Главная / Газета 20 Марта 2006 г. 00:00 / Политика

Крики Чайки

Министерство юстиции думает, что делать со своими тюрьмами

МАРЬЯМ МАГОМЕДОВА, ЕВГЕНИЯ ЗУБЧЕНКО

В пятницу глава Министерства юстиции РФ Юрий Чайка выступил на расширенном заседании коллегии Минюста с участием президента России Владимира Путина. Министр раскритиковал Федеральную службу исполнения наказаний РФ, у которой, по его словам, началось «головокружение от самостоятельности», и призвал совершенствовать пенитенциарную систему. Однако, по мнению экспертов, после того как в 1998 году Минюст получил под свой контроль российские тюрьмы, ситуация там только ухудшилась.

Как отметил в своем выступлении Юрий Чайка, хотя финансирование увеличено в разы, тюрьмы находятся не в лучшем положении. Согласно озвученным цифрам, за 2005 год преступность в исправительных учреждениях возросла на 24% , смертность осужденных – на 12%. В 2003 году Совет Европы подготовил доклад, в котором указал, что уровень смертности в исправительных учреждениях превышает средний показатель по России в 29 раз. Также министр сообщил, что на 87% возросло число сотрудников исправительных учреждений, привлеченных к наказанию. Затем г-н Чайка отметил рост числа фактов неповиновения в колониях, причиной чему он назвал нарушение прав осужденных. Количество жалоб, поступающих в Минюст из тюрем, за год выросло в 12 раз. В свою очередь, президент Путин коснулся темы неудовлетворительных условий содержания заключенных. «Несмотря на позитивные сдвиги, – сказал он, – а они есть, я их тоже отмечаю, тем не менее все еще много изоляторов, где обвиняемые и подозреваемые находятся в условиях, далеких от принятых стандартов».

Напомним, российские тюрьмы находятся в ведении Минюста с 1998 года. Многие эксперты отмечают, что с тех пор ситуация в них начала ухудшаться, и косвенно это подтверждают данные, представленные министром юстиции. «В идеальном государстве с отлаженной системой правосудия, безусловно, тюрьмы должны находиться в Минюсте, – поделился с «НИ» депутат Госдумы, член комитета по безопасности Геннадий Гудков. – Но дело в том, что в России, с ее взятками, с ее неурегулированной правовой системой, этот был шаг преждевременный. После передачи тюрем Минюсту произошло резкое снижение раскрываемости преступлений, чуть ли не на две трети. Хотели, как лучше, получилось, как всегда». Лидер НБП Эдуард Лимонов, сидевший в свое время в московском изоляторе «Лефортово», наоборот, считает, что после передачи тюрем в ведение Минюста значительных изменений в пенитенциарной системе не произошло. «Кадры остались те же, – рассказал он «НИ». – Просто их приписали к другому министерству, вот и все. Разве изменилось их качество, психология? Ничего подобного. Как была у них психология палачей, так и осталась. Если бы построили новую систему наказаний и вокруг нее сформировали какие-то новые кадры, тогда можно было бы говорить о чем-то. Сейчас в эту систему идут люди, которые не могут больше нигде найти себя. Это, как правило, выходцы из армии или из милиции, причем худшие представители этих структур. Никто не чистил эти «конюшни». Они унаследованы еще с советских времен, к этому добавилась отвратительная реальность сегодняшнего дня: имущественное расслоение в обществе, злоба, ненависть и так далее. Все менять надо. Чайка не поможет, не заштопаешь здесь ничего».

Геннадий Гудков в то же время не считает, что финансирование, как выразился министр, «увеличено в разы». Напротив, он полагает, что главной проблемой российских тюрем является постоянное недофинансирование. «Денег надо давать, – заверил депутат. – Не так давно мы делали парламентский запрос, и выяснилось, что эти подразделения вообще не получают от государства денег. Голенькими отдали все эти тюрьмы Минюсту. Необходимо создать нормальные условия для работы этой системы. Сейчас там процветают коррупция, взятки, снижается результативность работы, социальная сфера по тюрьмам провалена, как и кадровый вопрос. Задача повышения зарплат сотрудникам не решается. Сейчас там практически нет людей достойного качества. Плюс ко всему сегодняшние тюрьмы – это каменный век. Там процветает огромное число всяких заболеваний».

В свою очередь, выступая на заседании, Юрий Чайка предложил создать так называемые службы пробации как альтернативу тюремному заключению. «Служба пробации исполняет наказание без изоляции человека от общества, осуществляет контроль за лицами, освобожденными из мест лишения свободы, проводит работу по профилактике рецидивной преступности», – пояснил министр. С ним согласен бывший заключенный. «Арест должен применяться только по тяжелым статьям, – считает Эдуард Лимонов. – Допустим, за совершение кражи нужно просто заставить человека заплатить штраф. Украл две тысячи, ну и выплати в десять раз больше. А загонять людей в тюрьму, где они солидаризируются с настоящим криминалом, – контрпродуктивно. Всю эту систему надо ломать».

Но депутаты Госдумы, похоже, удовлетворены тем, как Минюст справляется с тюрьмами. В пятницу Госдума одобрила во втором чтении законопроект, предусматривающий исключение следственных изоляторов из ведения Федеральной службы безопасности РФ. Правда, к 1 января 2006 года по указанию президента России все следственные изоляторы ФСБ и так должны были отойти Минюсту. Правозащитники это решение одобряют. «Это очень правильно, – сообщил «НИ» член Московской Хельсинкской группы, председатель правления Российского исследовательского центра по правам человека Валерий Борщев. – Я в свое время выступал на заседании Общественного совета при министре юстиции и говорил о том, что наличие следственных изоляторов у ФСБ неправомерно. Получается, что эта структура ведет следствие, и она же имеет СИЗО. Такая практика противоречит международным нормам, – продолжил г-н Борщев. – У МВД тюрьмы забрали по той же причине. Это было необходимо, но, боюсь, процесс передачи СИЗО в ведение Минюста может затянуться, и это надо контролировать». Депутат Геннадий Гудков в корне не согласен с позицией правозащитника. «Ухудшится ситуация с расследованием уголовных дел, связанных с такой тематикой, как террор, преступления на воздушном транспорте, гостайна, шпионаж и так далее, – убежден г-н Гудков. – Большое количество преступлений раскрывается уже после осуждения преступников. Естественно, очень важно вести следственно-оперативную работу после осуждения или в ходе расследования».

Стоит отметить, что изъятие СИЗО из ведения ФСБ осуществляется по настоянию Парламентской ассамблеи Совета Европы.

Опубликовано в номере «НИ» от 20 марта 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: