Михаил Федотов

В ораторском искусстве есть такой метод ведения дискуссии – взять тезис оппонента и путем нехитрых логических операций довести его до абсурда, тем самым доказав его ложность. Последние события на российской политической сцене показывают, что у нас этот метод успешно применяется вовсе не для опровержения ложных утверждений, а, напротив, для подтверждения истинных. Такое впечатление, что некий неустановленный социальный экспериментатор ставит на нас серию опытов, с каждым разом повышая уровень абсурдности, чтобы проверить, на какой стадии общество воскликнет: «Да это же бред какой-то!» Но опыты безрезультатны. Народ чиновный и выборный не только не возражает, но даже, наоборот, подбадривает: еще, еще... Ну, экспериментатор и старается.

Взять, к примеру, тему терроризма. То, что с этим абсолютным злом нужно бороться, несомненно. Весь вопрос – какими средствами. Ведь можно напридумывать такого, что по всей России камня на камне не останется. Вот почему общество с надеждой смотрит на парламентскую комиссию по Беслану, ожидая от нее конкретных рекомендаций: что делать, с чего начать, как продолжить? А тем временем наш неутомимый экспериментатор сдвигает ручку своего «реостата» на следующее деление, и подопытному обществу впрыскивается головокружительная идея «контрзахвата заложников». Самое удивительное, что у нее тут же появляются сторонники, готовые отбросить как ненужный хлам Российскую Конституцию, международные обязательства и даже знаменитую «диктатуру закона», не говоря уже о таких «либертарианских химерах», как гуманизм, справедливость, совесть и господство права. А наиболее практичные люди уже интересуются, что предполагается делать дальше с этими «контрзаложниками». Если, например, будут продавать в рабство, то по какой цене?

Не нужно думать, что у этой идеи не может быть продолжения. На самом деле она очень и очень перспективна. Развивая ее, можно легко дойти до «контррасстрела заложников» и «контрподрыва жилых домов (самолетов, поездов, вокзалов, метро, подземных переходов и т.д.)». Скрестив ее с доктриной превентивных ударов, можно начать захватывать «контрзаложников» заранее, в том числе на территории иностранных государств, создавая тем самым необходимый людской резерв на случай действительного, не дай бог, террористического акта. И не в том беда, что мировое сообщество нас за это осудит, а в том, что второго пришествия нравов монгольского нашествия тысячелетняя России может не пережить.Увы, наш неведомый экспериментатор в своих небезопасных опытах использует сегодня не только идею «контрзахвата заложников». С большим упорством он пытается довести до абсурда также президентскую мысль об укреплении единства исполнительной власти. Вместо того чтобы, следуя указаниям Владимира Путина, «защищать – в борьбе с международным терроризмом – целостность страны и отстаивать демократические завоевания народа», он подбрасывает идеи роспуска законодательных собраний в субъектах Федерации. Укреплять единство посредством провоцирования очагов противостояния – это, кажется, не менее абсурдно, чем отстаивать демократические завоевания путем отмены всеобщих выборов.

Впрочем, возможно, я ошибаюсь, и никакого таинственного экспериментатора нет, а причиной всему – спертый воздух чиновных кабинетов, в котором быстро размножаются вирусы коррупции, угодничества и идиотизма. Так, может быть, в порядке подготовки к зиме хорошенько проветрить помещения, чтобы «свободному обществу свободных людей» не дожидаться оттепели в духоте?