Главная / Газета 3 Марта 2006 г. 00:00 / Тематические приложения

Ольга Будина

«Одиночное пение мне неинтересно»

Елена ПОЛЯКОВСКАЯ

Впервые на экране студентка третьего курса «Щуки» появилась в фильме «Романовы. Венценосная семья», в котором сыграла роль княжны Анастасии. С годами предложений становилось все больше. Глеб Панфилов и Александр Митта, Алексей Учитель и Владимир Бортко с радостью приглашали Будину в свои картины. Но полтора года назад талантливая, умная и красивая актриса предпочла всем другим ролям самую главную роль в своей жизни. Роль мамы. Этой новой ролью Ольга настолько поглощена, что в нашем разговоре мы не раз к ней возвращались.

shadow
– Ольга, насколько рождение сына изменило вашу жизнь?

– Изменило – это не то слово, оно меня переродило. Не только потому, что я в себе обнаружила материнский инстинкт, но я открыла много других интересов – к жизни, к миру, к людям. Это необыкновенное ощущение: вы находитесь в гармонии со всем миром. Я в такой гармонии прожила почти два года. Не могу сказать, что сейчас у меня это чувство исчезло. Оно есть. Просто сейчас это ощущение гармонии немножечко другое. И оно продолжает меня питать.

– Вы вернулись в профессию после полутора лет перерыва. Насколько сложно совмещать материнские заботы и профессию?

– Мне кажется, я очень удачно справилась с этой дилеммой во время съемок фильма про Надежду Аллилуеву. Съемки длились больше трех месяцев, и я придумала свою некоторую хитрость – во время съемки я думаю только про роль, а дома с Наумом – занимаюсь только им.

– То есть нянь у вас нет?

– Может быть, они через какое-то время появятся. Но пока я оттягиваю этот момент.

– Я так понимаю, что это вовсе не потому, что вы не можете себе позволить содержание няни?

– Конечно нет. Более того, до рождения сына у нас была домработница – чудесная женщина. Но я просто поняла, что не хочу своего малыша ни с кем делить. Я даже себя поймала на том, что, когда гуляла с крошечным Наумом по 2–3 часа, мне никто не был нужен. Хотя обычно мамочки, которые гуляют с детьми, болтают между собой.

– Сейчас вы закончили съемки в фильме, где играете жену Сталина – Надежду Аллилуеву. Это возрастная роль?

– Она умерла в возрасте 31. То есть она почти ровесница мне сегодняшней. Но в фильме жизнь Надежды Аллилуевой прослеживается от 16 до 31 года. Получается, что это возрастная роль.

– События вашей личной жизни – замужество, рождение сына – как-то помогли вам в этой работе?

– Безусловно. Во-первых, мне была более понятна психология замужней женщины. Вообще, вы знаете, за эти два года я открыла в самой себе ранее неведомые чувства и эмоции. Я много читала, размышляла, занималась саморазвитием. То, что впервые в жизни у меня было целых два года, которые я могла посвятить себе, сыграло очень важную роль для меня как для актрисы. Правда, сейчас, когда я вернулась в профессию, мне иногда кажется, что я с Луны свалилась. Так много всего изменилось в том же кинопроизводстве. И я сейчас на все смотрю другими глазами.

– Ольга, я знаю, что в театральный вуз вы поступили волей случая, а собирались учиться в Гнесинке…

– Я хотела быть руководителем народного хора. Меня пригласили на отчетный концерт в Гнесинское училище. И меня настолько потряс народный хор, что я поняла: ничего более прекрасного я в жизни не встречала. Я хочу только туда. Одиночное пение мне неинтересно, а вот многоголосие, полифония – это мое. Это просто космос необыкновенный. Причем речь идет не только о русском фольклоре, а о любой другой этнической музыке. Наверное, поэтому оно и есть – народное пение, что оно вобрало в себя все лучшее. С душой что-то необыкновенное происходит, когда слушаешь это.

– Вы выпускница Щукинского училища, но работа ваша связана не с театром, а с кино…

shadow – Я просто никогда не пойду работать в репертуарный театр. Это совсем не моя история.

– В кино есть свой специфический момент. Актер, снимаясь в фильме, не всегда знает, как будет выглядеть его роль на выходе.

– Это самое страшное. Когда на озвучании видишь себя на экране, нужно быть морально готовым к чему угодно. Лучше сразу настраиваться, что не понравится, чтобы потом было чему удивляться.

– А какова ваша обычная реакция на премьерный показ?

– Как правило, я ничего не понимаю, потому что очень волнуюсь. У меня ступор наступает. Поэтому хороший фильм или плохой, я понимаю по реакции своих знакомых. Только спустя какое-то время – через год или два – я могу посмотреть фильм спокойно.

– Есть ли режиссеры, у которых вы бы согласились играть все, что угодно? Или, напротив, не стали бы сниматься ни при каких условиях?

– Я бы согласилась играть все, что угодно, у Алексея Германа-младшего. Я пока не видела «Гарпастум», но я видела его первый фильм и читала его интервью. Мне он глубоко симпатичен. Я не стану называть имен тех, у кого бы никогда не стала сниматься, хотя, наверное, и такие есть… Я отношусь к тем артистам, которые живут по поговорке: лучше с умным потерять, чем с дураком найти. Мне должна быть интересна личность. Это ведь два или три месяца моей жизни, и я хочу их прожить интересно.

– На съемках фильма вы идете за камерой или за режиссером?

– За камерой, конечно. Потому что зритель меня видит через объектив камеры. Иногда режиссер в своих мыслях, и ему нужно следить за всем на съемочной площадке, он может чего-то и не заметить. Моя задача, чтобы все, что я хочу сказать, увидела камера.

– Как режиссер вы снимали документальный фильм на Московском кинофестивале…

– Никак не могу его домонтировать, вернее, я уже все смонтировала, но мне не понравилось. Тот ад, который я себе устроила, ни в сказке сказать, ни пером описать. И я благодарна членам жюри за то, что они меня поддерживали. И даже прикрывали в какие-то моменты.

– А вообще это тяжелая работа – быть в жюри кинофестиваля?

– У нас было такое классное жюри. Мы так все сдружились. Отмечали вместе день рождения председателя жюри Сергея Владимировича Бодрова. А на финальном заседании даже пустили листочек, чтобы каждый обязательно написал свои координаты. Это было очень трогательно.

– Когда вы были членом жюри Московского кинофестиваля, на вас был очень красивый пестрый костюм. Вы любите яркие цвета?

– Я вообще так вот однозначно не могу сказать, что люблю яркое, пестрое или, наоборот, пастельное, хотя костюм, о котором вы говорите, я просто обожаю.

– Ваш стиль одежды с рождением сына как-то изменился?

– Нет, я не могу так сказать. Вот когда я гуляла с ребенком, я предпочитала спортивную свободную одежду. Просто чтобы удобно было. Что касается моих предпочтений сегодня… Если у меня раньше было время придумывать себе какую-то одежду, то сейчас его просто нет. Но желание осталось.

– Я слышала, что вы даже создали коллекцию.

– Это не то чтобы коллекция. Мне позвонили в декабре из ЦДЛ и попросили, чтобы я устроила там небольшой показ. Как таковой коллекции нет – просто одежда из моего гардероба. Это плод моего сотрудничества с разными дизайнерами. Я пробовала работать со швеями, но в результате не всегда получалось так, как мне бы хотелось. Поэтому тут необходим дизайнер.

– А имена дизайнеров можете назвать?

– Мне очень нравилось работать с Леной Нартовой, но сейчас она живет в Париже. Потом были Лида Нестрова, Юля Гирдо. Но первая, к кому я обратилась в своей жизни, была Лена Супрун. Она работала на фильме «Дневник его жены». Но тогда я еще не придумывала сама. Это произошло позже.

– Оля, а круг ваших друзей как-то связан с кино?

– Мое окружение никакого отношения к миру кино не имеет. С партнерами по фильмам возникают приятельские отношения, которые мне очень симпатичны, но дружить активно по разным причинам не получается. И я не могу сказать, что страдаю от этого.



ИЗБРАННАЯ ФИЛЬМОГРАФИЯ

«Московская Сага» (т/с, реж. Дмитрий Барщевский, 2004)

«Радости и печали маленького лорда» (реж. Иван Попов, 2003)

«Идиот» (т/с, реж. Владимир Бортко, 2003)

«Даун Хаус» (реж. Роман Качанов, 2001)

«Граница. Таежный роман» (т/с, реж. Александр Митта, 2001)

«Романовы. Венценосная семья» (реж. Глеб Панфилов, 2000)

«Дневник его жены» (реж. Алексей Учитель, 2000)

«Чек» (реж. Александр Бороднянский, Борис Гиллер, 2000)

АКТРИСЫ ЗАРАБАТЫВАЮТ НЕ ТОЛЬКО В КИНО

Глория Свенсон организовала в Нью-Йорке в 1960–1970-е гг. дом моды под своим брендом.

Софи Лорен одно время также выпускала трикотажные свитера.

Мила Йовович сделала свою первую коллекцию весна–лето-2006. Это были наивные платья с легким намеком на украинское прошлое актрисы. Занимается она и линией нижнего белья.

Дженифер Лопес самостоятельно разработала новую коллекцию, состоящую не только из традиционных комплектов, но и из домашней одежды – ночных рубашечек, маечек, халатиков и прочего. Семейная жизнь обязывает.

Лиз Хёрли изобрела коллекцию купальников и пляжной одежды. Кинозвезда намерена создать линию «невидимого» белья, т.е. тонкое, маленькое и бесшовное, не выделяющееся под любой одеждой.

Памела Андерсон разрабатывает силуэты джинсов, футболок, свитеров, модели ювелирных украшений, белье и ароматы.

Кэмерон Диас открыла в Майами суши-ресторан «Бамбу».

Анастасия Цветаева, наша молодая актриса, не отстает от голливудских звезд и занялась линией одежды для беременных.

Опубликовано в номере «НИ» от 3 марта 2006 г.


Актуально


Регионы


Смотрите также

Лейла Намазова-Баранова

«Часто болеющие дети – это повод обратиться к генетику»

Анна Банщикова

«Мне все доставалось своим трудом»

Осенние игры

Как время года влияет на обострение заболеваний желудочно-кишечного тракта

Шкала здоровья

Ноябрь – время тюбажей и правильного сна

Новости


Все на сладкий фестиваль!

Что нужно, чтобы устроить настоящий шоколадный праздник

Кожа без полос

Как убрать растяжки

Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: