Главная / Газета 27 Февраля 2006 г. 00:00 / Политика

Всех на мушку

Депутаты приняли закон, разрешающий сбивать самолеты, топить корабли и обыскивать прохожих

АЛЕКСАНДР КОЛЕСНИЧЕНКО

Вчера Госдума в третьем чтении приняла закон «О противодействии терроризму». Этот документ разрешает отбирать у граждан автомобили для нужд спецслужб, сбивать захваченные террористами самолеты и отправлять солдат-срочников в «горячие точки». ФСБ получила право вводить по своему усмотрению режим контртеррористической операции, при котором разрешено перекрывать улицы, обыскивать прохожих и прослушивать телефоны. Эксперты считают, что этот закон развязывает руки силовикам и снимает с них ответственность за безопасность граждан.

Фото: ИТАР-ТАСС. ЭМИЛЬ МАТВЕЕВ
Фото: ИТАР-ТАСС. ЭМИЛЬ МАТВЕЕВ
shadow
Закон «О противодействии терроризму» был внесен в Думу еще в конце 2004 года и тогда же принят в первом чтении. Затем он более года пролежал без движения из-за того, что многие его положения противоречили Конституции. Однако полторы недели назад президент Путин подписал указ о создании Национального антитеррористического комитета (НАК), который вступит в силу только после принятия этого закона. И депутаты, в спешном порядке исправив документ, в минувшую среду приняли его во втором чтении, а вчера провели внеплановое заседание, чтобы принять в третьем и окончательном.

Дискуссий вчера не было. «За» проголосовало 423 депутата, «против» – 6. Только Владимир Жириновский возмущался, что закон не вводит цензуру в отношении СМИ, которые «испортили праздник», так как «все выпуски новостей начинались с этой небольшой для страны катастрофы на рынке». А теперь, если начнется какая-нибудь контртеррористическая операция, «все каналы каждый час будут передавать, что взорвалось и сколько трупов»

Спецслужбы получили море полномочий

Закон и в самом деле «замечательный». Он разрешает директору ФСБ или руководителям региональных отделений службы вводить режим контртеррористической операции. О временных и пространственных границах этого режима в законе ничего определенного не сказано. Отмечено только, что завершается он тогда, когда теракт пресечен либо его угроза ликвидирована, и что если режим охватывает территорию, на которой «проживает значительное число людей», то директор ФСБ обязан уведомить о его введении президента, премьера, спикеров палат парламента и генпрокурора. В остальных случаях спецслужбы никого уведомлять не обязаны.

Режим контртеррористической операции позволяет закрывать для движения автомобилей и пешеходов улицы и целые районы, проверять документы у прохожих и задерживать всех, не имеющих документы, для выяснения личности. Санкционирует он обыски людей и машин при входе и выходе с территории, на которой проводится контртеррористическая операция. Позволяет прослушивать телефонные разговоры, блокировать мобильную связь, проникать в жилые дома и на участки граждан и использовать их личный автотранспорт для нужд спецслужб.

«Если просто в Турцию угоняют, сбивать не надо»

При контртеррористической операции также разрешено применять армию для борьбы с террористами как внутри страны, так и за ее пределами. Войска получили право сбивать захваченные террористами самолеты и даже, что вовсе удивительно, топить корабли. Член комитета по безопасности Госдумы Геннадий Гудков («Единая Россия») заверил «НИ», что имеется в виду ситуация «когда самолет разворачивается и берет курс на Кремль или на химический завод», или «захваченный террористами ракетный катер на быстрой скорости движется к складу боеприпасов». А если, к примеру, самолет просто «угоняют в Турцию», сбивать его не будут. Уже хорошо. Однако в законе никаких соответствующих оговорок нет. Говорится лишь о «достоверной информации о возможном использовании воздушного судна для совершения террористического акта» и о «реальной опасности гибели людей либо наступлении экологической катастрофы» из-за того, что корабль отказывается останавливаться. То есть, по логике документа, в случае если захваченный боевиками речной трамвайчик может быть затоплен ими где-нибудь в природоохранной зоне, стоит его заблаговременно торпедировать, дабы не допустить ущерба экологии.

Что же касается воздушных судов, то менеджер по связям с общественностью одной из зарубежных авиакомпаний, осуществляющей полеты в России, отказался комментировать «НИ» нововведение о возможности сбивать самолеты. Заметил только, что это «внутриполитическое решение России» и что остается уповать на то, что их лайнеры террористы не захватят, и их сбивать не придется.

За моральной компенсацией – к террористам

Закон также позволяет использовать вооруженные силы для уничтожения террористов и их баз за рубежом. Причем указано, что для проведения боевых операций за границей могут направляться только контрактники. В статье же об использовании армии внутри страны такого ограничения нет, то есть ничто не мешает направлению во внутренние «горячие точки» призывников.

Переговоры с террористами проводить разрешается, но рассматривать выдвигаемые ими политические требования запрещено. Убийство террористов признается правомерным. Материальный ущерб от терактов возмещает государство, но вот возмещение морального вреда граждане могут требовать исключительно у террористов. Тут остается только оценить циничный юмор авторов документа. Организации, которые заподозрят в пропаганде, поддержке или оправдании терроризма, можно будет закрывать по суду, а их имущество вместе с региональными отделениями и филиалами – конфисковать в доход государства. Зато тем, кто сообщит в органы о террористах и их пособниках, полагается вознаграждение, размер которого определит ФСБ.



Что, по вашему мнению, стоит за решением Госдумы сбивать самолеты и топить корабли?

Виктор ИЛЮХИН,
депутат Госдумы, фракция КПРФ:

– Статья о сбивании самолетов появилась под влиянием терактов 11 сентября. Но меня беспокоит слишком вольная трактовка этого пункта. Сбивать можно будет самолет, если он не отвечает на позывные, на предложение произвести посадку в том или ином месте. Такая формулировка позволяет сбить кого угодно, не зная сути требований. В Уголовном кодексе есть понятия «крайняя необходимость» и «необходимая оборона», когда допускается причинять ущерб преступнику и окружающим, чтобы не допустить причинения еще большего ущерба. Но закон на это не ссылается и позволяет нашим воякам рассуждать – запись есть, что не отвечает, значит, можно бить. Или как понимать угрозу экологической катастрофы? Ведь если 10 тонн соляры разольется – это катастрофа. А если 300 жизней мы потеряем?

Владимир РУБАНОВ,
экс-начальник аналитического управления КГБ СССР, в 1993-1996 гг. замсекретаря Совета безопасности РФ:
– В основе закона лежит опыт 11 сентября, когда самолеты были использованы как оружие массового поражения. Речь идет именно об этих ситуациях. Есть три вида терактов: взлетели и взорвались, никого не предупреждая, взлетели, захватили самолет и полетели на ядерный центр; и просто захватили самолет с заложниками. Здесь вступает норма о переговорах, которая тоже есть в законе. Если самолет захвачен в чистом поле, я не думаю, что кто-то примет решение о его уничтожении. А когда самолет используют смертники как оружие, гибель пассажиров неотвратима, и выбор заключается только в том, погибнут они до того или после. Но этот случай редкий и уникальный. И норма введена в закон не для того, чтобы стрелять по гражданским самолетам, а чтобы быстро принять решение, если возникнет такая ситуация. Затем будет расследование, и если данные были неверные, то принявший решение понесет ответственность.

Лев ПОНОМАРЕВ, лидер движения «За права человека»:
– Я опасаюсь, что этот закон станет страховкой для бюрократов, о безответственности которых все мы хорошо знаем. И они будут сбивать самолеты и топить корабли, когда надо и не надо. Спецслужбы и раньше пренебрежительно относились к спасению жизни заложников, как было в «Норд-Осте» и Беслане. А теперь они издали закон, который позволит им и дальше по-бюрократически относиться к жизни людей.
КСТАТИ

В 2001 году, через несколько дней после теракта 11 сентября, в США было принято решение, позволяющее истребителям ВВС сбивать пассажирские самолеты, захваченные угонщиками и представляющие угрозу для американских городов. Согласно распоряжению министра обороны США, для этого достаточно распоряжения двух генералов. При чрезвычайных обстоятельствах они могут даже не согласовывать правомочность своих действий с вышестоящим начальством. Тем не менее приказ о поражении гражданских самолетов может быть отдан лишь в том случае, если они представляют угрозу, а пилоты не подчинились нескольким требованиям изменить курс. В июне 2004 года в Германии был принят закон о воздушной безопасности, позволяющий ПВО бундесвера сбивать гражданские самолеты, захваченные террористами. Однако в феврале 2006 года Конституционный суд Германии постановил, что закон противоречит основному закону страны. Суд решил, что даже спасение большего количества жизней граждан не может оправдать убийство других невинных людей. В январе 2005 года в Польше был принят закон, позволяющий сбивать захваченные террористами самолеты. В апреле того же года в Латвии парламент страны принял поправку к закону об авиации, благодаря которой вооруженные силы получили разрешение по приказу министра обороны сбивать захваченные террористами самолеты.

Опубликовано в номере «НИ» от 27 февраля 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: