Главная / Газета 18 Мая 2007 г. 00:00 / Политика

Запрет на профессию

В различных регионах журналистов все чаще вынуждают менять работу и даже место жительства

АЛЕКСАНДР КОЛЕСНИЧЕНКО

На следующей неделе Тындинский райсуд Амурской области в очередной раз рассмотрит дело об увольнении главного редактора муниципальной газеты «Авангард» Марины Михайловой. Уже почти год она пытается восстановиться на работе. Формальная причина увольнения – злоупотребление правами журналиста. Г-жа Михайлова утверждает, что ее уволили за статьи об уголовных делах в отношении двух заместителей мэров и о незаконных решениях городской администрации в сфере ЖКХ. Комментируя это ЧП местного масштаба, председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов заявил «НИ», что есть много примеров, когда журналист теряет работу из-за того, что «не соответствует стратегии или тактике власти в регионе». Сопротивление в таких случаях бывает «очень трудным, и редко когда удается победить».

ВЛАДИМИР ТИХОНОВ, КАЗАНЬ. РИСУНОК ПРИСЛАН НА КОНКУРС КАРИКАТУР «НИ»
ВЛАДИМИР ТИХОНОВ, КАЗАНЬ. РИСУНОК ПРИСЛАН НА КОНКУРС КАРИКАТУР «НИ»
shadow
Бывший главный редактор кемеровской газеты «Российский репортер» Александр Косвинцев с декабря прошлого года живет во Львове. Украинские власти сейчас рассматривают вопрос о предоставлении российскому журналисту убежища. Покинуть Кемерово Александру пришлось после публикации расследования о том, как один из местных высокопоставленных силовиков, будучи пьяным, застрелил из пистолета подростка. По словам директора Центра экстремальной журналистики Олега Панфилова, «это не единичный случай» – тех репортеров, кто был вынужден сменить место жительство и профессию, уже десятки, если не сотни человек.

На любую статью в газете найдется статья УК

Александр Косвинцев не первый российский журналист, который ищет политического убежища в другой стране. В Берлине уже третий год по программе ПЕН-Центра «Писатели в изгнании» живет чеченская журналистка Майнат Абдуллаева, которая была вынуждена бежать с маленькой дочкой из Грозного. Журналистка готовит репортажи на чеченском языке для Радио «Свобода», пишет книгу воспоминаний и убеждена, что война на ее родине еще не закончена, иначе «что там делают 80 тысяч российских солдат и почему в Чечню не пускают свободных журналистов?».

Год в Германии прожила и белгородская журналистка Ольга Китова, пока в России в отношении ее велось уголовное дело по пяти статьям УК. Потом дело закрыли, и областная прокуратура даже официально извинилась перед представителем прессы. Ольга вернулась в Белгород, стала писать статьи, и снова начались преследования. «Я пишу про деньги. Про те деньги, которые поступают в бюджет, и про то, какими путями они из этого бюджета расходятся», – рассказывает репортер о своей работе. Несколько месяцев назад губернатор Евгений Савченко отсудил у журналистки 10 тыс. рублей и 300 тыс. рублей – у газеты «МК в Белгороде» за публикации о бюджетных кредитах и налоговых льготах отдельным компаниям. Сейчас приговор обжалуется в Верховном суде. Г-жа Китова убеждена в своей правоте, так как, по ее словам, губернатор оспаривал не факты, а выводы.

Президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов пояснил «НИ», что преследуемые в регионах журналисты – это, как правило, «расследователи или правдолюбы». А если журналист «сочетает одно с другим, тут уж выходит полный кошмар».

Три условных срока за клевету

На протяжении четырех лет Владимир Мальцев из Йошкар-Олы, столицы республики Марий Эл, боролся за свою газету «Добрые соседи». Когда газету запретили печатать в республике, он выпускал ее в соседних регионах. Когда с «Добрыми соседями» отказались сотрудничать и типографии соседних регионов, газету стали печатать в Москве. Главного редактора избивали, поджигали дверь его квартиры. Редакцию выселили из занимаемого ею помещения «в связи с производственной необходимостью», хотя арендная плата вносилась своевременно. Один за другим следовали судебные иски. Г-на Мальцева уволили из университета, где он преподавал, а его взрослые сыновья лишились работы на нефтеперерабатывающем заводе и в банке. Хотели уволить и его жену-учительницу, однако ее спасло заступничество директора школы. Но денег становилось все меньше, газета выходила все реже, пока в минувшем году не закрылась окончательно.

Алексей Симонов считает, что в закрытии «Добрых соседей» есть доля вины редактора, так как «газета не предпринимала попытки конструктивного диалога и мочила всех почем зря». По словам правозащитника, в России есть категория редакторов провинциальных изданий, которые «могут только так, как могут, и никак иначе, считая это за доблесть». И «поскольку они всегда были главными в своих газетах, гибкость – совершенно не их категория».

Несколько месяцев на грани закрытия находилось интернет-издание «Новый фокус» из столицы Хакасии Абакана. В отношении его главного редактора Михаила Афанасьева за последние три года было возбуждено 10 уголовных дел, и журналист уже имеет три условных срока за клевету. Клеветой суд счел, к примеру, материалы о том, что одного высокопоставленного регионального чиновника уволили не просто так, а из-за взятки, а другого задержали на охоте с пулеметными патронами. Всякий раз редактор представлял в суд свидетелей, но судья их показания во внимание не принимал. Наконец, в декабре минувшего года милиционеры попросту конфисковали сайт «Нового фокуса» под тем предлогом, что у него нет регистрации как средства массовой информации. После вмешательства Росохранкультуры, разъяснившего, что регистрация сайтов в качестве СМИ не является обязательной, Михаилу Афанасьеву интернет-ресурс вернули, однако суд все равно оштрафовал журналиста на 20 тыс. рублей за «изготовление и распространение продукции незарегистрированного СМИ».

Журналисту советуют тихо уйти

Популярную телеведущую Светлану Сорокину теперь едва ли можно будет увидеть по телевизору. Уже месяц как она работает пресс-секретарем Российского союза промышленников и предпринимателей. Алексей Симонов говорит, что за последнее время в пресс-службы и PR-отделы компаний перешло работать огромное число журналистов. Эта работа хоть и предусматривает взаимодействие со СМИ, но «является совершенно другой профессией, и хорошо, если журналисты это понимают». По оценке Всеволода Богданова, журналистики в медийном пространстве осталось не более 10–15%, а все остальное занимает «пиар». Особенно это касается телевидения. Многие бывшие тележурналисты тем временем становятся пишущими или выступающими на радио. По такому пути пошли, к примеру, Ольга Романова, Виктор Шендерович и Евгений Киселев.

Но еще больше журналистов меняют профессию на вообще не связанную с «четвертой властью». Одни идут в бизнес, другие – в науку, третьи становятся чиновниками. Директор Центра прикладного психоанализа Яна Дубейковская считает это нормальным явлением. По ее, подчеркнем, личному мнению, журналистика – это временная профессия, которая дает возможность человеку «просканировать все поле и найти свою нишу». Однако эксперт Фонда защиты гласности Борис Тимошенко заверил нашу газету в том, что бывшие журналисты, как правило, очень не любят вспоминать, почему они ушли из профессии. Многие из них «считают это проявлением слабости, непрофессионализма, винят себя, что у них чего-то не получилось». Но едва ли можно поставить человеку в вину то, что он решил уйти из профессии, чтобы потом не пришлось уезжать из страны.

Опубликовано в номере «НИ» от 18 мая 2007 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: