Евгений Стычкин

Евгений СТЫЧКИН и государственная деятельность – явления, такое впечатление, мало совместимые. Молодой актер скорее воспринимается телезрителями как герой своих ролей – плейбой из сериала «Холостяки» или в крайнем случае романтичный зэк, смеющий перечить министру госбезопасности в фильме «В круге первом». Евгений действительно не верит в искренность политики как таковой, но тем не менее регулярно ходит на выборы и полагает, что его одинокий голос так же важен, как и голос любого россиянина.

– Евгений, вас больше знают по киноролям, многие из которых, прямо скажем, не очень серьезные. А ведь на театральной сцене вы весьма убедительно сыграли Гитлера. Как вы относитесь к тому, что по нашей стране буквально прокатилась волна национализма?

– Это отвратительное явление. И, к сожалению, неудивительно, что все это происходит в нашей стране. Мне кажется, что это присуще русскому характеру вообще. А вот почему это так, я не знаю. Конечно, тут есть некое попустительство со стороны властей. Потому что во всех цивилизованных странах националистические выступления пресекаются на корню, фашиствующие партии уничтожаются. Во всех, кроме нашей. Я, конечно, не имею в виду физическое уничтожение. Я говорю о запрещении таких объединений. С ними надо бороться, потому что их существование очень опасно и для государства, и для каждого конкретного человека. Хотя бы потому, что ты в любую минуту можешь случайно попасть под спонтанную акцию фашистов. Знаете, в России национализм процветает еще и потому, что наши политики исключительно для получения как можно большего числа голосов часто используют низменные чувства граждан. Обещая им при этом то, что в принципе невозможно. Нельзя обещать все.

– А каким обещаниям политиков вы верите?

– Я с очень большой опаской отношусь к тому, что слышу по телевизору, радио. Правда, я крайне редко это слушаю или смотрю, но тем не менее... И уже давно я не слышал от наших политиков чего-то такого, что меня действительно тронуло бы. Я считаю, что имеет значение только то, что действительно делается для людей, для их блага. Даже если это было сделано лишь в пылу борьбы за власть, сделано только для того, чтобы удержаться на этом Олимпе. Пусть так, но раз сделано для людей, – это уже хорошо. Все политики, все властители, мелкие и крупные, обещают одно и то же – всем райскую жизнь. Но далеко не все выполняют свои обещания. А если выполняют, то какая разница, что ими движет?

– Кто-то из ваших коллег активно ринулся в политику. А вы в партию вступать не собираетесь?

– Мне кажется, все актеры в той или иной степени аполитичны. Если только политика – не часть их имиджа. И когда мои коллеги вступают в партии, то я не знаю, кто это делает по убеждению, а кто просто руководствуясь здравым смыслом. И сам я никогда не вступлю в партию. Но только потому, что я не верю в искренность института политики как такового. А что касается коллег, то я не вправе их судить. Конечно, какая-то гражданская позиция обязательно должна быть у любого человека. Мы должны вмешиваться в происходящее в нашей стране, как-то реагировать на это. Тот же кинематограф должен на это реагировать. И госзаказ нам сегодня нужен. Он вообще нужен любой стране. Не зря когда-то кино было названо важнейшим из искусств. Ведь оно определенно влияет на массы. И сегодня я не могу сказать, что нынешний кинематограф учит людей только хорошему. Конечно, нельзя возвращаться к тому типу массовой пропаганды, которая была при советской власти. Сегодня пропаганда должна быть выстроена по-другому.

– А как по-другому?

– Кино обязано учить, что, например, убивать плохо, воровать плохо. А вот служить своей стране – хорошо. Быть милиционером – это хорошо! Это правильно и замечательно. Конечно, есть нечестные милиционеры, есть те, кто ворует, берет взятки, но надо показывать и честных тоже! Ведь кинематограф гораздо больше влияет на умы, особенно на умы молодые и юные, чем образовательные передачи. Проблема в том, что сто лет нас приучали к тому, что мы не можем и не должны заниматься политикой, что мы не должны ни во что вмешиваться, потому что все решается помимо нас кем-то наверху. И началось это еще до революции. Но, слава Богу, однажды люди вышли к Белому дому и выразили свое мнение. И потом это повторялось неоднократно. Вы не подумайте, что я так говорю, потому что не люблю свою страну. Я ее обожаю. Ни в какой другой стране я не хотел бы, да и не буду жить. Но меня поражает, что в любом цивилизованном государстве люди как-то реагируют на окружающую их действительность: выходят на улицы, митингуют, голосуют против чего-то, пикетируют… А в нас это равнодушие, эта аполитичность, похоже, уже заложены на генном уровне.

– Что вы имеете в виду?

– Мы рассуждаем: зачем выходить на улицу митинговать, если можно получить от милиционера дубинкой по голове. Это я условно говорю. Я не имею в виду, что в России милиционеры исключительно лупят дубинками всех без разбора людей. Просто должна пройти пара сотен лет для того, чтобы люди в нашей стране изменились. У нас же пока все, как в том грузинском тосте. В одну деревню прилетел дракон и потребовал, чтобы жители этой деревни налили ему чан чачи. И каждый житель принес из дома кувшин с чачей. И все по очереди стали выливать его в огромный чан. А потом дракон отхлебнул, и оказалось, что в чане чистая вода! То есть каждый человек посчитал, что если он нальет вместо чачи воду, ничего не изменится, ведь все остальные нальют чачу! Вот так и у нас. Каждый думает: зачем лезть в эту политику, когда есть специально обученные люди? Что я тут могу изменить? А ведь, думая так, мы уже профукали революцию и были потом в большинстве своем истреблены.

– Евгений, вы так говорите, словно сами активно интересуетесь политикой, ходите на митинги, участвуете в пикетах. И поэтому вас так волнует инертность масс.

– Я почему не хотел давать интервью на эту тему? Потому что я сам такой же инертный. Правда, я хожу голосовать…

– На все выборы?

– Нет. Скажем так, на основные, когда мы выбираем президента и мэра. И, кстати, в голове у меня в это время не крутится мысль, что от меня ничего не зависит. Нет, когда я голосую, я считаю, что мой голос важен.

– Может быть, вы знаете, кто станет следующим президентом?

– Я никогда не дерзну делиться своими соображениями о том, кто будет следующим президентом России. Они, конечно, есть, но я оставлю их при себе. Мы всегда мечтаем о таком царе-батюшке, который напоит, накормит, обогреет… Это шутка, но тем не менее. Я думаю, что важно не то, какой именно человек придет, важно, какую команду он приведет с собой...

СПРАВКА Актер Евгений СТЫЧКИН родился 10 июня 1974 года. В 1995 году окончил ВГИК. К этому времени он уже год работал актером Театра клоунады Терезы Дуровой. На сцене «Театра Луны» играл в постановках «Чарли Ча», «Фауст». Сейчас его можно видеть в спектакле «Таис сияющая». За главную роль в спектакле «Чарли Ча» Стычкин был отмечен в 2000 году премией «Чайка» в номинации «Прорыв». Сниматься в кино начал в 17 лет, будучи студентом первого курса ВГИКа. На его счету – роли в фильмах «День полнолуния» (1997) Карена Шахназарова, «Танго втроем» (1997) Петра Тодоровского, «Апрель» (2002) Константина Мурзенко, «Антикиллер-2» (2003) Егора Кончаловского, «Греческие каникулы» (2005) Веры Сторожевой, «От 180 и выше» (2005) Александра Стриженова, «Флэш.ка» (2006) Георгия Шенгелии. Не менее заметными были его работы в сериалах «Холостяки» (2004), «Золотой теленок» (2005), «В круге первом» (2005), «Бесы» (2006). Жена – известная пианистка Екатерина Сканави (на фото). У них два сына и дочь.