Кому не писан кодекс еврократа

Президент Франции Жак Ширак никогда не работал в частном бизнесе. Всю жизнь он занимался политикой и постепенно поднимался вверх по лестнице государственной службы. Он представляет наиболее распространенную в Западной Европе породу деятелей, для которых политика – это профессия. А вот сын банкира и самый богатый человек Италии Сильвио Берлускони только в 1994 году решил «спуститься» в политику, в которой дошел до высокого поста премьер-министра. А бизнеса и при этом не бросал. Можно вспомнить и бывшего канцлера ФРГ Герхарда Шредера, который возглавил российско-германскую компанию «Нордстрим» по строительству газопровода по дну Балтики. Богата биография одного из самых знаменитых жителей Бельгии – виконта Этьена Давиньона. Он начал карьеру аппаратчиком в МИДе и быстро продвинулся по чиновничей лестнице, никогда не занимая политических постов. Он автор многих политических проектов, которые вошли в историю под его именем – от деколонизации Конго до общей внешней политики Европейского союза. Закончив службу заместителем председателя Европейской комиссии, он возглавил крупнейший бельгийский холдинг «Сосьете женераль», вошел в советы директоров и наблюдательные советы еще нескольких крупных компаний.

Если грань между политиком и государственным (или международным) чиновником весьма условна, то между политиком и бизнесменом вполне ощутима. Это относится к высокопоставленным особам и простым солдатам армии чиновничества, к политическим фигурам и профессионалам-технократам. В 1999 году, когда Еврокомиссия из-за коррупционного скандала уходила в отставку в полном составе, комиссар Мартин Бангеманн, в прошлом видный германский политик и министр экономики ФРГ, поторопился устроиться на новую работу, в результате чего столкнулся с крупными проблемами. Дело в том, что в исполнительном конклаве ЕС он курировал промышленность и телекоммуникации, работал с конфиденциальной информацией предприятий и фирм, а устроился управляющим испанским концерном «Телефоника». Пресса подняла шум, Совет ЕС возбудил против него дело в суде Европейского союза за нарушение кодекса поведения. Дело прекратили, только когда Бангеманн отказался от должности в «Телефонике» и обещал год не работать в отраслях, которые раньше курировал.

Кодекс поведения чиновников европейских учреждений в Брюсселе похож на те, что действуют в странах ЕС. Во Франции он представляет собой подробный подзаконный акт, подписанный президентом. В нем расписаны правила перехода с государственной службы в бизнес. Прежде всего запрещено в течение пяти лет после увольнения с госслужбы (в этом году срок сокращен до трех лет) работать в фирмах, которые так или иначе находились под контролем данного чиновника или с которыми он подписывал контракты на госзаказы. В каждом случае разрешение на трудоустройство дает специальная комиссия из представителей разных ведомств. В то же время у Питера Гилфорда, Майкла Черни, Грегора Кройцхубера, которые в 90-х работали в пресс-службе Еврокомиссии, не возникло никаких проблем, когда после увольнения они создали консалтинговую компанию GPlus и занялись лоббизмом. Зная до тонкостей механизм еврократии, они настолько преуспели, что даже получили подряд фирмы «Кетчум», которую Кремль нанял для создания благоприятного образа России, готовившейся к председательству в «большой восьмерке». Лоббизм – самый перспективный и доходный бизнес в Брюсселе. На двух еврочиновников приходится в среднем по одному лоббисту. Охотнее всего в такие фирмы берут бывших еврочиновников...