Главная / Газета 2 Ноября 2015 г. 00:00 / Культура

Праздник со звездами

«Геликон-опера» открывается после восьмилетнего ремонта

Майя Крылова

Торжества на Большой Никитской продлятся неделю: только серия гала-концертов способна удовлетворить повышенный спрос. На первый вечер в зале «Стравинский» театр пригласил друзей и прессу.

Дмитрий Хворостовский и Дмитрий Бертман.<br>Фото: АНТОН ДУБРОВСКИЙ
Дмитрий Хворостовский и Дмитрий Бертман.
Фото: АНТОН ДУБРОВСКИЙ
shadow
Здание «Геликона» снова приобрело родной желтый цвет (взамен зеленого из советских времен). Гостей встречали гремевшие из динамиков вальсы Штрауса. Журналистов пригласили прийти пораньше, и удалось еще застать уютно-бодрящий финал предпраздничной лихорадки: из зала доносились голоса репетирующих, в буфете красиво расставляли бутылки на полках, уборщицы старательно драили и без того зеркальные лестницы. На стенах в фойе у прогрессивного Дмитрия Бертмана повесили постеры с абстрактной живописью. Глава «Геликона» перед началом радостно рассказывал, как спонсоры подарили труппе уникально пошитые смокинги для концерта и «выстлали коврами весь театр», а фонд Елены Образцовой презентовал личные вещи и личный рояль для мини-музея, а также подлинник Бенуа из коллекции певицы. Вышколенные капельдинеры – молодые люди в черно-оранжевой униформе – напомнили давнюю историю из прошлого «Геликона», когда оранжевый цвет стал символом труппы. На заре основания театра, чтобы ускорить подписание многочисленных бумаг в куче инстанций, худрук придумал фирменный логотип на бланках – с оранжевой полосой («цвет солнца», говорит Бертман). И рука чиновника автоматически тянулась за яркой бумажкой.

Звонок, сзывающий публику в зал, тоже непростой: в каждом из трех геликоновских залов он свой. Зал «Стравинский», например, обзавелся фанфарами из оперы Стравинского «Царь Эдип». В 90-минутной праздничной программе, по замыслу главы «Геликона», всю неделю должны участвовать приглашенные звезды мировой оперы. Их состав будет меняться. В первом концерте спел Дмитрий Хворостовский, к счастью, оправившийся после серьезной болезни и обрадовавший публику арией графа ди Луны из вердиевского «Трубадура».

Концерт, в котором приняла участие вся труппа, не только презентовал капитально обновленный театр и нынешнее качество оркестра и певцов. Он обозначил вехи истории «Геликона» (в эпизодах вечера завсегдатаи прочитывали цитаты из разных спектаклей). Концерт показал и качественную акустику, и уникально оборудованную сцену. У нее 26 подвижных платформ, «катающаяся» вверх и вниз оркестровая яма, перемещающийся в двух плоскостях круг, «танцующие» штанкеты и уникальные софиты. Если раньше, до ремонта, в крошечном зале палочка дирижера летела в глаза первой скрипке, а сидящие в первом ряду зрители вполне могли переворачивать ноты оркестрантам, то теперь царит простор. Удобно и то, что бегущая строка расположена не под потолком, а на кромке оркестровой ямы: во время действия зрителям в поисках титров не нужно задирать головы.

Пролог из «Паяцев» ввел публику в атмосферу театрального представления. Видео-приветствия от Хосе Кура, Марии Гулегиной и Пласидо Доминго сменились приколами от Бертмана. Оркестр под управлением главного дирижера Владимира Понькина творил чудеса, скрещивая в одном номере фрагменты двух опер Моцарта. Хор иудеев из вердиевского «Набукко» символически повествовал о счастье возвращения в родной дом. Сразу три Фигаро из «Севильского цирюльника» хвастались своей популярностью и три Кармен демонстрировали роковую страсть. Звучали Вагнер и «Полет шмеля» Римского-Корсакова, Бернстайн смешивался с Чайковским. Пародировались кукольные эстрадные дивы, томно исполнившие фрагмент вокализа из кинофильма «Пятый элемент». Хор (как, впрочем, и солисты) не только пел, но и активно танцевал. Во время фрагмента из оперы «Сказки Гофмана» смех сменился грустью: за спинами певцов медленно «плыли» портреты ушедших из жизни друзей театра – Бориса Покровского и Ирины Архиповой, Мстислава Ростроповича и Святослава Рихтера. На заднике всходило и закатывалось витиеватое солнце, ехала панорама Москвы, лился дождь из нот, от которых певцы закрывались зонтиками. Финальная «Застольная», где Верди братался с Дунаевским, еще раз утвердила образ «Геликона». Это современный театр, в котором работают внутренне раскрепощенные артисты, готовые выполнить любое желание неугомонного режиссера.

…Через пару недель здесь будет первая премьера – опера «Садко». В преддверии сезона театр провел конкурс в труппу, на четыре места претендовали 500 человек. А билеты в «Геликон» проданы почти до июня.

Опубликовано в номере «НИ» от 2 ноября 2015 г.


Новости дня


Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: