А может, это фальшивка?

Глава ЦИК Владимир Чуров вчера призвал избирателей критически относиться к предвыборным соцопросам, так как они часто используются в качестве давления на избирателя. По мнению самих социологов, манипуляции с исследованиями общественного мнения имеют смысл только при наличии мощного административного ресурса. При этом исследователи признают, что непрофессионалу очень трудно отличить настоящий опрос от предвыборных манипуляций. «НИ» узнали у экспертов, каковы же основные критерии, по которым можно отличить настоящий соцопрос от фальшивки.

Выступая с лекцией для студентов Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов, Владимир Чуров, в частности, заметил, что социологический опрос – это хорошее оружие политтехнологов. Как пример использования соцопросов в ходе предвыборной кампании глава ЦИК назвал так называемый метод заманивания. Он заключается в том, что политическая партия заказывает опрос, в котором завышаются показатели конкурента, из-за чего, как выразился г-н Чуров, «конкурент радостно потирает руки и снижает активность агитационной кампании», а на выборах получает результаты гораздо ниже, чем в соцопросах.

Социологи отмечают, что непрофессионалу непросто отличить настоящий опрос от предвыборных манипуляций. «Как вы отличите порядочного человека от жулика?» – интересуется руководитель «Левада-Центра» Лев Гудков. Однако есть критерии, на которые следует обращать внимание. «Важно, насколько та или иная исследовательская организация раскрывает свою технологию, – пояснил «НИ» г-н Гудков. – Публикует ли она методику и технику сбора информации, каков стаж ее работы, насколько она заявила о себе в профессиональном сообществе». Однако и здесь можно ошибиться. «Есть небольшие компании, которые проводили очень качественные исследования, и были большие организации, которые собирали не очень достоверную информацию», – вспоминает социолог. Глава ВЦИОМ Валерий Федоров говорит, в свою очередь, о том, что есть несколько компаний, которые достаточно серьезно относятся ко всем деталям и тонкостям процесса опроса. «Они блюдут свою репутацию и не допускают каких-то откровенных ляпов, а тем более заказухи», – заметил он «НИ». Лев Гудков убежден, что манипуляции с социологическими опросами к реальной политической борьбе не имеют отношения. «Работа политтехнологов имеет смысл, когда существует значительный административный ресурс, то есть когда избирательное поле вполне управляемо, – полагает он. – Там для того, чтобы что-то подкрутить, отладить, вполне могут использоваться те методы, которые Владимир Чуров называет «приемами заманивания». Это используется тогда, когда принципиальная разница платформ и программ у партий стерта. А это ситуация только последних лет, когда оппозицию оттеснили с политического поля. Там, где речь идет о конкуренции, эти технологии не эффективны».

Разумеется, социологические опросы не являются истиной в последней инстанции. Эксперты ориентируются на результаты исследований социологов, но не склонны слишком переоценивать их. «Вспомним 2003 год, когда всем партиям, представленным в парламенте, по всем соцопросам гарантировали прохождение в парламент, – сказал «НИ» руководитель Независимого института выборов Александр Иванченко. – Итог состоял в том, что «Яблоко» и СПС не попали в Думу. Результаты выборов существенно опровергли прогнозы социологов. Я считаю, что соцопросы – это такая разминка до избирательной кампании». Напомним, что перед выборами 2003 года социологи прогнозировали попадание СПС и «Яблока» в Думу, причем «правые» опережали «яблочников». Но после выборов оказалось, что представители СПС набрали лишь 3,97%, а «яблочники» – 4,3%. Зато блоку «Родина» как новообразованной структуре социологи предсказывали рейтинг около 4%, но, по данным ЦИК, они набрали 9,02%, что стало для всех сюрпризом. По мнению экспертов, такая разница между исследованиями социологов и результатами выборов во многом объясняется тем, как проходила предвыборная кампания 2003 года. Использование административного ресурса в пользу одних партий и, как любят выражаться оппозиционеры, «палки в колеса» для других, социологи предугадать не могут.

Свою роль, по мнению Льва Гудкова, играет и то, что избиратели по-разному включаются в процесс и у каждой партии они консолидируются по-своему. «Скажем, у коммунистов очень организованный и инертный электорат, – приводит он примеры. – Избиратели ориентируются на эту партию, она давно с ними работает. Другое дело ЛДПР или электорат «Родины» (блок на выборах в Думу 2003 года, сейчас влился в состав «Справедливой России»). Это рыхлый электорат, он мобилизуется в последние недели. Он ориентируется не на программные вещи, принципиальные лозунги, а на лидера. Соответственно такой электорат очень не устойчив».