Главная / Газета 28 Января 2005 г. 00:00 / Экономика

Жизнь после льгот

Эксперты ответили на вопросы, на которые россиянам пока никто не отвечал

То, что замена льгот денежными выплатами обернулась всероссийским скандалом, очевидно. Однако транспортная тема, которая пока остается самой горячей, это еще только начало. Не за горами новые и не менее болезненные проблемы. Люди столкнутся с невозможностью получить бесплатные лекарства и оплатить по низкой цене коммунальные услуги. Результатом может стать глобальное недовольство политикой властей. Самое время разобраться в истоках «льготного» конфликта.

shadow
Кто виноват в том, что замена льгот денежными выплатами началась со скандалов?



Михаил ЗАДОРНОВ, экс-министр финансов РФ, независимый депутат Госдумы, член Комитета по бюджету и налогам:

– У провала монетизации несколько причин. Во-первых, противоречие содержалось в самом законе. Он не был детально просчитан. Достаточно сказать, что в представленных материалах число федеральных льготников равнялось 12 млн. человек, а региональных – 19,5 млн. По тому списку, который уже существует сегодня, а он еще неполный, федеральных льготников насчитывается 14,5 млн. человек (думаю, что их число впоследствии вырастет примерно до 15 млн.), а региональных – только 16,7 млн. То есть произошла ошибка в плюс-минус несколько миллионов человек. Вот такие грубые просчеты и преследуют реформу с самого начала. Во-вторых, произошло разделение льготников на федеральных и региональных. И, наконец, правительство попыталось решить все проблемы льготников одним махом сразу. Есть и чисто финансовые просчеты с точки зрения оценки компенсаций.



Михаил ДЕЛЯГИН, директор Института модернизации:

– Правительство и фракция «Единая Россия» в Госдуме игнорировали любые замечания и отказывались думать, как именно закон будет выполняться. Любое сомнение воспринималось как политическая диверсия, что исключило возможность анализа. «Монетизация льгот» обеспечивает федеральному бюджету экономию как минимум нескольких десятков миллиардов рублей. Недаром социальные расходы в бюджете-2005, несмотря на пропаганду, сокращены в реальном выражении на 1,5%. Кроме того, реформа как часть «разграничения полномочий между уровнями власти» направлена на обеспечение политической покорности региональных элит при помощи финансового удушения регионов. В 2005 году их финансовые возможности сокращены более чем на 1% ВВП, при этом на них сброшены бюджетные обязательства, не обеспеченные деньгами. Результат – угроза срыва отопительного сезона 2005/2006 года, так как средства для подготовки к зиме придется бросить на сохранение минимума соцобеспечения.



Павел МЕДВЕДЕВ, депутат Госдумы (фракция «Единая Россия»), заместитель председателя Комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам:

– Не все продумали, недостаточно ответственно отнеслись. Виноваты и федеральное правительство, и администрации многих регионов. Гораздо проще указать регионы, которые отнеслись ответственно. Например, это Москва, которая сохранила льготы пенсионерам. Или Вологодская область, где самая маленькая компенсация составляет 800 рублей.



Сергей ГЛАЗЬЕВ, депутат Госдумы, лидер движения «За достойную жизнь»:

– Речь сейчас не идет о плохом исполнении закона № 122. Он исполняется так, как только он и может исполняться. По-другому быть не может в силу отсутствия в большинстве регионов денег на выполнение тех социальных обязательств, от которых федеральный центр отказался. Так называемая монетизация для жителей большинства регионов означает фактическую отмену большей части тех социальных гарантий, которые они имели. Транспорт составляет примерно 5% от общего пакета социальных гарантий, но и он сегодня в большинстве субъектов Федерации не может быть профинансирован.

Главная составляющая – это гарантии ветеранам труда. Они переложены с Федерального центра на регионы, и в настоящее время большинство регионов просто не знает, как их профинансировать. Детские пособия, которые застыли на крайне мизерном уровне, тоже сброшены на субъекты Федерации. О жертвах политических репрессий и чернобыльской катастрофы вообще никто сегодня уже не вспоминает, а это еще одна часть социальных обязательств, которые по этому закону остались без источников финансирования. И потуги Федерального центра по созданию видимости того, что речь идет о плохом исполнении закона, – это лукавство.

Сам по себе закон глуп. Как может получиться так, что госбюджет теперь тратит гораздо больше денег на выплату социальных гарантий, а их реальное обеспечение уменьшилось? Это – нонсенс. Когда слушаешь Зурабова и Кудрина, которые горды повышением трат на социальные нужды со 100 до 300 млрд. рублей, невольно возникает вопрос: а откуда тогда берутся недовольные люди? Но в том-то и дело, что монетизация на поверку стала самой настоящей кормушкой для чиновников. Именно сейчас, когда льготы стали деньгами, превратившись в десятки миллиардов рублей, возникает огромное количество коммерческих структур, присасывающихся к этой кормушке.



Андрей НЕЩАДИН, исполнительный директор Экспертного института Российского союза промышленников и предпринимателей:

– В основе замены натуральных льгот на денежные компенсации лежат две идеи. Первая – переход к адресной, прозрачной системе социальной поддержки. Вторая – поднять уровень пенсий относительно зарплат. В советское время пенсии в среднем составляли 50% заработной платы, но при этом многие люди, например, сельские жители, пенсий не получали (или получали не более 30 рублей). После монетизации пенсия должна будет составить 24,6% средней заработной платы. Таким образом, должно обозначиться движение в сторону увеличения уровня пенсий. Однако уровень в 50% вряд ли будет достигнут ранее 2027 года.

Проблемы, возникшие при замене натуральных льгот на выплаты, – это результат плохой работы чиновников, которая наложилась на административную реформу и весь связанный с нею хаос. Реформа демонстрирует непродуманность и несогласованность. Компенсации рассчитали по макропоказателям, но у каждой территории или категории граждан свои проблемы. Кроме того, из рук вон плохо была проведена разъяснительная работа. В оправдание чиновникам можно сказать, что по очень многим позициям рассчитать, какая требуется компенсация, не представляется возможным. Мы сами в этом убедились, когда в 2003–2004 годах в рамках Программы реформирования системы управления общественными финансами Пермской области попытались разработать проект замены льгот на выплаты.

Главная проблема монетизации льгот – сложная и запутанная система их предоставления. Другая проблема – посчитать, сколько действительно стоят льготы. Бесплатным проездом имеют право пользоваться около 75 категорий граждан: кроме пенсионеров это и работники МВД, и народные заседатели, и пр. Финансировать эту льготу должны разные бюджеты. А вычленить, сколько приходится именно на пенсионеров, или на инвалидов, или на ветеранов труда, невозможно. Финансирование в полном объеме всех льгот всем категориям граждан непосильно для бюджетов всех уровней. В результате появилось понятие «спящих льгот», которые действуют, но не исполняются (не финансируются). Это, например, предоставление бесплатного жилья сотрудникам милиции или «бесплатных лекарств», которых нет в наличии.



Галина ХОВАНСКАЯ, независимый депутат Госдумы, член Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству:

– Когда залезают в карман к человеку, у которого две тысячи рублей, и вытаскивают из него четверть этой суммы, он, естественно, выходит на улицу. Было бы две тысячи долларов – не вышел бы. Теперь по пунктам. Первое. Основная конфликтная точка в том, что нормы законопроекта о ветеранах труда – самой массовой льготной категории – принимаются федеральным правительством, подписываются президентом, а сбрасываются на регионы. Теперь у них будет выбор: либо платить зарплату учителям и врачам, либо оставлять льготы. Очень мудро поступил Юрий Лужков, сохранив льготы москвичам. Правда, это обошлось городу в очень большую сумму – я знаю. Москве пришлось свернуть половину инвестиционных программ, чтобы оставить льготы.

Второе. Нужно было вначале сделать финансово-экономическое обоснование проекта закона, составить реестр льготников, понять, сколько их у нас. А потом уже вносить законопроект. Сделали с точностью до наоборот. Это непрофессионально. И Зурабову точно надо подавать в отставку. Он был хорошим предпринимателем в страховом бизнесе, но он плохой госчиновник. Кстати, когда вице-премьер Александр Жуков заявил на Первом канале, что сведения по всем пенсионерам у него были в начале декабря, он солгал. Реестр льготников составили только в конце декабря.

Третье. Надо было оставить в покое инвалидов первой группы, участников войны. Для них лишение натуральных льгот само по себе стресс. Им уже надо дать дожить в том режиме, к которому они привыкли.



Надежда КОСАРЕВА, президент фонда «Институт экономики города»:

– Мне кажется, основной причиной является неполная организационно-управленческая готовность к реформе. Не были заранее подготовлены организационные структуры. Не решены организационные вопросы: кто будет принимать людей, как будут принимать, чтобы не было очередей, как это сделать в большей степени удобно для льготников. Любые социальные реформы, особенно связанные с административными процедурами, требуют отлаженного механизма реализации вплоть до минут. Вот в этот офис пойдут люди, будут приходить каждый день 100 человек, значит, нужно 10 сотрудников. Чтобы людям было удобно, нужно объединить несколько служб, сделать так, чтобы пункт был близко от того места, где живет человек. То есть нужно было продумать мелочи, возможно, сделать более длительный переходный период, чтобы все прошло более плавно.



Валерий ФЕДОРОВ, генеральный директор Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ):

– По данным наших опросов, еще летом-осенью было видно, что монетизация воспринимается как отъем денег у населения. В обществе существует боязнь любых реформ, исходящих от государства. От правительства наши люди добра не ждут, хотя по-прежнему ждут его от президента. Что касается нельготников, то они разделились на две категории: тех, кого эта тема в принципе не интересует (в основном молодежь), и тех, у кого есть льготники среди близких людей. Среди последней категории практически никто не читал закона о монетизации, но все его осуждают.



Какие еще сюрпризы принесет эта реформа?



Михаил ДЕЛЯГИН:

– Если вы ищете «подводные камни», можете смело открывать любую страницу подготовленного правительством, принятого думским большинством и подписанного президентом закона. В России, где при цене нефти в 45–50 долларов за баррель и бюджете, захлебывающемся от денег, 18% населения голодают, а 80% детей имеют дефицит веса, социальные льготы – не льготы, а неотъемлемый, жизненно необходимый элемент социальной защиты населения

Но даже если бы бюджет не экономил деньги на людях, а возместил бы льготы «по-честному», легче было бы не намного. Ведь льготы – принципиально нерыночный инструмент, люди потребляют их по потребности, а не по наличию денег. В любой социальной группе люди разные и, соответственно, по-разному пользуются льготами. Если льготы компенсировать деньгами, то тем, кто пользовался льготами больше всего, не хватит на самое необходимое, и им совсем не легче будет от того, что у их более здоровых соседей образуется дополнительный доход.

Нынешняя волна протеста вызвана невозможностью для бедных пользоваться городским транспортом. Подождите, когда до людей дойдет, что у них нет возможности пользоваться лекарствами, когда они поймут последствия резкого удорожания коммунальных услуг…



Павел МЕДВЕДЕВ:

– Следующая проблема – лекарства. Возможно, они могут стать по какой-то причине недоступны. Могут не завезти, могут вовремя не выдать льготные рецепты. Говорят, что сейчас процесс заполнения льготного рецепта стал более трудоемким. А врачей, к сожалению, не хватает. В итоге на рецепты придется тратить гораздо больше времени.



Михаил ЗАДОРНОВ:

– Будущие ошибки закона запрограммированы, и это сейчас достаточно очевидно. Пока все упирается в льготников, но напомню, что речь пойдет и об отмене бесплатного проезда в городском транспорте, и об уплате налога на имущество и на землю для служащих Министерства обороны, МВД и прочих силовых структур. Им же в этом году пока не повысили денежное довольствие, речь идет только о дополнительных доплатах к окладу за особые условия работы. Но и эта доплата, которая увеличивается от 50 до 120%, не сможет компенсировать тот рост тарифов, с которым столкнутся военнослужащие. Таким образом, значительная категория людей окажется в минусе, что чревато очередной вольной недовольства. И в конце концов им придется индексировать денежное довольствие, как это и предполагалось при принятии бюджета этого года.

Очевидно также, что пенсионная надбавка полностью будет «съедена» ростом тарифов на ЖКХ. Например, рост цен на двухкомнатную квартиру для Москвы и Подмосковья составит от 400 до 500 руб., а тариф на электроэнергию подрастет с 84–86 копеек до 1 руб. и 6 копеек. Люди в феврале по-новому будут платить за телефон и радиоточку без 50-процентной льготы. В конечном итоге весь этот безудержный рост цен разгонит инфляцию. Не понятно, почему правительство, вводя новые меры, совершенно не озаботилось контролем цен естественных и локальных монополий. По идее ведь при увеличении числа людей, оплачивающих проезд, транспортные тарифы вообще не должны были вырасти, однако мы наблюдаем обратную картину.



Андрей НЕЩАДИН:

– Чтобы эти «камни» обойти, нужно продлить еще минимум на год право пенсионеров выбирать льготы либо выплаты. Если где-то выгоднее оставить бесплатный проезд – оставить его. Нужно найти компромисс. И за это время разъяснить людям, что к чему.

Еще нужно, наконец, собрать статистику: кто и в каком объеме пользуется льготами, и провести более тщательно все расчеты, исходя из сложившейся ситуации. Для этого удобен метод, выработанный администрациями Москвы и Московской области, – введение льготных билетов на проезд для жителей области. По количеству реализованных билетов легко рассчитать, сколько администрация Подмосковья должна компенсировать транспортным предприятиям города за проезд областных льготников.



Сергей ГЛАЗЬЕВ:

– Еще один подводный камень – обеспечение лекарствами. Г-н Зурабов затянул принятие всех жизненно важных решений по созданию механизма распределения денег на финансирование медикаментов. А сделал он это, на мой взгляд, умышленно: чтобы уйти от аукционов, тендеров и других норм, которые способны хотя бы отчасти дисциплинировать чиновников и ставить их в рамки закона о закупках для государственных нужд. 50 млрд. руб., которые мы выделили из бюджета на финансирование бесплатных лекарств для инвалидов, распределены сегодня без конкурсов. А министр, пользуясь служебным положением, номинировал коммерческие структуры по своему усмотрению. В итоге цены на медицинские препараты резко подскочили, а люди, которые должны были их получать в поликлиниках и больницах, теперь вынуждены записываться в назначенные Зурабовым медицинские страховые компании. Возникает целая цепочка бюрократических посредников, каждый из которых ухватывает свою часть этих денег. Думаю, что из 300 млрд., которые выделяются на монетизацию льгот, добрая половина до нуждающихся просто не дойдет, а будет разворована.



Галина ХОВАНСКАЯ:

– В этом законе еще много всяких пакостей. Далеко не все льготы компенсируются. У студентов отобрали – и все. У учителей сельских отобрали – и все. Отдельным категориям раньше что-то давали бесплатно, но эти категории малочисленны, поэтому такого резонанса нет. Этот закон не только о монетизации. Поправки вычищают многие социальные нормы законодательства РФ.



Валерий ФЕДОРОВ:

– В настоящий момент мы проводим очередной январский замер индекса общественных настроений. Результаты пока не готовы, но их в значительной степени можно предсказать. В декабре 2004 года впервые за долгое время число россиян, настроенных оптимистично по отношению к социально-экономическому состоянию страны, оказалось меньше числа пессимистов. Раньше оптимистов было больше, хотя и ненамного.

После декабрьского замера наступили новогодние праздники и связанная с ними информационная пауза, а затем основной темой всех СМИ стали отмена льгот и протесты пенсионеров. Поэтому мы ожидаем снижения социальных показателей. Насколько именно они понизятся, в данный момент сказать трудно. Могу привести следующие данные: осенью уровень одобрения работы президента составлял 68–71%, а аналогичный рейтинг правительства – 30–35%. Все народное недовольство обычно сказывается на рейтинге кабинета министров, а вот оценка работы Путина вряд ли ухудшится – даже бесланские события просадили рейтинг президента лишь с 74% до 68%.



Надежда КОСАРЕВА:

– Мне кажется, сейчас люди уже начинают ориентироваться в большинстве вопросов, получили информацию о том, как будут решаться их проблемы. Тем не менее новые организационные препятствия возникнуть еще могут. А принципиально новых моментов, думаю, не откроется.



Какие последствия для страны будет иметь реализация закона о монетизации льгот?



Михаил ДЕЛЯГИН:

– Последняя льгота – на оплату ЖКХ. Монетизация коммунальной отрасли намечена на начало 2006 года. А мы видим, что синоним монетизации – это грабеж, точно так же, как синонимом реформ становится разрушение.

В конце 2005 года намечено перейти на полную оплату населением услуг ЖКХ. Для справки: с 2001 по 2005 год тарифы ЖКХ выросли более чем в 4,5 раза, а доля стоимости услуг, оплачиваемых гражданами, – с 52 до 57%. Причина в том, что мы удовлетворяем не реальные нужды отрасли, а аппетиты коммунальных монополистов, на растерзание которым нас бросило правительство. При переходе на стопроцентную оплату тарифы еще вырастут фактически вдвое. А государство будет компенсировать только расходы на ЖКХ, которые превысят 22% от дохода семьи. Так что при монетизации всех льгот при нынешнем уровне жизни страна получит революцию и весь сопутствующий хаос. Это ужасно, но президент, правительство и думское большинство, настаивая на своих ошибках, не оставляют России другого выхода.



Андрей НЕЩАДИН:

– Закон и способы его применения будут дорабатываться минимум год под аккомпанемент периодических вспышек недовольства граждан. В результате получится компромиссный для всех заинтересованных сторон вариант. Уже сейчас ясно, что сэкономить на этом бюджету не удастся хотя бы потому, что льготников в стране оказалось существенно больше, чем предполагало правительство. Но шанс сделать денежные потоки более прозрачными и управляемыми и тратить бюджетные деньги более эффективно есть.



Павел МЕДВЕДЕВ:

– Правительство практически со всеми регионами заключило соглашения об обеспечении льготников транспортными услугами. На мой взгляд, решение принципиально правильное. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Но есть и отрицательные последствия – доверие, уважение к власти убывает. Лучше бы, чтобы больше никаких новых последствий от реформы не было. Но кто его знает…



Валерий ФЕДОРОВ:

– Не думаю, что недовольство монетизацией выльется в нечто подобное «оранжевой революции» на Украине, хотя многие сейчас делают подобные прогнозы. У нас нет ни выборной ситуации, ни влиятельной оппозиции. Рейтинги КПРФ и ЛДПР находятся на уровне 7%, СПС и «Яблока» – 2–2,5%, а других оппозиционных партий – менее 1,5%. Личные рейтинги оппозиционных политиков не выходят за 10%, что в разы меньше президентского показателя. В общем, в РФ есть протест, но нет оппозиции. Более того, россияне смотрят на «оранжевые» события как на детскую болезнь, которой наша страна переболела в начале 1990-х: «Слава богу, у нас это уже позади!» Стабильность – главная ценность современного российского общества. Хотя… Вы ведь знаете, что ни одну революцию еще никому предсказать не удалось.



Михаил ЗАДОРНОВ:

– Если говорить о последствиях всех этих шагов, то мне кажется, что к власти, лично к президенту Путину возникнет недоверие со стороны тех слоев населения, которые надеялись на улучшение их положения. И это разочарование негативно скажется на общей социально-экономической и политической ситуации в стране.



Сергей ГЛАЗЬЕВ:

– Предполагаю, что зарвавшиеся министры будут упорствовать в своих решениях и дальше, вводя в заблуждение граждан. Они не хотят признавать, что нарушили права десятков миллионов россиян, не отдают себе отчет в том, что, сбрасывая на места все социальные обязательства, подталкивают страну к дезинтеграции. Именно к этому ведет закон. Он ведет к дискриминации наших граждан по месту жительства. Получается, что наши ветераны, инвалиды, которые всегда жили в рамках одной страны, хотя и работали в разных регионах, теперь в зависимости от того, где они живут, будут получать разные пакеты социальных гарантий. Идет целенаправленное разложение общества по социальному признаку, страна фактически раскалывается на части.



Надежда КОСАРЕВА:

– Я бы хотела, чтобы случившееся послужило нашему правительству и законодателям уроком, чтобы они были более осмотрительны при принятии серьезных социально-экономических решений и готовились к ним более продуманно, вплоть до мелочей. Мне кажется, сейчас должны быть приняты меры не по поиску виновных, а именно по выработке быстрых организационных мероприятий, мер реагирования на то, чтобы снять все эти конфликтные ситуации.



Галина ХОВАНСКАЯ:

– За «Единую Россию» больше так не проголосуют.



Экспертов опрашивали Николай ДЗИСЬ-ВОЙНАРОВСКИЙ, Каха КАХИАНИ, Ольга КОНДРАШОВА, Михаил КРЮЧКОВ, Анастасия САМОТОРОВА



КСТАТИ

К сожалению, получить ответы на все эти вопросы от чиновников и исполнителей закона о монетизации льгот не удалось (позиция министров ясна, она не раз озвучена). В Минфине и Минсоцразвития на условиях анонимности «НИ» объяснили, что на общение с прессой по этой теме на всех этажах исполнительной власти наложен строжайший запрет, так что искать собеседников в министерствах бесполезно.

Опубликовано в номере «НИ» от 28 января 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: