Главная / Газета 26 Февраля 2006 г. 00:00 / Политика

Юрий Левада

«Следующий президент должен быть лохматым»

АЛЕКСАНДР КОЛЕСНИЧЕНКО

Недовольных в России много, но революционной ситуации нет и не будет. Такой прогноз, основанный на многочисленных опросах россиян, дал «НИ» известный социолог Юрий ЛЕВАДА. Во многом это связано с тем, что люди не хотят прав, а хотят денег. И продолжают надеяться, что получат их от власти в качестве поощрения за свою лояльность.

Фото: ИТАР–ТАСС. ИРАКЛИЙ ЧОХОНЕЛИДЗЕ
Фото: ИТАР–ТАСС. ИРАКЛИЙ ЧОХОНЕЛИДЗЕ
shadow
– По вашим наблюдениям, российское общество развивается или деградирует?

– Общество становится сложнее. Появляются слои, которых раньше не было, например, бизнесмены. Становятся сложнее отношения между центром и периферией, и все попытки их упростить приводят только к запутыванию. Но экономика высоких технологий у нас как была неразвитой, так и осталась таковой. Наоборот, произошла примитивизация хозяйства, сведение его к добывающей сфере, которая сейчас кормит полстраны. А власть пытается упростить управление обществом, построить его на примитивно-военный лад «приказ-исполнение». Заменить социальное управление, основанное на согласовании интересов многих людей, групп и слоев, на администрирование «левой-правой», и ничего больше. Но чем дальше, тем яснее становится, что это неэффективно, что управляемость становится еще хуже. Сейчас многие люди, примерно 30–40%, считают, что происходит не укрепление, а утрата порядка, нарастание хаоса в стране. И для этого есть основания.

– А кто в России настолько недоволен, что готов протестовать?

– Активных и «горящих» групп в современном российском обществе не видно. Времена буйных борцов прошли. Влияние радикалов невелико, и условий, чтобы они смогли перевернуть нашу телегу, нет. Это небольшие группы, которые сами себя утверждают на уровне молодежной бузы. А люди в основном хотят получать больше денег. Но они не собираются за эти деньги бороться, а ожидают их от власти.

– Получается, что конфликта между обществом и бюрократией нет?

– Бюрократия действительно ведет себя агрессивно и хочет взять все под свой контроль. Она поддерживает и сырьевую экономику, и отсутствие инициативы в людях, и очень заинтересована в военном порядке и удушливой атмосфере. Но элита общества – интеллектуальная, научная, культурная, экономическая – старается не вступать с ней в конфликт, а быть с ней связанной и получать свою выгоду, пользоваться благами. И кое-чем пользуется.

– Тем не менее водители устраивают акции протеста против новых правил, больные СПИДом требуют разрешить импорт дешевых лекарств и носят гробы к офисам чиновников, солдатские матери призывают любой ценой избегать службы в армии…

– Это люди, которые острее других чувствуют пороки существующей системы. Их можно найти и в селе, и в малых городах, и в заваливающихся шахтах, в которых каждый месяц кто-то погибает. Но это лишь точки напряжения. Единого девятого вала протеста они не образуют и к серьезным выступлениям не приведут. Хотя не следует думать, что люди обязательно должны выходить на улицу и чего-то требовать. Они могут не выходить, они просто будут плохо работать, плохо лечить, учить. И перебираться туда, где больше заплатят.

– Властям удалось утвердить идею борьбы с терроризмом в качестве национальной идеологии?

– Люди это воспринимают так: с одной стороны, они очень охотно верят, что те, кто противостоит федералам на Кавказе – это бандиты, наемники и убийцы, и с ними надо пожестче расправляться. Но, с другой стороны, воевать они не хотят. И сообщениям власти о том, как обстоят дела в Чечне, не верят. Две трети как считали, так и продолжают считать, что там идет война. И еще все знают, что там есть люди, которые эти теракты одобряют и считают их методами священной войны.

– Почему даже после случая с Андреем Сычевым треть граждан продолжает выступать за сохранение призыва?

– За сохранение призыва выступают молодые люди, которые отслужили, и их родители. Они не хотят, чтобы другим было легче. А военные говорят, что случаев дедовщины больше не стало, просто об этом стали больше говорить. И что случай с Андреем Сычевым – исключительный. На людей это действует. Хотя представление о порядках в армии как было плохое, так и осталось. По нашим опросам, 80% считают, что дедовщина в армии распространена повсеместно.

– Какого президента хотят люди после Путина?

– Многие, если бы это было возможно, поддержали бы нынешнего президента и на третий, и на четвертый сроки. Не потому, что много успехов, а потому, что больше не на кого надеяться. В общественном сознании существует безальтернативность, и она – главная опора Путина. Оппозицию поддерживает примерно от четверти до трети населения. Скорее всего новый президент должен быть похожим на нынешнего – такой же молодой, энергичный, бойкий, чтобы всюду ездил, брался за все отвечать и ничего конкретного не обещать. Еще есть примета, что в России весь двадцатый век чередовались «лысые» и «волосатые» правители. Если ей следовать, следующий президент должен быть лохматым, как молодой Ельцин.

– Что происходит в массовом сознании с образом Ходорковского?

– Пока никакой динамики нет. Ходорковский – это успешный бизнесмен, который виноват в том, что он богатый, потому что все богатые виноваты перед бедным народом. Многие люди считают, что суд над ним был неправедным, потому что все решал по указанию власти. А как борец за свободу Ходорковский известен очень малому кругу людей. О его последних выступлениях знают 1–2% населения. Еще примерно 15% ему сочувствуют как страдальцу.

– Может ли слово «либерал» в ближайшем будущем из ругательного вновь стать модным?

– Пока таких признаков нет. Произойти это может, если будет развиваться кризис власти, а либералы сумеют сомкнуться с массой людей, чего у них никогда не получалось. Интересы тех, кто хотел бы, чтобы жизнь у нас была на западный манер, и тех, кто хочет, чтобы пенсии были побольше, а товары – подешевле, сейчас расходятся. А они могли бы сближаться. Ведь пожилые люди, пенсионеры и инвалиды хорошо живут именно в развитом обществе и занимают там достойное место. А у нас господствует фальшивое представление о прошлом. Ведь те же пенсионеры, инвалиды, матери-одиночки никогда хорошо не жили, даже во времена, которые им кажутся блаженными. Тогда пенсии были просто нищенскими. Но наши либералы так и не смогли доказать, что люди могут хорошо жить только на базе демократического порядка и современной рыночной экономики. Если бы им это удалось, их бы поддержали те, кто сегодня их проклинает за то, что они «отняли сбережения, разорили страну и убивают каждый год по миллиону людей». Многие так думают. У нас перед глазами 2005 год, сопоставимый по протестной активности с 1905-м. Но сейчас людей накормили пачками денег, и все затухло. И позиция либералов оказалась неопределенной. Некоторые из них говорили, что монетизация – это правильно, только плохо исполнено. И контакты между массой недовольных людей и сторонниками демократии так и не развились.



Президентский рейтинг «НИ»

shadow


СПРАВКА

Юрий ЛЕВАДА родился в 1930 году. В 1952 году окончил философский факультет МГУ. Доктор философских наук, профессор. Преподавал социологию на факультете журналистики МГУ. В 1969 году был уволен из университета «за идеологические ошибки в лекциях». С 1988 года работал во Всероссийском центре изучения общественного мнения (ВЦИОМ), с 1992 по 2003 год возглавлял ВЦИОМ. С августа 2003 года является руководителем компании «Аналитический центр Юрия Левады». Автор более 200 научных статей и нескольких книг, в том числе «Есть мнение» (1990), «Советский человек» (1993), «От мнений к пониманию» (2000).


Сбылась мечта Жириновского

Пятнадцать лет борьбы за пост президента России не прошли даром. Наконец Владимир Жириновский победил. Правда, пока только на сайте «НИ». И с минимальным отрывом от краснодарского губернатора Александра Ткачева, московского мэра Юрия Лужкова и лидера «Яблока» Григория Явлинского. Но, главное, начало положено. И, может быть, еще через пятнадцать лет Владимир Вольфович выиграет уже настоящие выборы. А вот лидер прошлого опроса – замглавы администрации президента Игорь Сечин – опустился на пятнадцатое место. Что, впрочем, для человека, который ни в каких выборах не участвовал и участвовать, судя по всему, не собирается, тоже более чем неплохо. Возможные преемники Сергей Иванов и Дмитрий Медведев заняли девятое и четырнадцатое места. Очевидно, желающих идти в армию среди читателей «НИ» несколько больше, чем тех, кто надеется, что им что-то перепадет от национальных проектов. Экс-премьер Михаил Касьянов получил свои два процента. Сергей Глазьев поднялся с семнадцатого места на седьмое, Валентина Матвиенко опустилась с десятого на двадцать третье. А вот результат спикера Госдумы Бориса Грызлова стабилен – как и в прошлый раз, в президентском опросе «НИ» он занял последнее место. В отличие от некоторых странных, а порой и рационально вовсе необъяснимых результатов (лидерство г-на Сечина, например), полученных в прежних опросах, нынешние производят вполне достоверное впечатление. То есть, массового вброса голосов за кого-то из кандидатов, похоже, не было. И расстановка имен в «турнирной таблице» отражает отсутствие на политической арене лидеров, имеющих сколько-нибудь массовую популярность.

Александр КОЛЕСНИЧЕНКО

Алена Свиридова: «Все вопросы должен решать Путин?»

Опубликовано в номере «НИ» от 26 февраля 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: