Главная / Газета 1 Марта 2004 г. 00:00 / Тематические приложения

Правда жизни и краски искусства

Русский Театр в Таллине не стал «театром в эмиграции»

ЭЛЛА АГРАНОВСКАЯ, ТАЛЛИН

На центральной площади Таллина вот уже 55 лет расположен Государственный русский драматический театр Эстонии, один из десяти государственных театров страны. Для того чтобы удовлетворить зрительский вкус весьма различной степени взыскательности, ему приходится выпускать восемь премьер в год и еще два детских спектакля. Но театр работает, вместе со своим зрителем переживая глобальные перемены в обществе, которые пришлись на последнее десятилетие.

shadow
Многим нравится сравнивать его нынешнюю ситуацию с «театром в эмиграции», но нет такой страны в мире, которая на государственном уровне дотировала бы «эмиграционный» театр. И потом, русские в Эстонии не бежали вынужденно из родного дома – новая жизнь пришла к ним домой, а многие поколения живут здесь со времен империи. Конечно, в театр ходят не все, но ведь не все вообще любят театр. А чтобы выжить и к тому же соответствовать своему назначению, он должен существовать в контексте времени.

Сегодня вырисовывается модель Русского театра как некого культурного центра, говоря условно, «Русского дома». При театре существует художественная галерея, где выставляются и местные, и приглашенные из России художники, в кассе театра можно купить хорошие русские книги. И, кстати, на свою сцену Русский драматический театр пускает далеко не всех гастролеров. Но главное, конечно, собственные спектакли, хотя играть их в течение всей недели – дело неперспективное: на самом лучшем спектакле в среду зал все равно будет полупустым, потому что зрительский интерес просыпается только к четвергу и достигает апогея в пятницу и субботу, чтобы потом снова схлынуть.

В Русском драматическом театре Эстонии нет штатной режиссуры, время от времени ставит спектакли его художественный руководитель Эдуард Томан, актер по профессии, выпускник Щукинского училища. Возглавляя театр в течение последнего десятилетия, которое как раз пришлось на время перемен, он считает своей основной задачей организацию творческого процесса. А поскольку театр в Таллине русский драматический и его труппу составляют артисты разных поколений, закончившие лучшие театральные вузы России, стратегия заключается в отражении всех тенденций русской театральной школы. Но, стремясь представить по возможности весь спектр российской театральной жизни, следует все же учитывать, что финансирует театр эстонское государство. К тому же русская сцена интересна и эстонскому зрителю, кстати, большому театралу. Если, конечно, есть чем интересоваться.

В последние годы на сцене Русского театра прозвучали достаточно серьезные имена, как зрелого, так и молодого поколения. В репертуаре спектакли российских режиссеров Юрия Еремина, Романа Виктюка, Александра Исакова, Михаила Бычкова, которые уже не однажды работали на этой сцене. Неоднозначные оценки при большом зрительском интересе вызвали спектакли «Анна Каренина 2» молодого режиссера Владимира Епифанцева и «Ревизор» Василия Сенина, совсем не традиционная «Гроза» в постановке Михаила Мокеева. А один из самых успешных спектаклей последнего времени, «Идиот» режиссера Юрия Еремина. Спектакль был отмечен на фестивале «Балтийский дом» в Санкт-Петербурге. А исполнитель главной роли Александр Ивашкевич был назван в Эстонским театральным обществом лучшим артистом года, что в Эстонии приравнивается к российской «Золотой маске».

Уже больше двух лет не сходят с афиши «Бешеные деньги». Постановщик Эдуард Томан сумел настолько точно совместить пьесу Островского с нашим порой до абсурда прагматичным временем, что зрители продолжают смотреть спектакль с большим удовольствием. Срок его жизни – весьма существенный показатель, потому что в среднем спектакль живет два сезона. Правда, были прецеденты, когда «Женитьба» Гоголя и «Пигмалион» Бернарда Шоу, оба в постановке питерского режиссера Александра Исакова, продержались в репертуаре по пять лет. Конечно, в «Пигмалионе» свою роль сыграли использованные постановщиком фрагменты мюзикла «Моя прекрасная леди», но успех классических пьес свидетельствует о том, что свое направление Русский драматический театр Эстонии выбирает продуманно.

Современные пьесы для русского театра в Эстонии находить очень сложно: не только эстонцам, но и местным русским уже не очень понятны нынешние реалии российской жизни. Но, учитывая интерес определенной части публики к, скажем так, «бытовой» драматургии, театр обращается к пьесам Надежды Птушкиной, Валентина Азерникова, в сегодняшнем репертуаре сразу две пьесы Людмилы Разумовской: «Французские страсти на подмосковной даче» и «Бесприданник».

Но все же сейчас один из самых кассовых спектаклей – «Призрак любви» по пьесе Кальдерона «Дама-невидимка», поставленный петебургским режиссером Геннадием Тростянецким. Это достаточно странно – спектакль длинный, затянутый, довольно монотонный. Однако режиссер придал комедии «плаща и шпаги» черты вульгарной базарности, а художник Владимир Фирер, напротив, одел крикливых героев с пошловатой манерой поведения в дорогие и эффектные костюмы – и зритель, видимо, потянулся душой к этому узнаваемому «бомонду».

В эти дни молодой московский режиссер Николай Крутиков работает над постановкой чеховского «Иванова» с Эдуардом Томаном в заглавной роли, что уже широко анонсировала не только русская, но и эстонская пресса. Свою роль здесь сыграл недавний успех артиста в мюзикле «Оливер!», который в эстонском театре «Студия Старого города» поставил шведский режиссер Георг Мальвиус, но акцент все же сделан на великие достижения русской культуры. И вновь оказалось, что есть на перекрестках исторического процесса что-то еще, кроме периода ненавистной оккупации: жизнь все расставляет по своим местам.

Когда в 1994 году режиссер Юрий Еремин поставил «В Москву, в Москву!» по пьесе А.П. Чехова «Три сестры», это был спектакль ко времени: советские войска покидали Эстонию, где в напряженном состоянии, если не сказать в страхе, оставалась огромная часть населения. А тут – играли Чехова. Правда, Наташа, жена Андрея Прозорова, была эстонкой, и играла ее эстонская актриса Лийна Тенносаар. Но в тексте пьесы не было изменено ни одно слово и были сохранены чеховские мотивы: Наташа пришла в чужой дом и стала там хозяйничать. Выстраивая ее отношения с мужем, которого играл Эдуард Томан, режиссер сыграл на том, что артист хорошо владеет эстонским языком, и эстонская речь на сцене постепенно вытесняла русскую, а в зал через усилитель шел механический, бесстрастный перевод. (И когда выходил Вершинин в форме советского морского офицера и обращался к публике со словами «Ну что вам сказать на прощание?» – из зала шла такая мощная энергетика, что у актера Василия Бездушного перехватывало горло и на глаза наворачивались слезы. А затем на сцене выстраивались молодые матросики и под старинный марш «Тоска по родине» уходили навсегда, через зал, сквозь публику – и зрители заливалась слезами.) Но такой спектакль не мог жить долго, он сыграл свою роль, необходимую на тот момент.

Формально близкий к этому прием восемь лет спустя использовал режиссер Михаил Мокеев, обратившись в пьесе Островского «Гроза». Сделав главную героиню эстонкой, режиссер воспользовался ярко выраженным акцентом приглашенной на эту роль ведущей актрисы Эстонского театра драмы Марии Авдюшко, чтобы подчеркнуть ее «инакость»: Катерина не просто чужая в семье Кабановых, она вообще другая, не такая, как остальные герои спектакля...

Русский драматический театр Эстонии видит свое назначение в том, чтобы искать такие пьесы, приглашать таких режиссеров, выпускать такие спектакли, которые пусть не пять лет – пусть только два года, но будут приковывать к себе внимание зрителя, творчески провоцируя его размышления над собственной судьбой. Потому сегодняшнее обращение к чеховскому «Иванову» считает для себя очень важным и своевременным. Не спеша предрекать этому спектаклю такую же успешную судьбу, какая выпала ереминской постановке «Идиота», остановимся на том, что точно так же, как терзания больной совести входят в рецептуру каждого времени, творческий риск непременно присутствует в рецептуре театрального процесса.

Приглашает Русский театр к сотрудничеству и эстонских режиссеров. Так, известный российскому зрителю своим фильмом «Бал в Савойе» Аго-Эндрик Керге обратился к национальной классике, поставив «Домового» Эдуарда Вильде и «На задворках» Оскара Лутса. А мэтра эстонской режиссуры Калью Комиссарова привлекла трактовка чеховской судьбы в современной российской пьесе «Антон», и московские театроведы и критики специально приезжали в Таллин посмотреть этот спектакль.

В нынешнем сезоне на постановку приглашен grand oldman эстонской сцены Эйно Баскин. Знаменитый артист, он в свое время подарил зрителю Михаила Жванецкого, которого переводил на эстонский язык и читал с эстрады, приспосабливая тексты к местным реалиям. Но сегодняшнему зрителю Баскин больше известен как основатель сатирического театра «Студия Старого города», давно уже расширившего границы жанра, и постановщик ярких спектаклей, которые неизменно сопровождает кассовый успех. Французской комедией Пьера Шено «Будьте здоровы!» в постановке Эйно Баскина Русский театр завершит нынешний сезон, после чего здание планируют закрыть на полгода: впервые за все время его существования театру обещан капитальный ремонт. Сейчас идут поиски площадки, на которой он будет играть свои спектакли.




Опубликовано в номере «НИ» от 1 марта 2004 г.


Актуально


Смотрите также

Лейла Намазова-Баранова

«Часто болеющие дети – это повод обратиться к генетику»

Анна Банщикова

«Мне все доставалось своим трудом»

Осенние игры

Как время года влияет на обострение заболеваний желудочно-кишечного тракта

Шкала здоровья

Ноябрь – время тюбажей и правильного сна

Новости


Все на сладкий фестиваль!

Что нужно, чтобы устроить настоящий шоколадный праздник

Кожа без полос

Как убрать растяжки

Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: