Охота за опечатками

На минувшей неделе был представлен доклад о практике применения нового закона о некоммерческих организациях. Из доклада следует, что чиновники под надуманными предлогами отказываются регистрировать новые НКО, приостанавливают деятельность уже существующих организаций и под предлогом оказания юридических услуг вымогают у НКО деньги.

Подготовленный 15 правозащитными организациями доклад «Первый год применения нового российского законодательства об НКО» был представлен на Конференции при Совете Европы в Страсбурге в минувший четверг. Напомним, что вступивший в силу 18 апреля 2006 года новый закон о некоммерческих организациях изменил порядок регистрации и отчетности НКО. Если раньше они наравне с коммерческими организациями представляли лишь финансовый отчет в налоговую инспекцию, то теперь их обязали отчитываться еще и перед Федеральной регистрационной службой (ФРС) о том, соответствует ли их устав закону, а деятельность – уставным целям. В докладе говорится, что «включение в закон избыточно размытых и не основанных на четком правовом определении формулировок дает чиновникам широкие возможности для индивидуальной интерпретации и применения закона по своему усмотрению».

Регистрация НКО по новому закону занимает не менее двух месяцев, а пакет документов, которые необходимо подать, – не менее 60 листов. При этом формы документов достаточно сложны для заполнения, а в ФРС «отказывают при любой опечатке». Есть примеры, когда чиновники рекомендовали для подготовки документов обратиться к указанным ими посредникам, стоимость услуг которых составляла 45–70 тыс. рублей. Не менее сложным стало перерегистрировать организацию в связи со сменой руководителя или адреса. Раньше это делалось в уведомительном порядке. Теперь работа фонда «За экологическую и социальную справедливость» из Воронежской области в связи со сменой руководителя была парализована на два месяца, работа воронежского «Центра просвещения, искусства и кино «Юность» – девять месяцев. Но самое главное – закон позволяет чиновникам закрывать существующие организации как якобы прекратившие деятельность. Так в Уфе пытались закрыть правозащитную организацию «Международный стандарт», которая расследует факты насилия со стороны милиции, а в Воронеже закрыли организацию «Память», которая занимается защитой прав родителей погибших солдат. Примечательно, что в последнем случае правозащитникам даже не прислали повестки в суд, то есть они не знали, что их организацию закрывают. Закрыть НКО можно и за два предупреждения, причем предупреждения чиновники выносят по любому поводу. Например, Санкт-Петербургской организации помощи руандийским беженцам «Ичумби» предупреждение вынесли за то, что на печати организации было ее наименование на французском языке.

Авторы доклада предлагают в срочном порядке внести поправки в закон об НКО. В частности, определить точный перечень причин для отказа в регистрации, уменьшить объем отчетности, а также ограничить права чиновников. Ведь последние сейчас могут не только «запрашивать документы, касающиеся деталей управления организацией», но и присутствовать на всех совещаниях, в том числе, к примеру, на совещании экологов, планирующих акции протеста. Проверка же организаций на соответствие заявленным в уставе целям «неуместна и нецелесообразна», потому что уставные цели многих специализированных организаций чиновники попросту не понимают.