Алексей Венедиктов

На днях стало известно, что на «Эхе Москвы» вскоре должны состояться выборы главного редактора. Заговорили даже о возможной смене руководства популярной радиостанции. Похожая история произошла некоторое время назад с другим медиаактивом «Газпрома» – телекомпанией НТВ. За разъяснениями «Новые Известия» обратились к бессменному главному редактору «Эха» Алексею ВЕНЕДИКТОВУ.

– Алексей Алексеевич, почему именно сейчас возникла необходимость проводить перевыборы?

– Дело в том, что 18 февраля собрание акционеров радиостанции «Эхо Москвы» приняло изменения в уставе, которые прописывают новую процедуру избрания и назначения главного редактора, а также новый объем его полномочий. Поэтому вполне естественно, что раз появилась новая процедура, то я должен сам ее пройти. Об этом я и сказал на собрании.

– Вы единственный кандидат или у вас есть конкуренты в предвыборной борьбе?

– Я знаю только то, что меня выдвинули пять журналистов и я подписал свое согласие участвовать в выборах. Не знаю, являюсь ли я единственным кандидатом или есть еще претенденты. Это станет известно только 6 марта, когда в соответствии с правилами в редакции будет опубликован список кандидатур.

– Президент отменил выборы губернаторов, а у вас вводится новая процедура назначения руководителя. Эти процессы как-то связаны?

– На самом деле это не новая процедура. Она была введена еще в 1994 году, когда было принято решение о продаже контрольного пакета акций Владимиру Гусинскому. Именно тогда понадобилась такая двойная процедура: вначале кандидатура на пост главного редактора обсуждается журналистами, и только затем акционеры ее утверждают. Собственно говоря, это некая согласительная процедура, которая мне кажется чрезвычайно правильной. Таким образом, мы заранее пытаемся избежать конфликта между легитимными интересами акционеров и не менее легитимными интересами журналистов, которые должны выполнять свои профессиональные обязанности, то есть информационно обслуживать население. Такое двойное доверие. Что-то вроде правила «двойного ключа», как при запуске ядерной ракеты. Сейчас эта процедура несколько ужесточилась, но тем не менее сохранилась.

– Если есть выборы, то должен быть и срок полномочий?

– Он оговорен в уставе. 18 февраля был зафиксирован срок полномочий главного редактора – три года. Раньше это было бессрочно, то есть до выражения недоверия или в случае добровольного ухода.

– Как вы сами оцениваете предстоящую процедуру голосования?

– Сегодня существует конфликт двух законов: «Об акционерных обществах» и «О СМИ». Так вот решение этого конфликта внутри корпоративного устава мне кажется правильным. Для меня вся эта история является голосованием по доверию даже не мне, а редакционной политике в целом. Я человек достаточно известный, и меня вместе со всеми моими тараканами в голове знают уже много лет. Если журналисты проголосуют за меня, то это будет означать с их стороны доверие к той редакционной политике, которая осуществлялась до настоящего момента. Если они проголосуют не за меня, то уже будет не важно, кто будет главным редактором – редакционная политика должна смениться. Вот такая исключительно черно-белая история.

– Административный ресурс, как принято сегодня в большой политике, будете задействовать?

– К сожалению, в этой ситуации я его лишен. Я бы, конечно, хотел его использовать, но дело в том, что нашим уставом предусмотрено абсолютно анонимное выдвижение кандидатур и абсолютно тайное голосование. Во-первых, должна быть явка в 75% и для того, чтобы победить, необходимо набрать не менее 50%. Во-вторых, даже если в бюллетене останется только одна фамилия, то можно проголосовать против нее. Я не вижу, как здесь можно использовать административный ресурс.

– Многое, как известно, зависит от того, кто подсчитывает голоса. Кто будет выполнять функции Центризбиркома?

– Функции ЦИК выполняют несколько сотрудников «Эха Москвы», которые не имеют права голоса. Это не журналисты, и они мне не подчинены. И в принципе им все равно, кто станет главным редактором.



Главный редактор «Эха Москвы»