Главная / Газета 25 Марта 2005 г. 00:00 / Экономика

«Слив» на миллион

Великий и могучий инсайд и дальше будет править бал на российском финансовом рынке

АНАСТАСИЯ САМОТОРОВА

На днях глава Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР) Олег Вьюгин заявил, что принятие закона об инсайдерской информации – «вопрос не этого года». Этим он в общем-то никого не удивил: закон безуспешно пытаются принять вот уже шесть лет. Такая неспешность может объясняться тем, что на инсайде – то есть на опережающих события сведениях – хорошо зарабатывают и чиновники, и бизнесмены.

На бирже всегда выигрывает тот, кто знает, что будет завтра.
На бирже всегда выигрывает тот, кто знает, что будет завтра.
shadow
Само слово «инсайд» (inside) – означает на английском «внутри» или «внутренний». Инсайдер, в свою очередь, – это тот, кто находится внутри какой-то структуры и, если говорить об экономике, торгует закрытой информацией снаружи. После того как эти сведения становятся общедоступными, ценные бумаги той или иной структуры или компании существенно меняются в цене. На разнице и зарабатывают.

Посидим поговорим

Упрощенно схема выглядит следующим образом. У вас есть акции компании «Х». Если вы раньше других узнаете, например, о том, что дела у нее пошли плохо и даже стоит вопрос о банкротстве, вы можете быстро продать свои акции и заработать на понижении. Но для того, чтобы узнать об этом тогда, когда еще ничего никому не известно, у вас должен быть осведомитель, близкий к руководству и готовый «слить» вам эту информацию. Естественно, не безвозмездно. Это называют «менеджерским инсайдом». Наглядным примером инсайда такого вида может служить скандал при объединении ЮКОСа и «Сибнефти», случившийся в 2003 году. Участники рынка отметили, что торги ценными бумагами этих компаний («голубыми фишками») резко активизировались еще за две недели до официального объявления о сделке.

Есть менее распространенный и трудно выявляемый вид инсайда – так называемый брокерский. Брокер, видя, что клиент его фирмы сделал заказ на крупную покупку акций компании «Z», опережает его, приобретая акции в первые же секунды торгов, чтобы продать незадолго до их завершения. В этот промежуток времени цена акций существенно растет.

Оба эти способа активно используются участниками российского финансового рынка. По некоторым, весьма оптимистичным, данным, почти 50% всех сделок на российских биржевых площадках осуществляются с использованием инсайдерской информации.

Язык мой – враг твой

Помимо «менеджерского» и «брокерского» инсайда, Россия поставила на поток третий способ заработка на информации – заявления чиновников. Правда, первый пример массового инсайда с участием госструктур был связан не с публичными заявлениями, а с вовремя сделанными с глазу на глаз предупреждениями. Произошло это в самый канун августовского дефолта 1998 года. Позже выяснилось, что многим крупным банкам чудесным образом удалось заранее избавиться от государственных краткосрочных облигаций (ГКО), которые тогда всех и погубили.

Так, ГУТА-банк продал порядка 50% облигаций, «Промрадтехбанк» и МОСТ-банк избавились от 80% этих бумаг, а «БалтОНЭКСИМ» сбросил вообще все купленные им ранее ГКО. Лояльных на то время банкиров кто-то предупредил. Может, за деньги, может, чисто по-дружески – неизвестно. Тогдашний генеральный прокурор Юрий Скуратов грозился найти и наказать чиновников, которые выдали банкам информацию о грядущем дефолте. Что довольно скоро с ним приключилось, вероятно, все помнят.

Силу своего влияния на фондовый рынок российские чиновники в полную мощь смогли ощутить еще в мае 2000 года. Тогда Московская прокуратура заявила о намерении оспорить законность продажи 38% акций «Норильского никеля» холдингу «Интеррос». За считанные часы стоимость «Норникеля» упала почти на 140 млн. долларов. Летом того же года Михаил Фрадков, тогда глава Федеральной службы налоговой полиции (ФСНП), публично обвинил руководителей «ЛУКойла» в сокрытии налогов. Эта новость также молниеносно обрушила фондовый рынок.

Схема налоговикам понравилась, и в 2002 году начальник столичного управления ФСНП Виктор Васильев сообщил, что «Газпром» также подозревается в неуплате налогов. Акции монополиста опустились с 23 до 21 руб. за штуку. На следующий день Михаил Фрадков слова подчиненного опроверг, и акции вернулись на прежний уровень. Аналитики подсчитали, что инсайдеры могли заработать на этой операции 42 млн. руб. Как выяснилось позже, все это было лишь генеральной репетицией. Спектакль грянул с началом дела ЮКОСа.

ЮКОС-каюкос

По рейтингу РБК, из десяти событий, обваливших фондовый рынок в 2004 году, семь связаны с действиями госорганов и заявлениями чиновников. Мало кто верит, что «слуги народа» на этом не зарабатывают. Дело в том, что перед каждым заявлением по делу ЮКОСа аналитики упорно фиксировали опережающее движение акций на рынке. По очень приблизительным подсчетам, в прошлом году на бумагах «убитой» компании за один день инсайдеры зарабатывали до 500 тыс. долларов с каждого вложенного миллиона. Не упускал такую возможность, похоже, только ленивый.

Информационные поводы для колебания котировок выплескивались на рынок чуть ли не каждый день. Начиная обещаниями арабских шейхов вложить в ЮКОС 10 млрд. долларов, за которыми, как позже выяснилось, стоял Роман Абрамович, и заканчивая каждый раз новыми претензиями со стороны налоговиков. По экспертным оценкам, лишь 1 июля 2004 года капитализация ЮКОСа за 30 минут упала на 2,3 млрд. долларов. Следом обрушился и весь российский фондовый рынок. Бурный расцвет отечественного инсайдерства, в котором аналитикам ясно виделась рука высокопоставленных чиновников, привел к тому, что к концу года все крупные западные игроки ушли с нашего фондового рынка.

Не пойман – не инсайдер

За все время существования российского фондового рынка ни одного случая инсайда доказано не было. Хотя проверки проводились. Инициированы они были после скандала, связанного с ведущим международным рейтинговым агентством Standard&Poor’s. В январе 2003 года S&P объявило о повышении суверенного рейтинга России в иностранной валюте на один пункт. Это очень важная новость для рынка. Официально пресс-релиз агентства был опубликован на его сайте в 16.55, тогда же сообщение появилось на лентах информационных агентств. Однако резкий рост на рынке акций начался на 40 минут раньше. Упреждающая информация могла «уйти» из двух источников: ее кто-то «слил» либо в самом S&P, либо в правительстве, куда отчет попал еще до официального опубликования. Тогда к расследованию подключились ФКЦБ и Центробанк, но виновные в инсайде найдены не были.

Пожалуй, единственным пострадавшим за всю инсайдерскую историю российского фондового рынка стал пока руководитель московской налоговой инспекции № 7 Алексей Климов. Осенью прошлого года он заявил о налоговых претензиях к сотовому оператору «ВымпелКом» на сумму 4,4 млрд. руб. В ответ акции компании рухнули на 30%, а индекс РТС – на 12%. Через неделю чиновник уволился по собственному желанию. По словам коллег, свое ставшее роковым заявление он сделал «без надлежащих консультаций с руководством».



Как Запад борется с инсайдом

В развитых странах за использование инсайдерской информации можно получить тюремный срок. Так, в США максимальный срок заключения – от 10 до 25 лет, а штраф – до 2,5 млн. долларов. В Англии – 7 лет тюрьмы, в Германии – 5 лет, в Японии – 3 года. В Италии и Франции – 2 года. В России закона, карающего за инсайд, нет и в ближайшее время не будет.

Экспертный рейтинг ведомств-«ньюсмейкеров», способных обрушить рынок:

1. Администрация президента
2. Генпрокуратура
3. Федеральная налоговая служба
4. Федеральная антимонопольная служба
5. Центробанк и ФКЦБ
6. Минфин и Минэкономразвития

Его величество инсайд

Опубликовано в номере «НИ» от 25 марта 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: