Главная / Газета 15 Сентября 2005 г. 00:00 / Тематические приложения

Чувство воды Константина Васина

Алексей ЧИСТЯКОВ (фото автора)

«Чтобы серьезно заниматься каякингом, приходится много зарабатывать, чтобы много зарабатывать, приходится много работать, а если ты много работаешь, времени на занятия спортом не остается» – о такой спортивной диалектике рассуждает Константин Васин, многократный чемпион России в разных дисциплинах, покоритель сложнейших горных рек, тренер и организатор соревнований.

shadow
День Константина Васина начинается с пробежки. Рано утром известнейшего российского каякера можно встретить на тропинках Тимирязевского парка. Встречаемся на выходе из леса, Константин опаздывает:

- Тимирязевский парк – странное место. Сколько тут бегаю, и все равно умудряюсь заблудиться. Множество дорожек, все похожие. Хочу добраться до Тимирязевской, а оказываюсь на Большой Академической. Иногда так бегаю намного дольше, чем планировал. Хоть с GPS бегай…

– А зачем тебе бегать? Для каякинга нужна хорошая физическая форма?

– Если я за собой не слежу, начинаю набирать лишний вес. А на тренировках выложиться как следует не удается. Вообще в каякинге какая-то особая физическая сила не нужна. Правда, иногда все-таки возникают ситуации…

По городу, если не надо далеко ехать, Константин перемещается на роликах. Рядом с домом стоит машина, но в пробках удобнее экологически чистый вид транспорта мощностью в одну человеческую силу. На гребном канале в Крылатском базируется клуб «Академия белой воды». База располагается под пешеходным мостиком: металлическая клетка, в которой сложены лодки, весла, юбки и другая каякерская атрибутика. 3 раза в неделю тут под руководством Кости тренируются начинающие и продвинутые спортсмены. Одни пользуются клубным оборудованием, другие обзавелись собственным.

– Когда ты начинал заниматься каякингом, подобных школ, наверное, не было?

– Я вообще случайно в каякинг попал. В 91 году поступил в институт, пошел записываться в секцию альпинизма. Дверь была заперта, а неподалеку висело объявление о водном туризме на катамаранах. Ну я по нему и обратился. Как пришел, меня сразу же посадили в каяк и заставили заниматься слаломом - так новичков готовили к катамаранной гребле. Через несколько месяцев, на ноябрьские праздники, мы пошли в первый поход на катамаранах. Снаряжения у меня не было,
Каякеры верят, что в реках живут белые бородатые мужики, к которым надо относиться с уважением.
shadow только резиновый водолазный гидрокостюм с капюшоном. В первую ночевку пошел дождь, палатка начала протекать, на полу образовалась глубокая лужа – так и спал в гидрокостюме.

– Ну и как, выспался?

– Мы с приятелем в тот день еще дежурными были, так что пришлось вставать в 6 утра и готовить завтрак. 4 часа, пока все спали, пытались развести костер. Так и не развели. Разбудили начальников, те нас обругали, после чего сами 3 часа возились с мокрыми дровами. Разожгли только с помощью найденных неподалеку автомобильных покрышек. Все эти приключения меня не напугали, и летом я пошел в следующий поход, в Саяны. Руководитель группы не пускал новичков на серьезные пороги – и меня это задело. Так что по возвращении я всерьез взялся за каяк, чтобы доказать все начальству и самому себе. И процесс пошел. Начал участвовать в соревнованиях по слалому, выполнил норматив кандидата в мастера спорта. Какое-то время катался в каноэ-двойке, стал мастером спорта, поездил на международные соревнования.

Спортивные успехи не помешали Константину получить два высших образования.

– Серьезные занятия спортом обычно занимают много времени. Удавалось тебе совмещать работу с тренировками и соревнованиями?

– Честно говоря, не очень. В какой-то момент я понял, что мои дальнейшие перспективы в спорте весьма туманны. Надо было либо целиком погрузиться в тренировки и соревнования, либо уходить. Как раз тогда я закончил институт и решил идти работать, делать карьеру.

– Удалось?

– Поначалу все было классно. Торговал оргтехникой, занимался спортом только для собственного удовольствия, забыл про травмы и болезни. Когда слаломисты тренировались в бассейне, я там же просто плавал без всяких лодок и весел. А потом мне дали покататься на полиэтиленовой лодке и жизнь снова пошла под откос.

– Полиэтиленовые лодки сильно отличались от тех, на которых ты раньше плавал?

– Мой первый каяк был сделан еще в 80-х годах. Его сами слепили из смолы и стеклоткани. Потом я пересел на профессиональные модели, на которых плавать было уже лучше. Но полиэтиленовые лодки произвели настоящую революцию в каякинге. Те препятствия, на которые раньше даже смотреть было страшно, теперь мы преодолеваем без особых затруднений.

– Получается, что полиэтиленовые лодки погубили твою карьеру?

– Наверное. Опять начались поездки, тренировки. Поехал на обычной лодке на чемпионат по родео на бурной воде, с трудом представляя себе, что там вообще нужно делать. Поначалу ничего не получалось, но после того, как взял у знакомого специальную лодку, умудрился завоевать серебряную медаль. Работать перешел в спортивную сферу, в нескольких крупных фирмах был брэнд-менеджером разных спортивных и туристических марок. Ну а потом решил совмещать хобби и работу. Теперь у меня есть клуб, в котором я зарабатываю какие-то деньги, некоторый доход приносит организация соревнований.

Наша программа обучения занимает три года. За это время человек должен научиться самостоятельно кататься на лодке и сплавляться по нормальным рекам. Где-то треть выходных ученики проводят на воде в Московском регионе и совершают два-три серьезных выезда за сезон. Есть такое понятие – чувство воды. Физически человека можно подготовить к сплаву довольно быстро, а вот чувство воды вырабатывается годами. Некоторые люди, обладающие определенным талантом, учатся быстрее. Другие, к которым я отношу и себя, вырабатывают это чувство годами упорных тренировок.

– Не долго ли? Многие же хотят все и сразу?

– Как правило, такие люди у нас не задерживаются. Вообще из десятка новичков закончат курс двое-трое. Кто-то учится азам, после чего начинает тренироваться самостоятельно. Другие, наоборот, после самоучения понимают, что без помощи тренера дальше не пойдут. Трехлетнюю программу мы считаем оптимальной: только за такой срок человек успевает получить основные навыки. Сейчас попадаются недобросовестные инструкторы, которые практически сразу после получения базовых навыков вывозят студентов на сложные реки. Те по десять раз отстреливаются, после чего утверждают, что прошли реку. У нас же всегда считалось, что отстрелившийся человек реку не взял. Кроме того, при таком подходе вполне можно получить травму или погибнуть.

– Чего сейчас не хватает для развития российского каякинга?

– Как и в любом виде спорта, в каякинге нужны постоянные тренировки. Нашим спортсменам приходится ездить за тысячи километров, чтобы поплавать на нормальной воде. Многие же зарубежные каякеры тренируются рядом с домом. Исправить ситуацию могли бы искусственные парки. Затраты небольшие, но никто не хочет этим заниматься. Хотя, будь у нас такой парк, в родео мы бы смогли выступать на хорошем уровне. А сейчас приходится уезжать, тратить деньги. Чтобы серьезно заниматься каякингом, приходится много зарабатывать, чтобы много зарабатывать, приходится много работать, а если ты много работаешь, времени на занятия спортом не остается. Профессиональных спортсменов, которых спонсируют фирмы, очень мало.

– Но ведь есть же родео на гладкой воде. Летом можно тренироваться где угодно, зимой – в бассейне…

– На самом деле это полный отстой. Конечно, для популяризации каякинга мы проводим такие соревнования. Но никакого удовольствия от такого фристайла не получаешь.

– А тебе не хотелось уехать жить поближе к бурным рекам?

– Возникали такие мысли, особенно в молодости. Хотелось забить на все и поселиться в Африке. Но тогда институт удерживал, а потом расхотелось. Хотя некоторые люди так поступают. Но это не самый подходящий путь для улучшения мастерства. Приходится работать, к примеру, гидом на реке. А после 12-часового рабочего дня желания совершенствоваться не возникает.

– Я на гладкой воде несколько раз чуть было не перевернулся. Наверное, настоящий каякинг на белой воде очень опасен?

– Опасность определяется прежде всего уровнем подготовки человека. Если новичок сунется на серьезную реку – это будет для него очень опасно. Профессионал же пройдет там без всякого риска. Если ты пользуешься всем защитным снаряжением, страховкой и выбираешь реку по своим силам, опасность минимальна. Но белая вода может скрывать неприятные сюрпризы, так что травмы все-таки случаются.

– А летальные исходы бывают?

– Да, было несколько смертельных случаев. Один человек перевернулся, не смог отстрелиться и проплыл несколько километров вниз головой. Многих погубило то, что они наплевательски отнеслись к воде либо переоценили свои силы.

– У тебя самого были ситуации, казавшиеся безвыходными?

День из жизни мастера
shadow – В самом начале занятий я неудачно спрыгнул с водопада, и потоком воды лодку прижало к камням. На спину тоже обрушился поток, прижавший меня к деке. Мне повезло, что перед головой образовался воздушный пузырь, так что можно было дышать. Хорошо, что лодка была старая, пластиковая. Я ее разломал ногами и освободился. На Кавказе, когда была большая вода, у меня сорвало юбку, лодка утонула. Меня ударило о скалу и прижало с такой силой, что я даже голову повернуть не мог. Потом смыло, и я как амеба в полубессознательном состоянии поплыл по течению. Пришел в себя на берегу. Правда, когда начал вылезать, выяснилось, что это был не берег, а маленький островок посреди реки. Два часа со сломанной ключицей я сидел на этом пятачке и думал, что теперь делать. Пока думал, начало темнеть. Решил ухватиться за каяк товарища, но на бочках его начало крутить так, что пришлось отпустить. Ниже по течению мне бросили с берега «морковку», и я кое-как выбрался. Через год, только я оправился от травмы, произошла примерно такая же ситуация. Снова срывает юбку, и меня как в унитаз смывает потоком. Плыву и думаю: «Ну вот, опять лечиться». К счастью, обошлось.

– Часто тебе бывает страшно?

– Когда постоянно тренируюсь, практически не бывает. Начинаешь здраво оценивать, сможешь ты тут пройти или нет. А вот после долгого перерыва случается. А вообще страх – показатель непрофессионализма. Я больше боюсь за участников соревнований, которые организую.

– Многие экстремалы относятся к стихиям, с которыми они имеют дело, как к живым существам. А как каякеры относятся к воде?

Считается, что в бурных реках живут белые бородатые мужики. К ним нужно относиться с уважением, тогда они тебя поймают, немного потрясут и отпустят. В родео бывает стабильное вращение, а бывает, что схватят тебя за корму два мужика, держат в свече и трясут. С рекой нельзя спорить, нельзя подходить с позиции силы. Нужно полностью ей подчиниться, и тогда у тебя будет гораздо больше шансов на успех. Есть и приметы. Например, нельзя мочиться в реку, по которой собираешься сплавляться. Своими глазами видел случай, когда итальянец нарушил это правило. Потом сел в лодку и моментально улетел под камни, чуть не утонул. 30 секунд над водой торчала только рука, в нее кинули морковку, за которую он чудом ухватился. Так из воды вытащили голову и еще довольно долго пытались достать застрявшие ноги. После этого я стал особенно серьезно относиться к приметам.

– Реки живут по своим законам. Как вы изучаете поведение белой воды?

– Есть разные подходы. Проводятся теоретические занятия по гидродинамике. Кому-то не нужно никакой теории, достаточно на пальцах объяснить, что делать в определенной ситуации. Чтобы понимать, как ведет себя река, мы без лодок плавали по порогам. Так намного лучше понимаешь, как в случае чего спасаться. И некоторых такая подготовка спасала. Один из моих знакомых несколько километров проплыл на спасжилете по очень сложному участку. Мы на поиски трупа отправились, а нашли его практически невредимым. Некоторые вещи, правда, предусмотреть нельзя. Самое опасное – посторонние предметы: деревья и плоды жизнедеятельности человека, например тросы между берегами, находящиеся под водой.

– Большинство сложных рек находятся в местах, где живут не самые доброжелательные люди. Конфликты случаются?

– Постоянно. Конфликты происходят практически везде: на Кавказе, на Алтае, в Карелии. Самый запоминающийся случай произошел после моего первого сплава. Мы тогда выбросились в Зареченске и решили переночевать на автобусной остановке. Собрали и просушили вещи, все аккуратно упаковали и сели на скамеечку. Не учли только одного: на той площади, куда должен был утром подъехать автобус, в столовой проходила свадьба, а в клубе – дискотека. Огребли мы тогда по полной программе. На самом деле при соблюдении некоторых правил можно себя немного обезопасить. Нельзя жить в деревнях, нужно уехать как можно дальше, чтобы о твоем существовании никто не знал. Ни в коем случае не надо пить с местными жителями.

Тренировка заканчивается. Ученики вылезают из лодок и переодеваются. Доктор выбираться на берег не спешит: потренировал группу, теперь можно потренироваться самому. За горизонт садится солнце. Одинокий каяк медленно удаляется по играющей на водной ряби солнечной дорожке.


Опубликовано в номере «НИ» от 15 сентября 2005 г.


Актуально


Регионы


Смотрите также

Лейла Намазова-Баранова

«Часто болеющие дети – это повод обратиться к генетику»

Анна Банщикова

«Мне все доставалось своим трудом»

Осенние игры

Как время года влияет на обострение заболеваний желудочно-кишечного тракта

Шкала здоровья

Ноябрь – время тюбажей и правильного сна

Новости


Все на сладкий фестиваль!

Что нужно, чтобы устроить настоящий шоколадный праздник

Кожа без полос

Как убрать растяжки

Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: