Нефтяное пресыщение

Нефтяной рынок даже не лихорадит, он находится в состоянии, которое у боксеров называется «грогги». 130–150–200 долларов за баррель, кто больше? Эксперты и аналитики теряются в догадках, предсказывая то обвальное падение нефтяных котировок, то их оглушительный взлет. Между тем за последний год, когда цены поднялись более чем в два раза, не было никаких глобальных катастроф, не открылись суперзаводы по производству крайне важного всему миру продукта. Да и китайцы, на которых валят все нефтяные грехи, с 2004 по 2007 год стал потреблять в сутки на 0,6 млн. баррелей меньше. Общемировой же рост спроса снизился с 3,6 млн. до 0,7 млн. баррелей в сутки.

Существует устойчивое мнение, что нынешняя ситуация – финальная стадия нефтяного пузыря, когда ценообразование утрачивает всякую связь с фундаментальными экономическими факторами. Но не все так просто. Экономический цикл «бум-спад» в сегодняшней ситуации верен лишь отчасти. Возможно, все дело в активно действующей новой разновидности нефтяного рынка – спот-рынке (англ. spot-market – «рынок наличного товара»).

Сделки на нем осуществляются в течение нескольких дней со дня заключения, а товаром выступает, естественно, нефть, остро необходимая кому-либо из потребителей. Причины могут быть самые разные – стихийное бедствие, слишком холодная зима или недостаточные объемы двусторонних поставок. Необходимое сырье докупается тогда на спот-рынке, от котировок которого весь мир и сходит с ума. Спотами именуют и суда, которые должны быть готовы к отправке немедленно. Сегодня Персидский залив забит загруженными нефтяными супертанкерами, на которые не могут найти покупателя. Это неудивительно: из 23 фьючерсов на поставку нефти исполняется сейчас в среднем один.

Нефтяной спот-рынок начал функционировать года два назад, когда стало понятно, что сырье будет дорожать и лучше заключать долгосрочные контракты по фиксированным ценам. Это совпало с активностью мировых лидеров. С января 2007 года президент США Буш дважды побывал в Саудовской Аравии. Тамошний король съездил в Пекин, а наследный принц – в Японию. Лидер КНР совершил турне по Ближнему Востоку, а индийский премьер побывал и в Саудовской Аравии, и в Иране. Многочисленные европейские и азиатские турне президента РФ также не были большим секретом. И одной из главных целей всех этих визитов было заключение долгосрочных контрактов на поставки энергоносителей по твердым ценам.

Однако нефтяные производственные мощности не безграничны. Страны и компании, не успевшие заключить долгосрочные договоры, вынуждены выходить на спот-рынок, где им предлагают «черное золото» уже по действительно золотой биржевой цене. А доля этого рынка в мировой экономике доходит сейчас уже до 20%. Естественно, возникает вопрос: кто на нем заказывает музыку? Сбрасывать со счетов приснопамятных «семерых сестер» (крупнейшие нефтяные компании мира – Exxon, Royal Dutch Shell, Texaco, Chevron, Mobil, Gulf Oil и British Petroleum), конечно, не стоит, но все же не они правят сегодня бал. Во главе рынка совсем другая элита – те, кто пришел на него на волне нового курса цен, когда на кону оказались сотни миллиардов долларов. Это США, Китай, Япония, Индия, Саудовская Аравия и лишь отчасти Россия. РФ стоит в конце этого списка из-за того, что мобильность российских поставок ограничена – отгрузка танкерами из нашей страны составляет приблизительно 18% от всей экспортируемой нефти, а она ведь может потребоваться в любой точке земного шара весьма срочно.

К настоящему моменту процесс заключения долгосрочных договоров практически завершен, и одним из свидетельств этого является тот факт, что, несмотря на постоянный рост нефтяных котировок, инфляция в большинстве развитых стран не превышает 3–4% годовых. В свою очередь, это означает, что и нефтяной спот-рынок близок к точке насыщения, что доказывают и упомянутые уже многочисленные невостребованные спотовые танкеры, и минимальное количество реализуемых фьючерсов.

Руководство ОПЕК не зря говорит, что необходимости в повышении добычи нет, нефти в мире достаточно. В такой ситуации возможны два сценария развития событий: либо спот-котировки достигнут уровня в 200 или 300 долларов за баррель (что, по большому счету, уже мало кого волнует и еще меньше удивляет), либо нефтяной рынок обвалится, причем в недалеком будущем. И самое неприятное то, что из этих двух вариантов наиболее вероятным видится второй. Если такой прогноз верен, долгосрочные контракты будут перезаключаться по «голландской» системе – кто предложит меньшую цену. Для России это самый худший сценарий. Ведь если сегодня мы еще можем диктовать цены на свои товары, то завтра назначать условия будут уже нам. Со всеми вытекающими последствиями.

Автор – доктор экономических наук, научный руководитель Института национальной стратегии