Главная / Газета 23 Сентября 2004 г. 00:00 / Тематические приложения

Анатолий Равикович

«Я похож на Хоботова в одном. Глава дома – жена»

Беседовал Александр ШЕВЧУК, фото из семейного архива

Двадцать лет прошло со времени выхода на экраны фильма «Покровские ворота». Однако фразы героев до сих пор употребляются в народе, а к Анатолию Равиковичу с тех пор прочно приклеилась фамилия Хоботов.И хотя на счету у этого замечательного питерского актера не один десяток ролей в театре и кино, именно этот сыгранный им персонаж так или иначе присутствовал в нашей беседе.

«Большое Захонье на Псковщине – наша отдушина, где можно отвлечься от всего постороннего.
«Большое Захонье на Псковщине – наша отдушина, где можно отвлечься от всего постороннего.
shadow
– Поэт Давид Самойлов посвятил «Покровским воротам» стихотворную рецензию с такими строками: «В этом фильме перспектива, та, которой больше нет…». Фильм пронизан ностальгией по тем временам. И даже такое явление, как коммунальная квартира, выглядит в нем с неким налетом романтики. Вам приходилось жить в коммуналке?

– В коммуналке я прожил большую часть своей жизни, и она была совсем не такой, как в фильме. Вспоминаю общую кухню, отдельные электросчетчики в каждой комнате, десятилетиями не ремонтирующиеся места общего пользования... Нет, ностальгии по коммуналке я не испытываю. Да и Козаков, конечно, снимал не об этом. Его фильм – это тоска по душевным и непосредственным отношениям между людьми, ностальгия по юности. Мои же воспоминания о том периоде связаны с хрущевской оттепелью. Когда ушел безумный страх и появилась наивная надежда, что все изменится к лучшему. Запах свободы, полет Гагарина, мечтания...

– Анатолий Юрьевич, вы коренной ленинградец. А где во время блокады была ваша семья?

– Война застала нашу семью на Западной Украине, куда мама возила меня и моих двух сестер к бабушке и дедушке. Под постоянными обстрелами немецкой авиации мы двинулись пешком на восток. Дошли до Белой Церкви, а затем нас посадили в эшелоны и отправили в Саратовскую область. За Волгой, в деревне Малый Узень, – до сих пор помню это название – нас распределили для проживания в дом одного крестьянина, который лютой ненавистью ненавидел Советскую власть и всех большевиков, а заодно и всех беженцев. Мы там прожили зиму, а так как с собой были лишь летние одежда и обувь, то все время я проводил на печке. Морозы в тех краях, должен заметить, крепкие. Потом мы перебрались в город Елутаровск. Там в свое время поселились декабристы. Правда, это я уже потом выяснил. В Сибири, кстати, нам было полегче. Но война есть война. О судьбе отца мы почти два года ничего не знали. Мама писала письма, а ответа так и не было. Потом он нас как-то разыскал.

– А как вас встретил родной город?

– Помню, когда я вошел в парадное, то сразу же ощутил родной запах. Это у меня потом долго ассоциировалось с понятием дома. Сыроватый, затхлый такой запах старого ленинградского дома с подвалом, с оттенком кошачьей мочи…Но страшно родной! А ведь я покинул дом в четыре с половиной года и вернулся спустя три года! Вот в доме на Прядильной улице, где фабрика Гознака в районе Коломны, и был мой дом, двор, мальчишеские компании. Там я жил до 21 года. А потом было множество коммуналок. Лишь в сорок лет, будучи заслуженным артистом, мне выделили малогабаритную двухкомнатную квартиру в дальнем районе Купчино. Тогда это стало настоящим событием в моей жизни.

– Расскажите о вашем нынешнем доме. Что он из себя представляет?

– Почти десять лет мы живем на улице Тверская. В бывшем доходном доме. Рядом, с левой стороны, – Таврический, с правой – Смольный сады. До этого у нас с Ирой была квартира в Саперном переулке. Но там был очень старый дом, который стал давать трещины. Анатолий Собчак, который относился ко мне очень хорошо, помог выбраться из него. Он написал на моем письме резолюцию и направил в соответствующие органы: если можно, помогите. И мне помогли. Наш нынешний дом хоть и столетний, но в нем проведен капитальный ремонт: новые лестничные проемы, балки, фактически вся начинка.

– Вы не помните, как встречали новоселье? Кошку запускали?

– Был 95-й год. У меня тогда было два инфаркта, и как раз подоспело решение, что мы должны получать квартиру. Хлопоты с переездом выпали на жену. За ней был и ремонт, потому что дом был уже весь заселен, а наша квартира стояла пустая. Пришлось ее «оживлять»: поменять сантехнику, навести элементарный порядок. Единственное, что мы сделали в перепланировке, – снесли внутреннюю стенку и объединили одну из комнат с кухней. Поэтому нам было не до кошек.

– А как у вас в семье происходят изменения в доме? Кто их инициатор?

– Вообще-то я любитель что-то поменять. Всегда даю идею: давай вот это выбросим или давай переставим мебель. У жены первая реакция: зачем, не надо. Тогда я начинаю потихонечку ее обрабатывать. Не торопясь, капаю, капаю. Через некоторое время перестаю это делать и слышу от Ирины: а что если мы сделаем так-то? Главное – вовремя «запустить ежа», а потом твой оппонент и думает, что он сам все это придумал. Но в принципе такие вещи мы вдвоем определяем и к мнению друг друга прислушиваемся. Иногда удивляются, как это нам с Ирой удается сохранить крепкую семью, ведь актеры редко уживаются. У нас семья построена по принципу: главное в жизни – не профессия. Профессия – лишь одна из граней. Еще одна причина, почему мы так хорошо сосуществуем, – мы из одной среды, дети небогатых родителей, знаем цену копейки. Плюс даже в том, что у нас большая – в 21 год – разница в возрасте. Мне брак достался очень тяжело, я ушел из первой семьи, хотя никаких претензий к жене не было, с дочкой до сих пор прекрасные отношения. И то, что за меня вышла молодая, красивая, подающая надежды актриса, я всегда воспринимал как чудо и большое везение.

«Ирина любит выращивать цветы, ходит по базарам и все говорит по-латыни».
shadow – Ваша жена, Ирина Мазуркевич, естественно, не похожа Маргариту Павловну из «Покровских ворот»…

– Конечно, нет. Хотя в одном, вероятно, у них есть сходство – очень сильный характер. И в этом, наверное, у меня есть сходство с Хоботовым: глава дома она. Но я совершенно спокойно к этому отношусь и не бунтую.

– В фильме есть эпизод, когда Хоботов варит себе яйцо, старательно отсчитывая секунды, и в результате все-таки разбивает его. В жизни ваши отношения с кулинарией на таком же уровне?

– Совсем наоборот. Я умею и люблю готовить. Меня это как-то отвлекает от других проблем и доставляет удовольствие. Единственно – не умею печь, все остальное – пожалуйста. У меня даже есть свое фирменное блюдо – фаршированная рыба. У нас вообще заведено: если у жены спектакль, а я свободен, то кулинарные проблемы на мне. Когда она приходит, уже накрыт стол, и мы садимся ужинать. Выпиваем по рюмке водки и ведем вечерние разговоры.

– Часто встречаете гостей?

– Было замечательное время, когда на посиделки собирались друзья по Театру Ленсовета, где я работал 26 лет, с 1962-го по 1988 год (Ира после окончания Горьковского театрального училища пришла в этот театр позже). Это была группа единомышленников, и мы жили единой семьей. Сейчас жизнь другая, и таких встреч, к сожалению, все меньше.

– Как вы проводите отпускное время?

– Два года назад отправились в круиз по Европе: Франция, Англия, Нидерланды…Впечатлений масса, а Ирина все свое твердит: быстрее бы в наше любимое Большое Захонье – проведать свои цветочки, кустики…Дело в том, что лет восемь назад мы купили огромный дом в Псковской области, среди леса и потрясающе чистого воздуха. Стоит он на высоком берегу реки. Раньше в нем размещались колхозная больница, школа. Но потом все население деревни переехало в новый поселок, и здание пришло в запустение. Нам его охотно продали, иначе оно бы рухнуло. Откровенно говоря, я там ничего сейчас не делаю. Мне по силам лишь забор покрасить. А жена выращивает цветы, ходит по цветочным базарам, скупает там рассаду и по-латыни все говорит. Это наша отдушина, где можно отвлечься от всего постороннего. Набираемся сил, энергии – и назад, в родной Питер!

– Хочется пожелать вам и вашей жене творческих успехов, семейного благополучия. Надеюсь, что проведенное время в Большом Захонье и на этот раз даст вам заряд на весь год.


Опубликовано в номере «НИ» от 23 сентября 2004 г.


Актуально


Регионы


Смотрите также

Лейла Намазова-Баранова

«Часто болеющие дети – это повод обратиться к генетику»

Анна Банщикова

«Мне все доставалось своим трудом»

Осенние игры

Как время года влияет на обострение заболеваний желудочно-кишечного тракта

Шкала здоровья

Ноябрь – время тюбажей и правильного сна

Новости


Все на сладкий фестиваль!

Что нужно, чтобы устроить настоящий шоколадный праздник

Кожа без полос

Как убрать растяжки

Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: