Главная / Газета 24 Марта 2005 г. 00:00 / Экономика

«Что такое инфляция, мы почувствуем через 6–8 месяцев»

Помогут ли принимаемые властями меры остановить рост цен и какой будет инфляция, рассуждает доктор экономических наук

Никита КРИЧЕВСКИЙ.
Если пользоваться монетаристскими формулами, на которые в значительной мере опирается сейчас отечественная экономическая политика, то реальная инфляция в России в 2004 году составила 25,8%, а не 11,7%, как утверждает официальная статистика. За год денежная масса (основной, если помните, показатель, влияющий на инфляцию) увеличилась на 35,8% и имеет все основания для дальнейшего роста. Расходы на оборону и безопасность увеличены в этом году почти на 30%, а во избежание бюджетного дефицита произведено перераспределение доходов в сторону Центра с передачей финансирования монетизации, ЖКХ и прочего здравоохранения на плечи обедневших регионов.

Резонный на первый взгляд вопрос: при чем тут дефицит? А при том, что одним из источников инфляции монетаристская теория считает именно дефицит государственного бюджета, или превышение государственных расходов над доходами. Нет дефицита – нет инфляции. Поэтому правительство и рапортует о профицитном бюджете. Правда, в это время и инфляция растет, и дефицит государственных фондов пенсионного, социального и медицинского страхования не уменьшается. Только на мартовское, не предусмотренное бюджетом повышение пенсий понадобилось дополнительно 115 млрд. руб., тогда как в Пенсионном фонде есть только 11. Чем дефицит покрывается? Пока стабилизационным фондом. А потом можно и печатным станком воспользоваться. Не стабилизационный же фонд с золотовалютными резервами под корень изводить.

Есть множество других признаков того, что отечественная интерпретация монетаризма для нашей экономики не подходит. Это и увеличение банковских депозитов (по канонам монетаризма это свидетельствует о низкой инфляции), и зачаточное состояние фондового рынка (что делает затруднительным эффективное денежное регулирование), и отсутствие налоговой дисциплины. Как пример: собираемость НДС не превышает 65% (монетарной теории такое в страшном сне не приснится).

Что это значит? Это значит, что и теория сорокалетней давности устарела, и социально-экономические условия в стране другие.

В происходящем не нужно искать корыстный интерес тех, кто находится у власти. Скорее это непрофессионализм и некомпетентность, поскольку нельзя адаптировать экономическую идею, сработавшую в одной стране, к другой. Или надо экономическую систему менять, или новую идею разрабатывать.

В результате управление экономикой зависит у нас от многих институтов или групп, действующих в определенных рамках при распределении ресурсов: силовиков, олигархов, региональных элит, легализовавшегося криминала и других обществ с ограниченной ответственностью. Это делает неэффективными и план, и рынок. А для замедления роста инфляции в зависимости от обстановки привлекаются различные институты или группы, обладающие соответствующими рычагами.

Примеры? Снижение в декабре прошлого года цен на бензин и валютного курса за счет золотовалютных резервов, вследствие чего понизился и итоговый официальный показатель инфляции. Или вот днями принятое решение уменьшить импортные пошлины на мясо. Разве экономическими интересами все это продиктовано? Никто, собственно, и не скрывает, что только ради борьбы с инфляцией.

А вот естественные монополии как были, так и остались, чтобы забавлять нас новыми цифрами в квитанциях. Рост их тарифов, а не мясо – один из ключевых факторов повышения инфляции. Прибавьте сюда монетизацию льгот, повсеместное введение стопроцентной оплаты услуг ЖКХ с выделением субсидий малоимущим на фоне уменьшения налоговых поступлений, и получите основной закон современной российской экономики: чем больше людей вовлекаются в реформы, тем меньше выгода для государства.

К чему все это может привести? Первое. Не верьте, что увеличение денежных выплат и популистские индексации зарплат и пенсий не приведут к росту инфляции. В бюджете эти средства не предусмотрены. Знайте, что инфляция проявляется не сразу, а через некоторое время, которое в наших условиях составляет 6–8 месяцев. Поэтому цены будут и дальше расти. Но пока не сильно. Сильно – попозже.

Второе. Цены на мясо не упадут. А какой смысл им падать, если мы и по таким покупаем? Мясо без согласия в экономике не дешевеет. Помните, когда пару лет назад отменяли налог с продаж, нам тоже обещали, что цены снизятся? Не снизились. Сказали, что аренда и коммунальные услуги для торговли повысились.

Третье. Не озадачивайтесь курсом доллара. Упасть до 26 руб. ему вряд ли дадут (чем тогда пенсии платить?), а вырасти он пока тоже не сможет, поскольку только он и поддерживает официальный показатель инфляции. Другое дело, когда цены на нефть пойдут вниз.

Четвертое. Не думайте, что начавшееся повышение процентов по банковским вкладам – признак финансовой неустойчивости банков. Повышение процентных ставок отражает лишь усилившиеся в экономике инфляционные ожидания. Если сегодня банк вам не предложит принести деньги под более высокий процент – завтра вы сами снимете свой вклад и отнесете его в тот банк, который хоть как-то компенсирует растущую инфляцию.

Пятое. Не обольщайтесь мощью золотовалютных резервов Центробанка. В ближайшие годы встанет вопрос о финансировании социальных расходов, поскольку доходы от экспорта сырья (80% всего российского экспорта) рано или поздно снизятся.


Опубликовано в номере «НИ» от 24 марта 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: