Главная / Происшествия / 8 Апреля 2009 г. 18:48

Заявление Ходорковского в суде встретили овациями

Сторонники бывших руководителей ЮКОСа Ходорковского и Лебедева устроили акцию протеста перед зданием Хамовнического суда, сообщает «Эхо Москвы». Бывших бизнесменов доставили в зал заседаний в наручниках и под конвоем – их сопровождали спецназовцы с автоматами. Через несколько минут после начала слушаний через открытое окно с улицы стали доноситься крики мужчины, который требовал «Свободы Ходорковскому и Лебедеву». Оппозиционный активист Сурен Едигаров забрался на крышу соседнего с судом здания, начал разбрасывать листовки и скандировать: «Прокурорам – позор!», «Нам нужна другая Россия!», «Свободу политзаключенным!».

Перед зданием суда попытались разбрасывать листовки еще две активистки с плакатами. Стихийная и несанкционированная акция протеста продолжалось около двадцати минут – в итоге четыре человека были задержаны. Сами подсудимые, находящиеся в стеклянной камере лозунги поддержки не слышали, отмечает радиостанция.

Сегодня в Хамовническом суде Москвы гособвинение продолжило оглашать документ. Накануне было зачитано лишь 24 страницы, сегодня еще 77. По мнению бывшего главы «ЮКОСа» Натальи Тереховой, прокуратура будет оглашать обвинительное заключение как минимум до пятницы.

Как сообщает Пресс-центр Михаила Ходорковского, Ходорковский и Лебедев говорят о неясности и противоречивости обвинения. Так, бывший глава ЮКОСа в первую очередь отметил, что разбросанные по делу неявные обвинения ставят его перед ситуацией, когда защищаться невозможно: «Они (прокуроры – прим.ред) заведомо знают об абсурдности обвинения. И могут подталкивать суд к тому, чтобы позже суть обвинения изменилась. Такая шутка — изменение обвинения непосредственно в приговоре — уже была в первом процессе. Прошу суд избежать этого».

Со следующим заявлением Михаил Ходорковский обратился непосредственно к судье. Он указал, что сущность обвинения ему так и не была следователями объяснена, о чем следователи даже делали честные записи в деле. Зато судья Ингодинского райсуда Нарышкина усмотрела в записи «обвинение не разъяснено и не понятно» то, что обвинение было разъяснено. Далее Михаил Ходорковский коснулся тех реалий, которые неизбежно сопровождают каждый суд над ним, речь, в частности, шла о прецедентном характере всякого решения по делу ЮКОСа. «В общем, вашему положению не позавидуешь, – обратился Ходорковский к председательствующему. - С одной стороны – четкая позиция президента нашей страны «судить по закону». С другой – целая подпольная межведомственная комиссия: как нагнуть судью и его непосредственное начальство на обвинительный приговор». В заключении Михаил Ходорковский выразил надежду, что ему хотя бы разъяснят обвинительное заключение. Зал отреагировал на заявление экс-главы ЮКОСа овацией.

В следующем заявлении Михаил Ходорковский попросил суд обратить внимание прокуроров на то, что «можно и нужно показать качество работы», а именно «тщательно подойти к изложению существа обвинения». Михаил Ходорковский попросил, чтобы обвинение предельно точно обозначило факт совершения преступления, способ, время и место его совершения. В отношении якобы похищенных нефти и акций Михаил Ходорковский попросил обвинение прояснить цели, умысел и мотив, которыми он, обвиняемый Ходорковский, руководствовался. «Мое право знать, в чем меня обвиняют конкретно, а не в виде оценок, не должно быть нарушено», — отметил подсудимый.

Далее Михаил Ходорковский заявил, что прокуроры прекрасно понимают, «что отмыть, то есть скрыть источник происхождения доходов нефтяной компании — невозможно, отмыть именные акции — невозможно». Назвав прокурор «не идиотами», Михаил Ходорковский предположил, что противная сторона будет хитрить, выкручиваться и «уповать на лжепреюдиции, создаваемые ими в закрытых процессах». «Они будут надеяться, что вас, Ваша честь, заставят стать членом их преступной группы», — добавил Михаил Ходорковский.

Далее Михаил Ходорковский попросил суд разъяснить ему, как следует воспринимать прокуроров. «Должен ли я всерьез относиться к словам государственных обвинителей, вносимых в протокол? – интересовался подсудимый. - Прошу дополнительно разъяснить, могу ли я рассматривать слова государственных обвинителей, уточняющие, на мой взгляд, предъявленное обвинение, именно как их официальную позицию?»

По словам Михаила Ходорковского, если разъяснения прокуроров в суде нельзя будет считать официальными уточнениями смутного обвинения, то это будет свидетельствовать о том, что «гособвинители не собираются исполнять свои обязанности, а следовательно являются не государственными обвинителями, а подставными фигурами, осуществляющими некую операцию прикрытия, лишающую меня права на защиту».

Слушания продолжатся завтра в 11.30.

В Хамовническом райсуде Москвы идет второй процесс по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, осужденных в 2005 году за мошенничество и неуплату налогов на восемь лет заключения. Ходорковского и Лебедева обвиняют в хищении и легализации акций поглощенной ЮКОСом в 1998 году компании «Томскнефть-ВНК», хищении в 1998 – 2003 годах нефти дочерних акционерных обществ ОАО «Самаранефтегаз», ОАО «Юганскнефтегаз» и ОАО «Томскнефть-ВНК» на сумму более 892,4 млрд. рублей, а также легализации в 1998–2004 годах части этих средств (487,4 млрд. рублей и 7,5 млрд. долларов США).


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: