г-жи Морарь, в случае, если ей будет отказано в апелляции, то она будет обращаться уже в Европейский суд по правам человека. Отметим также, что еще до всей этой истории журналистка подавала документы на получение гражданства и как раз в апреле должна была получить ответ.

Глава Центра экстремальной журналистики Олег Панфилов, как и коллеги г-жи Морарь, объясняет нежелание властей впускать ее в Россию профессиональной деятельностью журналистки, которая писала на весьма острые темы. «Это месть за ее публикации и работу, – сказал он «НИ». – Формальных поводов для того, чтобы запрещать ей взъезд в Россию, я просто не вижу». Он не очень надеется на российское правосудие, но уверен, что журналистке стоит идти до конца и отстаивать свои права в Страсбурге. «Потому что нельзя спускать чиновникам, даже если они работают в спецслужбах, пренебрежение не только к российским законам, но и международному праву, – поясняет он, вместе с тем отмечая, что «сопротивление» г-жи Морарь и ее коллег это хороший пример для других журналистов. «Их судьба, их права должны быть завоеваны в борьбе, а не в таком молчаливом согласии», – подытожил он.