Главная / Газета 12 Февраля 2009 г. 00:00 / Тематические приложения

Даниил Спиваковский в роли Юрия Деточкина из фильма «Берегись автомобиля!»

«PRO КИНО» продолжает проект «ЧЕРНО-БЕЛОЕ КИНО», в котором современные кинозвезды предстают в образах героев из культовых фильмов советского кинематографа.

Беседовала Катерина АНТОНОВА, фото Анатолия МОРКОВКИНА

Звезда Театра им. Маяковского, один из самых востребованных артистов современного российского кино Даниил Спиваковский согласился «примерить» на себя образ Деточкина легко и с азартом – как все, что он делает.

shadow
– Как вы отнеслись к тому, что фильм «Мой муж – гений», в котором вы сыграли главную роль физика Ландау, вызвал более чем неоднозначную реакцию публики?

– У нас работа такая, чтобы, не могу сказать – создавать скандалы, но – привлекать к себе внимание. Многие фильмы и спектакли, в которых я участвую, окружены разговорами, сплетнями, яркими обсуждениями. И это приятно. Было бы обидно, если бы ничего этого бы не было. Если говорят, значит, это как-то затронуло людей. Значит, они думают об этом, дискутируют. Хуже, если бы все прошло незаметно.

– Вы актер, и у вас есть образование психолога. Не пробовали как-то систематизировать свой опыт и писать о том, что есть природа творчества?

– Нет-нет, и не собираюсь этого делать никогда. Психологи и актеры занимаются исследованием человеческой души. И это единственное, что роднит эти профессии. Профессия актера очень ремесленна. Поэтому сравнивать инструменты, которыми работает актер, с инструментами людей, занимающихся другой профессией, я бы не стал. Но вот причина успешности людей одинакова, независимо от того, чем они занимаются.

– Обычно актеры говорят о том, насколько их профессия особая, открывают зрителям какие-то секреты, чтобы стало понятнее, что это такое, работа актера…

– Да не надо это понимать! Надо приходить в театр и получать удовольствие! А то получается, как если бы вы пришли к стоматологу и сказали бы: «Я не понимаю, как вы сверлите мои зубы и ставите мне пломбы!» Не надо понимать! Жуйте пищу здоровыми зубами, и все! Так же в театре и в кино. Наслаждайтесь игрой актера и интересными режиссерскими поворотами.

– Разговоры о том, что эта профессия корежит людей – миф?

– Конечно. Есть профессиональный навык – входить в роль и столь же профессиональный навык – выходить из роли. Я слышал, что в истории есть примеры того, что с актерами что-то странное происходило из-за ролей. Но я считаю, что это непрофессионально. А актеры, которые об этом много говорят – лукавят. Не роль должна двигать актера, а актер должен направлять и руководить своей ролью. Что я и делаю.

– Ваша известность вас радует? Или у вас к этому тоже спокойное отношение, как и к профессии?

– Спокойное. Актер должен быть узнаваем, известен, у него должны брать интервью и автографы. Люди должны покупать билеты в театр или переключать канал телевизора, зная, что они увидят именно этого актера.

– Вас не раздражает, когда подходят на улице?

– Нет, это нормально. Вот когда появляется излишнее внимание в общественных местах – я очень стесняюсь. Всегда шапку поглубже на лоб натягиваю, пытаюсь прошмыгнуть быстро.

– Сами вы способны пойти взять автограф у кого-то?

– Скорее не автограф. Но если мне понравился какой-то человек любой профессии, если мне захотелось с ним встретиться и спросить его о чем-то, если я понимаю, что встреча моя с ним меня чем-то обогатит и как-то изменит мою жизнь, то я обязательно пробьюсь к нему. Дело не в автографе, а в возможности пообщаться. Так в моей жизни было, но только не в актерской профессии. Я никогда не искал путей к какому-то режиссеру или актеру, который мог бы оказать мне протекцию, нет. А вне актерской профессии, в сфере других моих увлечений такое бывало.

– А почему так: везде, кроме актерской профессии?

– Просто я очень деликатный человек. Никогда не просил никаких ролей. Очень стеснительно к этому относился. Никогда не сближал дистанцию ни с режиссерами, ни со своими коллегами. Предпочитаю общаться с дистанцией.

– У вас практически не было пауз в работе…

– Относительно. Я поступил в институт в 21 год, отслужив в армии, уже имея некий жизненный опыт. Еще студентом стал играть в Театре имени Маяковского, где я сейчас работаю, и был исключительно театральным артистом. А в кино я свою первую большую роль получил только в 32 года. И только последние пять лет имею постоянно какие-то приглашения в кино.

– У вас есть страх, что такая востребованность, как сейчас, однажды исчезнет?

– Нет. Конечно, у меня есть жадность до работы, до предложений – как у любого актера и как у любого человека. Но, могу вам сказать, что, если по каким-то причинам – социальным, экономическим – предложений станет меньше – мой ежедневник все равно будет расписан. У меня есть чем заниматься в промежутках между актерским мастерством.

– К себе изменилось отношение после того, как стали много сниматься?

– Я стал более профессионален. В театре же можно долго репетировать. Месяц-два-три. И ты имеешь право ошибаться, что-то пробовать, искать. А в кино такой возможности нет. Какие-то репетиции есть, но в этот день надо снять эту сцену. Или несколько сцен. И ты должен быть очень подготовлен и собран. Это условие тебя профессионально подкрепляет. Ты становишься очень профессионально подкованным. Все время находишься в боевой готовности. Я всегда к себе относился очень требовательно, поэтому меня иногда и называют капризным, своенравным, дотошным. Но это не капризы ради капризов. Я могу добиваться каких-то изменений в сценарии, в костюме, в гриме, в реквизите, но это не каприз, это именно профессиональное отношение к себе, чему меня научил мой учитель Андрей Александрович Гончаров.

– Что такое актерский профессионализм?

– Это восприятие и реакции зрителя. Дыхание зрительного зала, его сопереживание, аплодисменты, паузы. Если со зрителем после просмотра фильма или спектакля ничего не произошло, тогда актер зря работал. Пожалуйста, зритель может не соглашаться с трактовкой режиссера, драматурга, с интерпретацией актера – ради бога, мы готовы дискутировать. Если у зрителя рождается эмоция, чувство, если он думает об этом, выходя из зрительного зала, тогда это замечательно, тогда мы не зря работали. И здесь невозможно ошибиться – актер же очень внимательно слушает зал, и как любой человек понимает, привлекает он сейчас внимание или нет, так и актер понимает, есть контакт с залом или нет. Да что там, даже маленькому ребенку, если родители обращают на него внимание, комфортно, а если родители отвлеклись – он начинает капризничать и хныкать, чтобы вернуть себе родительское внимание. Мне это сейчас очень близко, потому что у меня десятимесячная дочь, за которой я очень внимательно наблюдаю, и понимаю, что она пусть маленький, но уже совершенно сложившийся человек.

– Много времени с ней проводите?

– К сожалению, не очень из-за съемок и гастролей. Но как-то пытаюсь.

– Подгузник можете поменять?

– Да, конечно. Я могу памперс поменять, могу мыть, кормить.

– Страха совсем не было?

– Был страх, но я как-то всему обучился, и сейчас делаю это с большим удовольствием.

– Возвращаясь к началу разговора – к вашему герою Ландау, у них с женой был договор, что нельзя портить друг другу настроение. А у вас с женой есть какие-то договоренности, благодаря которым совместная жизнь остается хорошей?

– Нет, у нас таких договоренностей нет, мы как-то даже не задумывались об этом. Мы очень хорошо живем. Несмотря на большую разницу в возрасте, 18 лет, мы совершенно люди одного поколения, говорим на одном языке, одинаково оцениваем какие-то факты, качество фильма или спектакля. Я не могу сказать, что у нас есть какие-то правила, которые формулируем вслух, но, наверное, что-то внутри сформировалось.

– Что такое взрослость и когда она у вас наступила?

– Я не знаю этого понятия. Никогда этого не чувствовал. Знаете, говорят про разные возрастные кризисы: «подростковый кризис», «кризис среднего возраста» – у меня этого не было, я никогда этого не испытывал. Всегда пролетал над возрастами, всегда был чем-то увлечен. Наверное, поэтому нам со Светой и с дочкой так хорошо вместе, и мы действительно являемся одним целым. Когда я понимаю, что мне 39 лет, мне становится очень странно. Я совершенно не воспринимаю себя на этот возраст. Конечно, я себя не воспринимаю и как ребенка, но на эти годы я себя точно не ощущаю. Наверняка люди, которые видят меня со стороны, замечают, как я меняюсь, но я никакой разницы не ощущаю.

– А пристрастия, вкусы меняются?

– Вероятно, а вот жизненный опыт приобретается точно.

– Когда свободный вечер – вы где?

– Дома. Я иногда бываю на светских мероприятиях, где я могу встретиться со своими коллегами, с которыми редко видимся. Но я там созерцатель. Не участвую ни в каких капустниках, ни в каких церемониях.

– В театр ходите?

– С удовольствием бы ходил, но нет времени. И в кино редко хожу.

– Откуда вы черпаете силы при таком диком графике – где вы берете то, что будете потом тратить?

– У зрителя, потому что между актером и зрителем происходит взаимообмен энергией. Актер должен жечь нервные клетки, из него должны исходить тепло и энергия, а зритель своими эмоциями и переживаниями, своими аплодисментами возвращают актеру силы. Мне неинтересно смотреть на актера, когда ничего в нем нет, кроме, знаете, «правденки», как говорил Гончаров, то есть не более, чем органичного существования. Мне как актеру очень странно слышать, как вдруг в ранг великого искусства возводится такое вот не более чем органичное существование и никакой траты себя, ничего изнутри! И простой зритель как раз все это понимает и не прощает. Он ждет бесстыдства чувств, он хочет увидеть на сцене и в кино то, что в обычной жизни скрывает и подавляет в себе. И я пытаюсь это зрителю подарить.

Опубликовано в номере «НИ» от 12 февраля 2009 г.


Актуально


Регионы


Смотрите также

Лейла Намазова-Баранова

«Часто болеющие дети – это повод обратиться к генетику»

Анна Банщикова

«Мне все доставалось своим трудом»

Осенние игры

Как время года влияет на обострение заболеваний желудочно-кишечного тракта

Шкала здоровья

Ноябрь – время тюбажей и правильного сна

Новости


Все на сладкий фестиваль!

Что нужно, чтобы устроить настоящий шоколадный праздник

Кожа без полос

Как убрать растяжки

Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: