Главная / Газета 31 Января 2005 г. 00:00 / Политика

Конвейер подавления

МВД пока реформированию не поддается

АЛЕКСАНДР КОЛЕСНИЧЕНКО

На днях в Москве прошла конференция правозащитников, посвященная реформе МВД. Общий вывод – никаких реальных перемен не происходит. Качество работы следователя все так же измеряется количеством дел, которые он довел до суда. А работа судьи – количеством вынесенных приговоров. Поэтому к Уполномоченному по правам человека не уменьшается поток жалоб от осужденных, которые оговорили себя под пытками.

shadow
Милиционеры пытают задержанных, потому что убеждены в своей безнаказанности, считает юрист правозащитного фонда «Общественный вердикт» Павел Чиков. Сейчас фонд расследует 120 дел о милицейском произволе. Среди отказов в возбуждении уголовного дела по пыткам встречаются и такие: «названные гражданином сотрудники милиции отрицают, что применяли в отношении данного гражданина насильственные действия». Г-н Чиков говорит, что прокуратура зачастую отказывается не только проверять указанные в жалобе обстоятельства, но и «вообще расследовать, как был избит задержанный, какова причина смерти». Так, в Татарстане прокурор одного из районов 8 раз отказывал в возбуждении уголовного дела по факту пыток, и дело возбудили только после обращения в республиканскую прокуратуру.

«Ошибочно думать, что только в Чечне нарушаются права человека», – говорит директор Института прав человека Валентин Гефтер. По словам правозащитника, после задержания человек оказывается в такой же «серой» с точки зрения прав человека зоне, как и Чечня. Следователь будет отказываться принимать доказательства и проводить экспертизы, которые поставят под сомнение вину подозреваемого. Иногда доходит до «сговора следствия с судом», и приговор оказывается заранее предопределенным.

Но даже без сговора интересы следователя и судьи совпадают. По словам федерального судьи в отставке Сергея Пашина, работа следователя оценивается количеством доведенных до суда дел, а работа судьи – количеством вынесенных приговоров и их стабильностью, то есть неотменяемостью в высших инстанциях. «Судья – это зависимый чиновник, судебная система – это конвейер по производству законченных дел, по превращению людей в лагерную пыль, как говорят сами судьи», – утверждает г-н Пашин. Оправдательные приговоры редки, потому что они перечеркивают работу всех предыдущих звеньев конвейера.

Поэтому с таким неприятием были встречены суды присяжных, которые выносят оправдательные приговоры в 5 раз чаще, чем обычные. И эти оправдательные приговоры стремятся отменить под любым предлогом.

Еще более беззащитен человек в местах лишения свободы, утверждает руководитель российского отделения организации «Международная тюремная реформа» Алла Покрас. По ее словам, у заключенного помимо прочих прав отсутствует даже право на личную безопасность, которую в местах лишения свободы ему «никто не может гарантировать». Речь идет и о насилии со стороны других заключенных, и о «маски-шоу» – массовых избиениях заключенных охраной и ОМОНом. Причиной отсутствия подвижек в реформе правоохранительной системы правозащитница считает то, что «система сама себя реформирует, без участия общества».


Опубликовано в номере «НИ» от 31 января 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: