Обитаемый остров

Пять дней, с 12 по 16 августа, остров Обуда в Будапеште был центром культурной жизни Европы. Тринадцать музыкальных сцен фестиваля Sziget ни минуты не простаивали свободными. Несмотря на то что в этом году из-за протестов жителей близлежащих районов была запрещена хард-рок-сцена, главное блюдо фестиваля – музыка – оказалось вкусным, местами острым и уж точно разнообразным. Команды из кожи вон лезли, лишь бы удовлетворить самых взыскательных гурманов-меломанов, представляя все стили – от венгерского кантри до тяжелого рока, от джаза до трип-хопа.

Первый день фестиваля можно назвать относительно разгрузочным. Nouvelle Vague отыграли симпатичный сет, смешав солнечный коктейль из босса новы, французского шансона и рок-боевиков. Пока женская часть аудитории мечтала под завлекательные мелодии, мужская глазела на извивающихся в томном танце вокалисток – романтичную блондинку и жгучую брюнетку.

Чтобы жизнь после такого выступления разморенным гостям фестиваля не казалась медом, на сцену выскочили испанские суровые дядьки Ska-P. Они скакали по сцене так, будто вместо кофе выпили скипидара. С легкостью маститых фокусников они миксовали остросоциальные лозунги с ироничными перформансами, переодеваясь то в католических священников, то в пронафталиненных бабушек, то в полицейских-взяточников. Их выступление – как раз тот случай, когда вживую группа звучит в разы лучше, чем в студийной записи. Достойным финалом сета Ska-P стал торжественный парад музыкантов, один из которых был в килте. Килт, разумеется, под конец был задран, и весь честной народ смог лично удостовериться в том, что этот предмет одежды нижнего белья не предусматривает. Охрана, что характерно, восприняла этот жест спокойно: обнаженка на фестивале встречалась довольно часто.

Хедлайнером первого дня стала Лили Аллен. Хулиганка и любительница выпить, ранее исполнявшая смесь традиционных ска-мотивов и чисто девичьей лирики, на сей раз предстала в образе гламурной дивы с макияжем в стиле диско. Манера исполнения, впрочем, почти не изменилась, разве что стала помягче: старость, как говорится, не радость. Мурлыча в микрофон незамысловатые песенки, она чудесно провела полтора часа, заигрывая с публикой. Последняя всячески выражала свою любовь и преданность ободрительным гулом. А под самый известный хит Smile, который на удивление был сыгран в жестковатой драм-н-бейсовой обработке, толпа и вовсе устроила настоящие шаманские пляски.

Одним из наиболее мощных дней фестиваля стал четверг. На сет Норманна Кука, более известного как Fatboy Slim, собралось больше всего народу – порядка 150 тыс. человек. Огромное пространство от главной сцены до палаток с алкоголем было забито поклонниками. Своих хитов, стоит отметить, он играл мало: либо ставил старую электронику 80–90-х годов, либо авторски обрабатывал чужие песни типа Seven Nation Army от White Stripes. Впрочем, под конец сета жаждущие смогли насладиться звуками блокбастеров Right Here, Right Now и Praise You. Все это сопровождалось на удивление грамотным видеорядом: к абстрактным картинкам, типичным для других исполнителей, прибавлялись репортажные элементы в виде прямых включений с фестиваля. После окончания концерта публика, сметая, словно взбесившиеся слоны, все на своем пути, двинулась к другой сцене, где как раз начинал играть Трики. Темнокожий гуру трип-хопа, как обычно, отнесся к слушателям весьма индифферентно. Иными словами, он был в таком состоянии (по крайней мере с виду), что сил хватало только на то, чтобы менять пластинки. Тем не менее это не помешало ему отыграть завораживающий сет. Видимо, мастерство пропить, прокурить и даже пронюхать действительно проблематично.

Хедлайнерами следующего дня стали The Prodigy. Со всеми вытекающими последствиями: хоть толпа была и меньше, чем на Fatboy Slim, но все равно вызывала ассоциации с часом пик в метро в крайне перенаселенном мегаполисе. Публика бесновалась под Firestarter и подвывала под Smack My Bitch Up, в то время как на сцене фронтмен Кейт дергался в «пляске святого Флинта». Не забыли музыканты рекламировать свой новый альбом Invaders Must Die, который критики сравнивают с легендарным Fat of the Earth. Помимо одноименной заглавной песни альбома аж дважды прозвучал потрясающий трек Omen. Все бы ничего, но постоянно отдавливаемые конечности мешали наслаждаться яростным и очень искренним выступлением. Кстати, в начале октября The Prodigy собираются в Москву, и, возможно, послушать их в российской столице удастся в более приемлемой обстановке.

В субботу разнообразие музыки достигло своего максимума. Простой меломан начинал жалеть о запрете на человеческое клонирование: настолько сложно было расставить приоритеты и выбрать, кого послушать первым. Немцы The Notwist играли замороченный построк, Klaxons веселили публику разухабистым инди, а The Cristal Method – сложным брейк-битом. Так что на главных звезд дня – Placebo – пришло не так уж и много народу. Сладкоголосый Брайан Молко заводил публику хитами Song To Say Goodbye, а рулады, которые он выводил в Every You Every Me, дали бы прикурить любому мартовскому коту. Забавно, что уже через полчаса после начала выступления музыканты начали прощаться с публикой и в режиме «на бис» провыступали еще столько же.

В последний день гости Sziget’а пытались наверстать упущенное и больше времени проводили на немузыкальных сценах или просто прогуливались по острову. Однако на концертных площадках все равно было многолюдно. Прослушав очередную икону эмо-инди Maximo Park, посетители приготовились к мощному выступлению панков-старичков The Offspring. Старички, стоит отметить, были бодры, веселы и даже романтичны – случай небывалый для заявленного стиля музыки. Вокалист Декстер Холланд, кстати, подстригшийся и больше не похожий на Виктора Дробыша, обиженным тоном заявил: «Ну, мы же серьезные музыканты» – и сыграл акустическую версию Gone Away на рояле. Ну а сет Faith No More, завершившийся роскошным салютом, стал достойным десертом пяти дней, потрясших если не музыкальный мир, то хотя бы европейскую его часть точно.