На фоне клюквы

В 2005 году с московских продовольственных рынков было изъято более 800 кг радиоактивных продуктов питания. В них было зафиксировано значительное превышение норм содержания радионуклидов. Кроме того, в прошлом году при проведении дезактивационных работ в Москве, Подмосковье и Владимирской области Служба радиационно-аварийных работ ГУП МосНПО «Радон» удалила и отправила на длительное хранение почти 300 т радиоактивных отходов. Откуда попадает в столичный регион невидимая зараза и насколько мы перед ней беззащитны, выяснили корреспонденты «Новых Известий».

Как объяснила «НИ» сотрудник «Радон-пресс» Елена Тер-Мартиросова, в основном радиоактивная продукция поступает в Москву из западных районов России и Белоруссии, часть идет из Карелии, где тоже все еще дает о себе знать чернобыльский след. Что касается самих «фонящих» продуктов, то в первую очередь это ягоды и грибы: и те, и другие растут близко к земле, а верхний слой грунта легко впитывает радиоактивные элементы.

Координатор антиядерной программы «Гринпис России» Владимир Чупров добавил к названным потенциально опасным территориям Брянскую и Орловскую области. Как рассказал «НИ» эксперт, выращенная там продукция подвержена так называемому вторичному загрязнению. Радиационное пятно не локализовано, а расползается именно таким путем – через продукты питания, животных, удобрения, а также молочную продукцию.

По словам специалиста, опасность потребления таких продуктов, безусловно, существует, и немалая. Она зависит от типа и количества радиоактивных веществ. Стронций, например, отрицательно влияет на костную ткань, цезий – на кровеносную систему и иммунитет. Эти вещества опасны в любом случае. А если потреблять «фонящие» продукты регулярно и много в течение нескольких лет, то можно заработать и сдвиг на генетическом уровне, который почувствуют уже наши дети и внуки.

Радиоактивные продукты питания на московских рынках, как правило, имеют ярко выраженную сезонную привязку. Зимой чаще всего задерживаются партии клюквы и сушеных грибов, в июле – черника, а в августе и сентябре – свежие грибы. Однако бывали случаи, когда изымали радиоактивную говядину, грузинский чай. Весь «урожай» прошлого года состоит из ягод – черники и клюквы. На каждом рынке, по словам г-жи Тер-Мартиросовой, есть лаборатория, которая отслеживает все продающиеся продукты. А вот уличной торговле проконтролировать радиоактивные продовольственные потоки невозможно. Поэтому специалисты настоятельно рекомендуют покупать продукты только в магазинах, где контроль ведется постоянно.

Вместе с тем сведения о выявленной радиации еще не говорят о том, что тот или иной рынок опасен вообще – просто там хорошо работает радиационная служба. И наоборот, если никаких данных нет, это еще не значит, что и проблем тоже нет.

В целом радиационную обстановку в Москве на сегодняшний день «Радон-пресс» оценивает как стабильную, но сложную. По крайней мере нормы нигде в столице не превышены. По мнению же Владимира Чупрова, радиационная ситуация сейчас складывается далеко не в пользу потребителя. Взять хотя бы принятое недавно в Белоруссии постановление об освоении радиоактивных земель, где уже сейчас выращивается лук.

Однако только «фонящими» продуктами проблема не исчерпывается. Угроза порой обнаруживается в местах, в которых ее никак не может быть. Так, года полтора назад специалисты изъяли в трех столичных банках денежные купюры, которые были загрязнены радиоактивным изотопом йод-131.

В Москве потенциально опасных объектов на сегодняшний день довольно много. Как рассказал «НИ» директор программы по ядерной и радиационной безопасности Российского Зеленого Креста Владимир Кузнецов, радиационная активность в мегаполисе наиболее заметна в местах размещения ядерных исследовательских установок. В первую очередь это знаменитый Курчатовский институт. Тревожный список продолжают МИФИ, Энергетический институт, Институт теоретической и экспериментальной физики. В Подмосковье наиболее высокий радиационный фон наблюдается в Лыткарине, Подольске, Дубне, Обнинске.

На вопрос «НИ», насколько эти объекты безопасны, ученый ответил так: «О какой безопасности может идти речь, если в Москве на территории Курчатовского института находится самый старый реактор в мире? Он выпущен еще 26 декабря 1946 года. Остальным реакторам по 30–35 лет. Выводить их с территории города никто не собирается. Соответственно, уровень радиации будет возрастать и в дальнейшем, так как она никуда не исчезает, а имеет свойство накапливаться».

«Гринпис России» утверждает, что в столице процветают несанкционированные свалки радиоактивных отходов, на которых впоследствии при случае легко могут построить жилой дом. «На сегодняшний день существует огромная проблема – нет статистики о том, как влияют радиационные точки на здоровье проживающих рядом людей, нет системы оповещения в случае аварии. Ядерщиками, по сути, проводится политика замалчивания», – утверждает г-н Чупров. А их заявления об отсутствии каких-либо проблем, по словам эксперта, зачастую надо делить на 10, если не на 100. «Никому нет дела до этих проблем. Россия в этом смысле сегодня беззащитна», – заключил представитель «Гринписа».

Вы не боитесь радиоактивных продуктов? Николай БАСКОВ, певец: – Конечно, боюсь. Впрочем, как и все. У меня много знакомых на Украине, которые пострадали от последствий Чернобыля. Но сам я на эту тему особо не задумываюсь. Овощи и фрукты мы покупаем в магазинах. С «радиатором» не ходим. Что касается мясной и молочной продукции, то нам ее привозят из подмосковных деревень от частников. Стараемся есть здоровую пищу. А вообще лучше больше думать о нервах – все болезни от них. Лев ДУРОВ, актер: – Я о радиации не задумываюсь. Если жить в этом страхе, то нужно бояться вообще что-либо съесть. Продукты покупаю в обычных магазинах. Другое дело, я удивляюсь, когда люди не уезжают из зараженных зон. Их предупреждают об опасности, а они все равно остаются. Вера ГЛАГОЛЕВА, актриса: – Бояться – не боюсь, но, конечно, неприятно было бы с ними встретиться. Раньше боялись чернобыльских продуктов, сейчас вероятность купить что-то такое, думаю, стала меньше. Я спокойно покупаю в магазинах продукты с надеждой на то, что они проверены. А вообще я полагаюсь на щепетильность государства в этом вопросе. Владимир ВИНОКУР, артист: – Не боюсь. Потому что я вообще не занимаюсь покупками – ими занимается жена. Она старается покупать в надежных местах. Правда, она еще собирает грибы, но там, где она это делает, радиации нет. А в Чернобыль за грибами она не ездит. Отдаю проблему радиоактивности нашим ученым – пусть они выясняют, где у нас радиоактивные точки. Опрос провели Нина ВАЖДАЕВА, Анастасия МАЛАХОВА