Главная / Газета 11 Февраля 2005 г. 00:00 / Политика

Сергей Абрамов, премьер-министр Чечни

«В договоре не будет сюрреализма»

ВЛАДЛЕН МАКСИМОВ

В среду правительство Чечни приступило к работе над окончательным проектом договора о разграничении полномочий между республикой и федеральным центром. Вот уже полтора года о содержании этого документа высказываются самые невероятные предположения. О том, что будет сказано в новом договоре о проблемах восстановления экономики Чечни, «Новым Известиям» рассказал председатель правительства ЧР Сергей АБРАМОВ.

shadow
– Сергей Борисович, подготовка договора о разграничении полномочий между федеральным центром и Чеченской Республикой ведется уже полтора года, но проект пока так и не готов. Сейчас этот процесс возглавляете вы. В какой стадии находится работа над этим документом?

– Сейчас различные проекты договора о разграничении полномочий находятся в активной стадии обсуждения в структурах исполнительной власти республики. В течение этой недели мы сводили все поступившие предложения с тем, чтобы подготовить базовый проект договора. Документ будет небольшой. Мы считаем, что все проработки, будь то развитие экономики в целом или развитие конкретных отраслей, должны фокусироваться в конкретных рабочих документах, в том числе и в федеральных целевых программах. Сейчас в той или иной степени эти документы прорабатываются. В этом году в правительство России будет представлена программа развития экономики Чеченской Республики. В ней мы постарались определить конкретные точки роста, на базе которых мы в дальнейшем будем стимулировать развитие экономики. И в первую очередь мы сделаем ставку на развитие малого и среднего бизнеса. Программа развития и договор о разграничении полномочий – это те документы, которые требуют особого внимания от всех заинтересованных лиц, и мы посвящаем им все свое время.

– Широкий резонанс вызвало выступление председателя Госсовета республики Тауса Джабраилова. Его вариант фактически предполагает экономическую независимость Чечни. Такие предложения останутся в базовом проекте?

– Туда войдут многие предложения, в том числе и уже озвученные. Но в первую очередь я хотел бы подчеркнуть, что этот документ будет полностью соответствовать Конституции РФ и Конституции Чечни. Это положение будет зафиксировано в преамбуле к договору. Что касается дополнительных преференций, необходимых для интенсивного развития экономики республики, то мы, конечно, будем просить о них. Хотя не исключено, что это повлечет какие-то последствия, связанные с внесением поправок в законодательную базу РФ. Но опять же это все будет в правовом поле РФ. Законодательство России очень интенсивно развивается. И в этом году приобретают законную силу многие законодательные акты, которыми мы и воспользуемся. Поэтому мы считаем, что нам нет необходимости уделять в договоре какое-то особое внимание отдельным направлениям, будь то особая экономическая зона или что-то иное.

– О каких именно изменениях федерального законодательства идет речь?

– Мы столкнулись с очень серьезной юридической проблемой. Многие хозяйствующие субъекты или отдельные граждане уже обращались в суды общей юрисдикции по вопросам защиты своих прав. Например, с требованиями компенсаций за потерянное имущество. При этом сложилась парадоксальная ситуация, когда то, в результате чего это имущество было утеряно, никак юридически не характеризуется. Нам нужно четко определить статус Чеченской Республики, объяснить, почему особое внимание нужно уделить именно Чечне, а не другим регионам РФ. А причина в том, что на территории республики дважды проходили военные действия. Ведь нигде в других регионах военных действий не было, и не дай бог, чтобы они случились. Определив этот статус, мы сможем строить все дальнейшие действия. Это будет касаться всех областей. Еще раз подчеркиваю: все, что касается экономики, мы сформулируем в абсолютно адресных программах. Если это, допустим, социальная программа, то будут названы конкретные объекты, которые будут формировать социальную базу.

– Когда правительство Чечни планирует закончить работу над проектом договора?

– В течение февраля мы представим проект договора в Южный федеральный округ и далее в администрацию президента РФ. Я уверен, что в этом году договор точно будет подписан.

– Мы уже слышали несколько вариантов этого документа, иногда весьма спорных. По окончании работы ваш проект будет обнародован?

– Я думаю, что этот документ не содержит каких-то секретов. Никаких сюрреалистических идей там не будет. Никто не хочет и не будет заниматься недорогим политическим пиаром. Поэтому я считаю, для того чтобы избежать в дальнейшем каких-либо кривотолков, никто не должен оставаться в стороне от работы над документом.

– Уже несколько лет на самом высоком уровне говорится о восстановлении Чечни. И хотя освоены довольно большие бюджетные средства, каких-то явных результатов не видно.

Победа «Терека» в Кубке России стала одним из главныx символов возрождения Чечни.
shadow – Да, действительно, объем кредиторской задолженности по программе восстановления Чечни очень большой. Это связано с тем, что на первом этапе формирования программы бюджетные средства расходовались крайне неэффективно. Было начато строительство очень большого количества объектов. И большинство из них на сегодняшний день заморожено. Так что результаты работы по восстановлению республики можно признать неудовлетворительными.

– Может быть, причина в коррупции, о которой много говорится в Чечне?

– Я работал в Счетной палате, и, в частности, мы разрабатывали критерии оценки деятельности госорганов. Полученный тогда опыт пригодился мне и при работе в республике. Нужно понимать, что коррупция есть и в Чечне, и на Кавказе, и в других регионах России. Кстати, в Чечне, наверное, коррупции меньше. Здесь на каждого чиновника столько проверяющих, да и последствия для коррупционера могут быть самыми трагическими.

– В мае прошлого года, чтобы разобраться в ситуации, в Чечню приезжал Герман Греф. Что-то изменилось после этого визита?

– После этой поездки мы совместно с МЭРТом оценили ситуацию и выделили приоритетные объекты, которые можно было закончить в 2004-м, максимум в 2005 году. Какая-то часть работы федеральными заказчиками сделана, какая-то не сделана. К сожалению, из года в год такая тенденция наблюдалась. В этом году намечается существенный прогресс. Но качественно ситуацию это никак не изменит. На наш взгляд, на взгляд любого грамотного экономиста, вначале необходимо создать соответствующую инженерную инфраструктуру, а уж потом начинать строительство. Если этого нет, то никакие инвестиции в развитие производства или в целом экономики невозможны. И речь идет не только о Грозном. Хотя здесь что делали, что не делали – воды так и нет. К сожалению, даже те средства, что приходили из федерального бюджета, расходовались неэффективно. Сейчас на базе территориальной комплексной схемы развития республики мы определяем то, как мы видим Чеченскую Республику в течение ближайших 20–30 лет. И застройка Грозного основывается именно на этих расчетах. Первые 600 тыс. кв. метров мы планируем застроить в течение 2,5 года. Это новое строительство, а оно невозможно без современной инфраструктуры. Практика показывает, что бизнес, в том числе и чеченский, готов включаться в инвестиционную деятельность. И уже сейчас мы имеем много проектов коммерческого строительства. Но ни один инвестор не захочет иметь с нами дело, если мы не подведем сначала тепло, свет, связь – чтобы его объект нормально функционировал, а не стоял мертвым зданием, как это часто сегодня происходит. Это наши обязательства. При этом мы фактически будем создавать все заново. Потому что старая инфраструктура не только пострадала от военных действий, но в некоторых местах просто не ремонтировалась с 40-х годов.

– До сих пор основная финансовая нагрузка по восстановлению Чечни лежала на федеральном бюджете. Немалая часть чеченцев живет за пределами республики, и некоторые из них являются успешными бизнесменами. Вы планируете использовать их потенциал?

– Ряд чеченских бизнесменов, как известных, так и не очень, но которые обязательно станут известными, после того как начнут работать в Чечне, сегодня уже подключаются к конкретным проектам. Речь идет о строительстве гостиничного или административного комплекса, магазина или кинотеатра. Все эти проекты мы обсуждаем с отдельными бизнесменами, и если приходим к определенному взаимовыгодному решению, то запускаем их. Когда мы приходили в республику, то на рынке работало 90% внешних производителей и продавцов. Сейчас более половины денежных средств в экономику республики инвестируется местными производителями. Отсюда растет и налоговая база. Поэтому основной задачей я считаю развитие в республике малого и среднего бизнеса. Задача чиновника – подготовить эффективные социальные программы за счет тех доходов, которые мы получаем от совместных инвестиционных проектов, от налоговой базы. Вижу, что процессы идут, и дай бог, чтобы и дальше все развивалось. Если сравнивать ситуацию в начале прошлого года и сегодняшнюю, то разница заметная. Я рассчитываю, что в этом году вне бюджета в республику поступит минимум 3 млрд. рублей, максимум – 6 млрд.

– Сейчас самая острая тема в стране – это введение в действие закона о монетизации льгот. Как в Чечне восприняли эту реформу?

– Действительно, закон о монетизации льгот с 1 января работает и в Чечне. Конечно, существуют определенные проблемы с его реализацией. Эти проблемы обозначены, и сейчас мы разрабатываем способы их решения. Хотя особого ажиотажа этот закон в республике не вызвал. Наверное, потому, что чеченцы видели и не такие потрясения.

– В начале года появились слухи о вашем возможном переходе на новую работу. Собираетесь оставить Чечню?

– Это всего лишь слухи. Хотя я человек, состоящий на государственной службе, и если моему опыту найдут применение в другом месте, то я, безусловно, займусь решением поставленных задач. Но вообще должен сказать, что слухи появляются всегда, особенно по отношению к тому, кто пытается сделать что-то позитивное.


Опубликовано в номере «НИ» от 11 февраля 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: