Главная / Газета 29 Сентября 2009 г. 00:00 / Экономика

Не боевые потери

Ошибки правоохранителей стоят бюджету миллионы рублей

ЕВГЕНИЯ ЗУБЧЕНКО

Член правления общественной организации «За развивающуюся Находку» Наталья Ремизова намерена взыскать с Министерства финансов России 200 тыс. руб. за незаконное уголовное преследование. Юристов правозащитных организаций такая сумма не удивляет: иски к Минфину из-за ошибок силовиков достигали и 500 тыс. рублей. Во всех таких случаях российский бюджет теряет сотни миллионов рублей. И это при том, что государство в 46% случаев так и не платит гражданам по судебным решениям.

В июле 2006 года в Чите неизвестные подкинули Наталье Ремезовой в сумку 400 граммов тротила. Объективного расследования не было, но женщину обвинили в незаконном ношении взрывчатых веществ, а через два месяца все-таки оправдали. Теперь она требует денежную компенсацию за причиненный моральный ущерб. Как пояснил «НИ» директор Забайкальского правозащитного центра Виталий Черкасов, она по закону имеет на это право, и выплаты должны производиться за счет средств российской казны. Сумму же назначает суд.

По словам эксперта, граждане этим правом пользуются довольно активно, пытаясь отсудить у государства как можно больше. Например, в практике юристов правозащитного центра был такой случай: человека обвиняли в убийстве, он два года просидел в колонии строгого режима. Но потом его тоже оправдали, и гражданин подал иск на 3 млн. руб. Однако суд посчитал, что ему будет достаточно и 450 тыс., чтобы компенсировать моральные страдания. Юристы уверяют: практически всегда суды удовлетворяют такие иски лишь частично. «На днях был рассмотрен очередной наш иск: молодого парня обвиняли в краже мобильного телефона. Дело было сфальсифицировано с самого начала, поэтому в итоге к уголовной ответственности был привлечен следователь, которого и осудили. Молодой человек потребовал 300 тыс. руб., однако 24 сентября суд вынес решение, снизив размер компенсации до 50 тыс.», – рассказал Виталий Черкасов.

Вычислить среднюю арифметическую компенсаций в целом по стране крайне трудно. Так, правозащитники из чувашской общественной организации «Человек и закон» жалуются, что местные суды присуждают очень маленькие суммы–- от 20 до 50 тыс. руб. в зависимости от состава должностных преступлений. Но есть, к счастью, и исключения.

В прошлом году предприниматель из Краснодара Виктор Стоякин, которого незаконно обвиняли в хищении 34 тыс. долларов, отсудил у государства беспрецедентную сумму в 97 млн. долларов! Эти деньги он потребовал в качестве возмещения ему материального ущерба за то время, которое он находился под подпиской о невыезде. Суд посчитал, что выдвигаемое истцом требование покрывает упущенную выгоду делового человека. Кроме этого бизнесмену удалось добиться еще и возмещения морального ущерба на 25 тыс. руб.

Правда, радоваться ему было суждено недолго, поскольку решение обжаловала прокуратура, и вскоре дело было направлено на новое рассмотрение. Судья посчитал, что бизнесмен представил недостаточные доказательства того, что ему был причинен ущерб. Похожая история произошла с новосибирским предпринимателем Сергеем Бурковым, которому сначала удалось добиться судебного решения о взыскании с Минфина 107 млн. руб. в качестве компенсации за материальный ущерб, нанесенный ему милицией, а потом суд отменил это решение. К слову, по данным Европейского суда по правам человека, Россия в 46% случаев не платит своим гражданам по судебным решениям. Юристы правозащитной ассоциации «АГОРА» инициировали в одном только Тверском районном суде около полутора десятков процессов против Минфина, который пропускал сроки выплаты компенсаций гражданам по вынесенным решениям судов.

В целом же каждая ошибка правоохранителей или преднамеренная фальсификация дел обходится государству в сумму от 10 тыс. до 1 млн. руб. На большее оно раскошелиться не готово. Существует даже некий условный прейскурант, исходящий из судебной практики в России. Например, компенсация за пытки и увечья со стороны правоохранителей обычно не превышает 150 тыс. руб., а в случае гибели человека (скажем, милиционер по ошибке или в пылу застрелил невиновного) родственники получают не более 300 тыс. Дело в том, что в РФ не действует прецедентное право, то есть каждый раз при вынесении решения судья руководствуется лишь законом и собственными представлениями о той сумме, которую может получить гражданин, не обращая внимания на решения по аналогичным делам.

Есть и другая проблема. Как пояснил «НИ» председатель «АГОРЫ» Павел Чиков, в России не установлен определенный минимальный уровень гарантированных выплат. Правозащитники не раз выступали с подобной инициативой, однако ничего не меняется. Тем не менее юристам организации удалось добиться выплат из расчета 1 тыс. руб. за каждые сутки, проведенные под стражей, в случае, если ни в чем не виновный человек был арестован или осужден к реальному лишению свободы. За месяц, таким образом, получается 25–35 тыс., за полгода – уже около 150 тыс. В случае причинения вреда здоровью сумма возрастает, но не намного. «У нас был случай в Чите, когда человек в течение трех месяцев находился в СИЗО, где он заболел туберкулезом, – рассказал г-н Чиков. – Потом дело в отношении него было прекращено, и он обратился в суд, который назначил ему компенсацию в размере 100 тыс. рублей».

Дважды юристам удавалось отсудить по 1 млн. руб. Евгений Веденин из Татарстана в 2005 году был осужден на 13 лет лишения свободы и провел в колонии четыре года, после чего был оправдан. Государство вынуждено было выплатить ему 1 млн. в качестве компенсации. Такую же сумму выиграл предприниматель из Чечни Абдула Исаев, который по обвинению в двойном убийстве провел под стражей 3,5 лет.

Юристы уверены: исков было бы в разы больше, если бы оправданные граждане не боялись правоохранителей. «У нас люди, в отношении которых уголовное дело прекращено, счастливы одним этим фактом, – говорит Павел Чиков. – Ни за какими денежными поощрениями они в эту систему, в которой уже жутко разочаровались, обращаться не будут. Нужно иметь большое гражданское мужество, чтобы инициировать еще один процесс. Ведь прокуратура совместно с Минфином обязательно будет доказывать, что человек не имеет права ни на какие выплаты. Они прочно стоят в суде на позиции, что никто никому ничего не должен. И приходится человеку заново доказывать, что он не верблюд». Более того, говорит юрист, нередко бывает и так, что правоохранители начинают проводить проверку законности прекращения уголовного дела. «То есть фактически самим фактом обращения в суд за компенсацией человек может навлечь на себя возобновление уголовного дела в отношении него!» – возмущается г-н Чиков.

Тем не менее смельчаки в стране есть, и их немало. По мнению экспертов, государству дешевле обошлась бы реформа правоохранительной системы, нежели бесконечные выплаты компенсаций пострадавшим от разгильдяйства или халатности милиционеров. «Мы пытаемся с помощью таких резонансных дел обратить внимание государства на то, что лучше заняться реформированием правоохранительных органов не на словах, а на деле, чтобы таких постыдных случаев не было», – сказал директор Забайкальского правозащитного центра Виталий Черкасов.

Опубликовано в номере «НИ» от 29 сентября 2009 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: