Меньше минимума

Вчера мэр Москвы Юрий Лужков подписал постановление о повышении с 1 сентября окладов столичных бюджетников. Несмотря на это, минимальная зарплата осталась вдвое ниже прожиточного минимума, который составляет для трудящегося горожанина 6360 руб. По заверениям экспертов, при нынешней системе оплаты труда бюджетники всегда будут оставаться беднейшей частью населения.

С начала осени ежемесячная тарифная ставка (ЕТС) первого разряда в столице составит 3640 руб., а самого высокого, 18-го, – 16 380 руб., сообщили в правительстве Москвы. Это может показаться значительным увеличением – скажем, в прошлом году с 1 сентября первый разряд оплачивался в размере 2530 руб. Однако если учесть, что и прожиточный минимум (ПМ) вырос с 5124 до 6360 руб., то де-факто рост зарплат почти не заметен. Если в прошлом году он составлял 50% от ПМ, то теперь – 57%.

«Минимальная зарплата по ЕТС существует только на бумаге, в реальности с учетом надбавок в Москве меньше 10 тыс. уже никто не получает, – успокоил «НИ» пресс-секретарь департамента экономической политики правительства Москвы Александр Степанов. – Скажем, средняя зарплата московских врачей сегодня – 21 тыс. руб., а учителей – 17 тыс. Причем надбавки растут пропорционально ЕТС, то есть если на 25% увеличатся доходы по тарифной сетке, так же вырастет и общая зарплата».

Впрочем, если считать реальную зарплату со всеми надбавками, то и сравнивать ее надо с реальным прожиточным минимумом, а он в столице много выше, чем 6360 руб. Ведь только за квартиру большинству горожан платить приходится не меньше 2 тыс., да и на проезд уходит не меньше 1 тыс. руб. – это уже половина официального минимума. Но проблема не только в этом: государственный сектор все дальше отстает по уровню доходов от частного. Скажем, если профессор вуза или хирург со стажем решит податься в водители, он будет зарабатывать намного больше – не меньше 20 тыс. руб., а такие зарплаты в здравоохранении и образовании надо еще поискать.

«При нашей системе формирования бюджетных зарплат доходы госслужащих всегда будут ниже, чем в частном секторе, – сообщил «НИ» директор Центра трудовых исследований Высшей школы экономики Владимир Гипельсон. – Во всем цивилизованном мире зарплата в государственном секторе определяется в привязке к частному, а у нас их размер зависит лишь от внутренних бюрократических процедур. В итоге лучшие кадры продолжают утекать в бизнес. Давление частного сектора все же заставляет государство повышать зарплаты там, где конкуренция велика. Скажем, учителя английского языка, которые легко могут заняться частными уроками, получают в среднем выше преподавателей математики или географии. Получается, что в тех профессиях, где конкуренция со стороны частного сектора невелика, оказываются не только наименьшие зарплаты, но и наименее квалифицированные работники, у которых нет никакой мотивации повышать уровень своего профессионализма. Зачем это делать, если нет ни карьерных перспектив, ни страха быть уволенным? Все равно за такие копейки больше никто работать не пойдет».