«Главное не наказание, а примирение»

Вчера состоялось официальное открытие третейского суда по правам человека, который будет работать на постоянной основе при движении «За права человека». В его состав вошли известные общественные деятели, в том числе Ирина Хакамада, адвокат Генри Резник, судья Сергей Пашин. Правозащитники не рассчитывают на вал политических дел, зато уверены, что будет много споров между СМИ.

Третейский суд по правам человека был учрежден 5 декабря минувшего года. Уже сформированы коллегии суда, среди которых коллегия по защите чести и достоинства, по гражданским спорам, жилищным спорам, общественно-политическим спорам, примирительная комиссия. Ему будут подсудны дела, связанные исключительно с гражданским судопроизводством. Третейский суд является альтернативой по отношению к государственной юстиции и его деятельность регламентируется законами «О третейских судах в РФ» и «О международном коммерческом арбитраже», а также рядом нормативных актов. Под третейским разбирательством понимается мирная форма урегулирования конфликта путем переговоров между сторонами. Выносимые решения могут быть двух видов: не подлежащие обжалованию и с правом обжалования. Это решают сами стороны. Стороны также имеют возможность выбора судей. Кроме того, разбирательство в третейском суде идет гораздо быстрее, нежели в обычном. При этом участники спора заранее обязуются исполнять вынесенное решение. Ответственный секретарь суда, адвокат Евгений Архипов отметил, что обычные суды заинтересованы в создании такого рода структур, так как сами по себе очень загружены.

По словам г-на Архипова, суд будет работать на безвозмездной основе. И для определенных социальных групп, например, пенсионеров или инвалидов, он таким и останется, а вот предпринимателям в дальнейшем придется платить. Лидер движения «За права человека» Лев Пономарев, отвечая на вопрос «НИ», признался, что пока у суда еще нет на рассмотрении ни одного дела. Но он отметил, что дел, связанных с ситуацией, когда обидчиком является государство, будет немного, поскольку в такой суд должны обращаться обе стороны, и трудно себе представить, чтобы чиновники валом отправились к правозащитникам. Ирина Хакамада, которая стала председателем коллегии по финансово-экономическим спорам, ожидает, что граждане будут обращаться для решения имущественных вопросов, например по поводу спорных земельных участков. Возможно также разрешение споров между партиями или общественными организациями. При этом она не видит перспектив в политических спорах. «Там изначально все враги», – сказала г-жа Хакамада и отметила, что считает перспективными судебные разбирательства между СМИ.

Лев Пономарев признался, что пока нет четкого понимания, какова судьба нового начинания. А вот Ирина Хакамада, напротив, говорит, что третейские суды – это наивысшая форма гражданского общества. «Здесь возникает доверие трех сторон, – подчеркнула она. – Обе стороны доверяют тем судьям, которых они сами же выбрали, соответственно доверяют полученному решению и исполняют его. Люди так устали от официальной волокиты». Необходимость создания суда она объясняет ситуацией в стране, когда российские суды нельзя назвать независимой ветвью власти. Суть же третейского суда в добровольности, когда обе стороны настроены на мирный компромисс. «Здесь главное не наказание, а примирение», – подчеркнула г-жа Хакамада. В России уже существуют подобные суды, например, третейский суд для разрешения экономических споров при Торгово-промышленной палате, но, как отметил Лев Пономарев, такие структуры носят «ведомственный характер». «Мы создаем открытый суд и с таким правозащитным флером», – сказал он.