Главная / Газета 24 Января 2006 г. 00:00 / Экономика

Кризис заказывали?

Никита Кричевский
shadow
В последнее время экономисты, в прошлом причастные к управлению страной, стали предсказывать очередной банковский кризис. Одному причина коллапса видится в трудно управляемом буме потребительского кредитования, другому – в чрезмерных заимствованиях крупных госкомпаний, третьему – в излишнем старании проверяющих органов. В ответ экономисты, входящие в нынешний кабинет министров, и приближенные к нему функционеры дружно рапортуют: сегодня никакой угрозы для банковской стабильности в России нет. Однако оптимизм такой оценки, с которой, в общем-то, нельзя не согласиться, оправдан лишь на самое ближайшее время. В среднесрочной перспективе – при снижении нефтяных и газовых цен, подкреплении конкуренции в банковском секторе силовыми способами, продолжении политики высоких рисков при кредитовании – ясная погода для банкиров сменится штормовым предупреждением. Кстати, на прошлой неделе об этом напомнил и Всемирный банк, опубликовавший схожие выводы.

Российские банкиры также подливают масла в огонь, стремясь обезопасить себя от будущих обвинений в предумышленных банкротствах. Утверждая, что с кредитной стратегией у них все в порядке, в качестве упреждающих отговорок они выдвигают грядущие изменения в банковском законодательстве, недальновидную жесткость Центробанка и усиливающийся фискальный пресс властных структур.

Наконец, вероятность банковского кризиса объективно подтверждает ситуация с кредитами, которую подметили экс-правительственные экономисты. В 2005 году объем потребительских кредитов в стране превысил 500 млрд. руб. Люди все более охотно приобретают товары в рассрочку, не задумываясь о тяжести кредитного бремени, какового основная масса населения никогда доселе не испытывала. Угроза невозврата денег становится все реальнее: по официальным данным, безнадежные потребительские кредиты составляют в общей массе не более 4%, однако сами банкиры в частных беседах признают, что не вернется как минимум четверть выданных ссуд.

Впрочем, искать причины возможного коллапса в беспечности нашего потребителя или возросшей сумме заимствований компаний, за большинством из которых стоит государство, – занятие пустое. Если будут действовать только эти факторы, отдельные банки устойчивость подрастеряют, но в целом систему кризис минует. Причина наших будущих потрясений – в кризисе всей национальной экономики. Это подтверждает и опыт последнего десятилетия.

В Южной Корее детонатором дефолта банковской системы стал обвал на азиатских фондовых биржах 1997 года: обедневшие заемщики не смогли вовремя рассчитаться с кредиторами. Долговая пучина, несмотря на все усилия властей, поглотила 18 из 32 крупнейших банков. Не помог и стабилизационный фонд страны, составлявший на начало кризиса около 70 млрд. долларов и съеденный за несколько месяцев. От окончательного коллапса банковский сектор спасло правительство, потребовавшее от акционеров крупнейших оставшихся на плаву банков покрыть убытки сокращением более чем на 80% оплаченного уставного капитала, снизить ставки по выданным кредитам и реструктурировать долги. Плачущий министр финансов Южной Кореи перед телекамерами сдал тогда золотые украшения в помощь «родной экономике».

В Мексике в 1994 году банковский кризис грянул вслед за резким снижением цен на нефть. В те времена на финансовом рынке страны действовали крупнейшие инвесторы из США, которые путем прямого денежного вмешательства и массированного давления на МВФ предоставили более 46 млрд. долларов мексиканской экономике и отдельным банкам. Правительство на предоставленные средства было вынуждено выкупать безнадежные кредиты, которые банки выдали государственным компаниям. Цена выкупа доходила до 100% в отличие, например, от Южной Кореи, где долги выкупались под 45% от номинальной стоимости. Схожие сценарии, помноженные на высокую инфляцию и иностранные заимствования в твердой валюте, воплощались в Чехии и Польше.

У нас предпосылок похожего банковского кризиса тоже достаточно уже сейчас. Во-первых, это завышенная оценка развитости российской экономики. Во-вторых, фальшивая надежность отечественной банковской системы. И, наконец, полная зависимость бюджетных поступлений и трат от нефтяных цен. За каждым взлетом мирового нефтяного рынка неизбежно следовали падения. При этом всякий раз российская нефть, не торгуемая на биржах, дешевела сильнее, чем более качественные сорта. Законы экономики никто не отменял и не отменит. Обидно, что их действие в очередной раз нам придется испытать на себе.



Автор – доктор экономических наук, профессор Российского государственного социального университета.

Опубликовано в номере «НИ» от 24 января 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: