Улов сетевиков

Одна из главных кризисных проблем малого бизнеса – падение покупательского спроса. После нескольких лет потребительского бума в стране наступило затишье. Люди стали беречь деньги, экономя на всем, без чего можно обойтись. О том, как живется в этих непростых условиях небольшому торговому бизнесу, «Новым Известиям» рассказала предприниматель из Вологды Ольга Данилова, владелец нескольких небольших магазинов.

Свой бизнес Ольга Данилова начала в 1992 году, открыв продуктовый магазин так называемой шаговой доступности со стандартным ассортиментом, рассчитанным на обычного покупателя. К 2004 году число ее торговых точек выросло до 15, и часть из них была ориентирована уже на промтоварную продукцию. А вот дальше все пошло по убывающей. В течение последующих пяти лет десять магазинов пришлось закрыть, поскольку они не выдерживали конкуренции с крупными сетями. «Как только возле нашего магазина открывался большой сетевой супермаркет, мы были вынуждены сворачивать торговлю, – рассказала «НИ» предприниматель. – Там цены другие, ниже. И даже если часть клиентов оставалась, их было недостаточно, чтобы работать рентабельно».

С приходом кризиса проблем прибавилось. Главная из них – падение оборота, который снизился на 25–30%, откатившись к уровню 2006 года. Причина проста – стали меньше брать. Хотя число покупателей с начала кризиса не уменьшилось, но сократились суммы, которые они готовы потратить. «В нашем регионе средняя цена чека в магазине в октябре-ноябре прошлого года составляла 240 руб. Сейчас – 140–160, – сообщила г-жа Данилова. – Спрос сдвинулся в более дешевую ценовую категорию. Это коснулось таких продуктов, как кофе и чай, колбасных изделий, где сильно сократилась деликатесная группа, и фруктов. Очень сильно уменьшилась средняя стоимость вина. Если раньше самыми популярными были сорта за 150–200 руб., то сейчас – за 90–100». Кроме того, увеличились расходы на так называемую забывчивость покупателей, или, попросту говоря, кражи. За последний квартал эти потери выросли с 0,5 до 0,8% от оборота. «Мешает и неорганизованная уличная торговля, например, сейчас, в сезон арбузов, люди предпочитают покупать их не в магазине, а на уличных лотках, хотя у нас цена 8,50, а на лотке – 10–11 руб., – сетует бизнесвумен. – А поскольку жить стало хуже, стихийных торговцев стало больше».

Первые проявления кризиса, по словам Ольги Даниловой, малый бизнес ощутил в ноябре-декабре прошлого года, когда банки перестали кредитовать и пролонгировать займы. Бизнес фактически остался без денег. Сейчас кредиты хоть и дают, но никто не хочет их брать – слишком высокие проценты. Из-за этого, например, на селе, где больше всего брали товарные кредиты, серьезно сузился ассортимент товаров. Продают только самое необходимое. У г-жи Даниловой сегодня из пяти магазинов работают четыре, а один, промтоварный, стоит пустой. Там продавалась хозяйственная утварь: чистящие и моющие средства, кастрюли, посуда. На них спрос упал сильнее, чем на продовольствие. Оно и понятно: если нечего положить в кастрюлю, то саму кастрюлю покупать не будут. Второй хозяйственный магазин пока еще держится, но работает в ноль, без прибыли. В оставшихся трех продовольственных оборот также падает, но все еще позволяет выплачивать зарплату рабочим на уровне 2008 года, сохранить коллектив и получать небольшую прибыль.

Более жесткой стала конкуренция с крупными сетями, которые в условиях кризиса стали осваивать нишу «шаговой доступности», открывая свои мини-магазины. Поскольку цены там сетевые, небольшая продовольственная точка по соседству становится неконкурентоспособной. В Вологде крупные сети уже открыли по 5–6 небольших магазинов, и это только начало. «Выстоять в таких условиях сможет лишь небольшой процент маленьких магазинов, которые удачно расположены рядом с покупательской тропой, – считает Ольга Данилова. – В результате, возможно, мелкорозничная сеть будет изживать себя».

Еще одна актуальная проблема для торгового малого бизнеса –поиск кадров. Найти на работу продавцов или подсобных рабочих стало очень сложно, даже в условиях кризиса. Одна из причин – неожиданный эффект повышения с начала этого года размера пособия по безработице до максимума в 4,9 тыс. руб. Поскольку заработок в регионах порой не сильно выше, многие предпочитают стоять в службе занятости, чем работать.

Несмотря на обещание федеральных властей обеспечить нормальные условия работы для малого бизнеса, пока мало что меняется. До сих пор не принят закон о торговле. Принят, но не работает закон о кассовых аппаратах, об отмене которых было заявлено с самых высоких трибун. Предприниматели так и не поняли, как им пользоваться. «Наше предприятие не планирует отказываться от кассовых аппаратов, они нам необходимы. Бизнес ведь просил немного о другом: прекратить менять реестры касс, из-за чего приходится менять сам аппарат, даже если он исправен и нормально работает, – пояснила предприниматель Данилова. – Второе пожелание – не менять каждые 11 месяцев фискальную память (ЭКЛЗ), которая стоит почти 10 тыс. руб. Третье – приходится клеить на кассы всякие голограммы, которые стоят до 500 руб., хотя у кассы есть заводской номер, паспорт и она зарегистрирована в налоговой инспекции. Мы до сих пор не можем понять, зачем это нужно, но клеим, поскольку так велит закон. И четвертое – отменить огромные штрафы по 30–40 тыс. рублей».