Проход запрещен!

Фактически лишенная возможности выступать на парламентском поле, оппозиция выходит на улицы российских городов. По мнению правозащитников, власти вынуждают активных людей фактически уходить в подполье. Но всякое действие рождает противодействие. Жесткие действия властей Санкт-Петербурга при разгоне «Марша несогласных» 3 марта этого года только вызвали критику как внутри страны, так и за рубежом. Тем временем в Нижнем Новгороде и Москве организаторы аналогичного марша до сих пор не получили разрешения на проведение акций в намеченном месте.

В минувшую среду председатель Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Элла Памфилова сообщила, что по долгу службы она доложила Владимиру Путину о ситуации с запретами шествий. По ее словам, президент разделил ее мнение, что «если какое-то количество несогласных хотят провести марш, никто не смеет лишать людей этого права». Г-жа Памфилова надеется, что такое расхождение позиций главы государства и местных чиновников, заставит последних прекратить «ограничивать людей тем или иным образом». Верится в это с трудом. Ведь власти имеют богатый опыт противодействия любым попыткам несогласных с чем-либо граждан публично выразить свою позицию. Вот только некоторые примеры.

3 сентября прошлого года в центре Москвы, на Лубянке, собралось около 100 человек, которые хотели почтить память жертв бесланской трагедии. Пикетчиков в итоге разогнали, организаторов оштрафовали, а лидер движения «За права человека» Лев Пономарев вдобавок получил трое суток ареста за сопротивление сотрудникам милиции, хотя позже прокуратура и Таганский суд признали запрет пикета незаконным. Но 20 марта движение получило из Московского городского суда отказ в удовлетворении надзорной жалобы, касающейся запрета пикета. «Они обозначили, что хоть пикет и был запрещен незаконно, но без получения разрешения мы все равно не имели право его проводить, – пояснили «НИ» правозащитники. – То есть гражданин, столкнувшись с явно незаконным отказом и лишением своих конституционных прав, не должен их реализовывать, а должен судиться».

В декабре 2006 года в Москве проходила акция памяти погибших журналистов. Организаторы мероприятия хотели пройтись по улицам с фотографиями ушедших от нас журналистов до Новопушкинского сквера, где они планировали зачитать их имена и фамилии. Но власти Москвы решили, что это мероприятие «существенно ограничит возможности прохода граждан». Тем не менее 40 человек все же решились пройти по заявленному маршруту. По дороге их встретили бойцы ОМОНа и милиционеры, потребовавшие опустить плакаты и возвращаться обратно. В январе этого года в Санкт-Петербурге был разогнан пикет в поддержку солдата Романа Рудакова, проходивший у здания военного госпиталя. Напомним, за месяц до демобилизации 20-летний солдат попал в больницу в критическом состоянии, он перенес уже более 10 операций. Но организованный «Солдатскими матерями Санкт-Петербурга» совместно с другими правозащитниками митинг не продлился и 10 минут. Милиция сразу же задержала пятерых участников.

Справедливости ради стоит отметить, что власти в принципе не против массовых шествий россиян. Только согражданам нужно знать повод, по которому можно собраться беспрепятственно. В этом году члены движения «Местные», называющие себя молодыми политическими экологами Подмосковья, решили масштабно отметить День России и собрали в центре столицы около 50 тыс. человек. Не встречают препятствий и организаторы нейтральных праздничных мероприятий. К примеру, в минувшее воскресенье в центре столицы бурно отмечали День Святого Патрика. В парадном шествии по Новому Арбату приняло участие около тысячи человек. Впрочем, представители прокремлевских движений тоже утверждают, что на самом деле найти понимание с городскими властями не так-то просто. «Ни одного разрешения мы не получили в том объеме, в котором хотели, – пожаловался «НИ» лидер «Наших» Василий Якеменко. – На прошлое мероприятие мы планировали 100 тысяч человек, но нам разрешение дали на 25 тысяч». А вот член политсовета «Молодой гвардии» Андрей Татаринов удивился вопросу «НИ» о проблемах с разрешением шествий. «Я не вижу проблем в проведении уличных мероприятий, – признался г-н Татаринов. – Я ни разу почему-то не получал дубинкой по лицу и не сидел в отделении». Г-н Татаринов не видит никакой проблемы и в том, что власти предлагают организаторам перенести место ее проведения куда-нибудь подальше от центра города. «Если этот митинг я буду проводить в квартире, но туда придут все, кто нужно, тогда я проведу его там», – сказал он.

Видимо, сейчас власти пытаются навязать оппозиции как раз такие, «квартирные» митинги. Зачастую участников акций, которые собираются из регионов на какие-либо масштабные оппозиционные мероприятия, пытаются задержать заранее. «Как правило, за 2–3 недели до мероприятия офицеры УБОБ, ФСБ, иногда участковые ходят по квартирам наших активистов и предупреждают, чтобы те не ехали в Москву или Питер на готовящиеся там мероприятия вне зависимости от того, разрешено оно или нет», – рассказал «НИ» пресс-секретарь НБП Александр Аверин. В свою очередь, правозащитник Лев Пономарев опасается, что запреты акций приведут только к столкновениям. «Власть практически сознательно провоцирует беспорядки, – сказал он «НИ». – Они заталкивают молодежь в подполье».