обсудить в форуме
сделать закладку
вставить в блог
распечатать |
Через неделю президент России Дмитрий Медведев будет встречаться с Общественным советом по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека под председательством Эллы Памфиловой. На встрече с Медведевым наряду с другими членами совета выступит и руководитель комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина, которая обрисует главе государства ситуацию с беженцами.
Рассказывая о многочисленных аспектах этой по-прежнему острой для страны проблемы, с которой Ганнушкина знакома, наверное, не хуже, чем глава Федеральной миграционной службы, правозащитница наверняка промолчит о том, что ее фамилия наряду с еще семью фамилиями российских правозащитников фигурировала в так называемых «расстрельных списках», опубликованных на одном из националистических сайтов. Промолчит она и о том, что с октября 2006 года по заявлению депутата Госдумы Николая Курьяновича против нее и ее организации пытались возбудить уголовное дело.
Теперь уже бывший, а тогда действующий парламентарий обратился в Генпрокуратуру РФ с требованием проверить деятельность комитета «Гражданское содействие» «в связи с осуществляемым им оперативным прикрытием этнических преступных группировок». В октябре 2006 года при задержании сотрудниками милиции был убит беженец из Абхазии Тариэл Цула. Рядом с его трупом нашли письмо с просьбой «не принимать мер административного воздействия и не чинить ему препятствий в передвижении по Московской области». Эта бумага якобы была выдана беженцу комитетом «Гражданское содействие» и подписана Ганнушкиной.
Между тем РУБЭП города Москвы выяснил, что найденный у Цулы документ не выдавался ему правозащитниками: фактически эта была подделка. Бланк письма не совпал с теми бланками, на которых «Гражданское содействие» с 1990 года печатало так называемые охранные грамоты для вынужденных переселенцев. В них всегда указывалось, откуда прибыл человек, почему он нуждается в защите. Особо отмечалось, что он находится в процессе получения статуса беженца и, возможно, не имеет регистрации и необходимых документов. Для добросовестных сотрудников милиции эта бумага являлась документом, выданным благотворительной организацией, которой можно доверять. Если у них возникали вопросы, они немедленно связывались с правозащитниками. Недобросовестные же стражи порядка, увидев такую бумагу, остерегались брать деньги с беженцев за отсутствие регистрации.
В любом случае за все эти годы ни одно ведомство никогда не оспаривало право «Гражданского содействия» на выдачу подобных «грамот». Наверное, поэтому, а также потому, что письмо рядом с трупом беженца фактически было признано фальшивкой, в январе 2007 года заместитель прокурора Москвы Алексей Григорьев вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела против Ганнушкиной. Но другой зампрокурора – Вячеслав Росинский – обратился в Росрегистрацию с просьбой проверить деятельность «Гражданского содействия». Одновременно Росинский направил Ганнушкиной предостережение о недопустимости нарушения закона. По его мнению, выдавая «охранные грамоты», правозащитница нарушила три федеральных закона, имеющих отношение к беженцам.
Ганнушкина оспорила в суде вынесенное ей предостережение. И 25 октября 2007 года суд ее жалобу удовлетворил. Казалось бы, инцидент исчерпан. Тем более что в положенные по закону 10 дней прокуратура решение суда не оспаривала. Но прошло полгода, и зам. прокурора Москвы Росинский неожиданно подал кассационную жалобу. И хотя сроки подачи жалобы вышли, Мосгорсуд согласился с прокуратурой и постановил: предостережение вынесенное правозащитнице, законно. Ганнушкина возмутилась и снова подала жалобу – в Замоскворецкий районный суд.
И вот две недели назад судья Лобова огласила решение, в корне противоречащее решению от 25 октября 2007 года, вынесенному ее коллегой судьей Пашкевич в том же Замоскворецком суде. А это значит, что Ганнушкина нарушила-таки законы о беженцах.
Увы, но на суде кандидат юридических наук, прокурор Каширина не смогла объяснить, какие именно нормы законов были нарушены. Не ответила прокурор и на вопрос Ганнушкиной: «Почему прокуратура Москвы не интересуется теми, кто продает беженцам фальшивки, подделывая те самые «охранные грамоты», которые мы выдаем?» Ганнушкина знает, кто эти люди, и неоднократно сообщала в прокуратуру, кого, по ее мнению, стоило бы привлечь за мошенничество.
И все-таки, почему руководитель «Гражданского содействия» тратит столько времени и сил на отстаивание в суде своей позиции? Она объясняет: «Предостережение прокурора Росинского – это пятно на репутацию нашей организации. Кроме того, в Госдуме разрабатывается закон, согласно которому можно будет любую организацию закрыть после двух предостережений прокуратуры. Я считаю это предостережение абсурдным по своей сути и хочу, чтобы оно было отменено».
Автор – обозреватель «НИ»
Рассказывая о многочисленных аспектах этой по-прежнему острой для страны проблемы, с которой Ганнушкина знакома, наверное, не хуже, чем глава Федеральной миграционной службы, правозащитница наверняка промолчит о том, что ее фамилия наряду с еще семью фамилиями российских правозащитников фигурировала в так называемых «расстрельных списках», опубликованных на одном из националистических сайтов. Промолчит она и о том, что с октября 2006 года по заявлению депутата Госдумы Николая Курьяновича против нее и ее организации пытались возбудить уголовное дело.
Теперь уже бывший, а тогда действующий парламентарий обратился в Генпрокуратуру РФ с требованием проверить деятельность комитета «Гражданское содействие» «в связи с осуществляемым им оперативным прикрытием этнических преступных группировок». В октябре 2006 года при задержании сотрудниками милиции был убит беженец из Абхазии Тариэл Цула. Рядом с его трупом нашли письмо с просьбой «не принимать мер административного воздействия и не чинить ему препятствий в передвижении по Московской области». Эта бумага якобы была выдана беженцу комитетом «Гражданское содействие» и подписана Ганнушкиной.
Между тем РУБЭП города Москвы выяснил, что найденный у Цулы документ не выдавался ему правозащитниками: фактически эта была подделка. Бланк письма не совпал с теми бланками, на которых «Гражданское содействие» с 1990 года печатало так называемые охранные грамоты для вынужденных переселенцев. В них всегда указывалось, откуда прибыл человек, почему он нуждается в защите. Особо отмечалось, что он находится в процессе получения статуса беженца и, возможно, не имеет регистрации и необходимых документов. Для добросовестных сотрудников милиции эта бумага являлась документом, выданным благотворительной организацией, которой можно доверять. Если у них возникали вопросы, они немедленно связывались с правозащитниками. Недобросовестные же стражи порядка, увидев такую бумагу, остерегались брать деньги с беженцев за отсутствие регистрации.
В любом случае за все эти годы ни одно ведомство никогда не оспаривало право «Гражданского содействия» на выдачу подобных «грамот». Наверное, поэтому, а также потому, что письмо рядом с трупом беженца фактически было признано фальшивкой, в январе 2007 года заместитель прокурора Москвы Алексей Григорьев вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела против Ганнушкиной. Но другой зампрокурора – Вячеслав Росинский – обратился в Росрегистрацию с просьбой проверить деятельность «Гражданского содействия». Одновременно Росинский направил Ганнушкиной предостережение о недопустимости нарушения закона. По его мнению, выдавая «охранные грамоты», правозащитница нарушила три федеральных закона, имеющих отношение к беженцам.
Ганнушкина оспорила в суде вынесенное ей предостережение. И 25 октября 2007 года суд ее жалобу удовлетворил. Казалось бы, инцидент исчерпан. Тем более что в положенные по закону 10 дней прокуратура решение суда не оспаривала. Но прошло полгода, и зам. прокурора Москвы Росинский неожиданно подал кассационную жалобу. И хотя сроки подачи жалобы вышли, Мосгорсуд согласился с прокуратурой и постановил: предостережение вынесенное правозащитнице, законно. Ганнушкина возмутилась и снова подала жалобу – в Замоскворецкий районный суд.
И вот две недели назад судья Лобова огласила решение, в корне противоречащее решению от 25 октября 2007 года, вынесенному ее коллегой судьей Пашкевич в том же Замоскворецком суде. А это значит, что Ганнушкина нарушила-таки законы о беженцах.
Увы, но на суде кандидат юридических наук, прокурор Каширина не смогла объяснить, какие именно нормы законов были нарушены. Не ответила прокурор и на вопрос Ганнушкиной: «Почему прокуратура Москвы не интересуется теми, кто продает беженцам фальшивки, подделывая те самые «охранные грамоты», которые мы выдаем?» Ганнушкина знает, кто эти люди, и неоднократно сообщала в прокуратуру, кого, по ее мнению, стоило бы привлечь за мошенничество.
И все-таки, почему руководитель «Гражданского содействия» тратит столько времени и сил на отстаивание в суде своей позиции? Она объясняет: «Предостережение прокурора Росинского – это пятно на репутацию нашей организации. Кроме того, в Госдуме разрабатывается закон, согласно которому можно будет любую организацию закрыть после двух предостережений прокуратуры. Я считаю это предостережение абсурдным по своей сути и хочу, чтобы оно было отменено».
Автор – обозреватель «НИ»
ВЕСЬ НОМЕР ЗА 9 АПРЕЛЯ 2009 Г.
1
