Главная / Газета 21 Апреля 2014 г. 00:00 / Культура

Непарадные итоги

Завершен 20-й, юбилейный фестиваль «Золотой маски»

Ольга Егошина

Получая «Золотую маску» за выдающийся вклад в театральное искусство, Марк Захаров ехидно заметил, что его кандидатура никак не проходила в жюри в течение долгих лет и десятилетий. И действительно, имени Захарова среди сотен имен лауреатов премии нет (хотя среди награжденных десятки фамилий, которых не вспомнят даже историки театра). Второй режиссер-лауреат Галина Волчек просто не пришла на церемонию «Золотой маски», которая никогда даже не номинировала ее постановок. Случайно ли вопиющее отсутствие двух имен, уже вписавших себя в историю театра? Или это красный сигнал о необходимости остановиться и подумать о векторе движения национальной профессиональной премии?

Марку Захарову вручили «Маску» за выдающийся вклад в развитие театрального искусства.
Марку Захарову вручили «Маску» за выдающийся вклад в развитие театрального искусства.
shadow
В разделе «Лучшая работа режиссера» в этом году двадцать фамилий. Замечу, что для профи это звучит не просто странно – смехотворно. В эпоху титанов – 1920-е годы – имена наших режиссеров можно было пересчитать по пальцам. Во время «серебряного века» режиссуры – в 1960-е – десяток фамилий набирался с трудом. Откуда же в наше переходное время эксперты «Маски» находят не просто двадцать режиссеров, но еще и «лучших режиссеров»? Для сравнения: на первой «Маске» режиссерских фамилий было всего пять (правда, ни про одну из них не надо было спрашивать: а этого кто знает?).

Вопрос, где эксперты находят десятки лучших, конечно, лукавый. Поставь перед экспертами задачу найти шестьдесят «лучших российских режиссеров» – они их тоже отыщут, и сто отыщут, и двести... Только зачем ставить задачи, когда слово «лучший» теряет всякий смысл и опускается ниже порога профессии? Когда вас отобрано пятеро – каждый может гордиться своей включенностью в клуб избранных. Когда из вас устроена небольшая свалка, где на одну знаковую фамилию приходится несколько имен, известных только близким друзьям и родственникам, – номинация теряет всякий смысл...

На заключительной церемонии директор фестиваля Мария Ревякина анонсировала, что количество спектаклей, в этом году просмотренных экспертами, перевалило за семьсот. Всего в конкурсной программе около семидесяти постановок разных жанров. То есть отобран был примерно каждый десятый из просмотренного… Много это или мало? Для сравнения: когда профессионально работающий наш театр решил выбрать несколько современных пьес для постановки, то из более чем семисот пьес выбрали семь (каждую сотую)… Вопрос отбора лучших – всегда вопрос высоты планки. Погоня за количественными показателями вступает в конфликт с задачей держать марку. И уровень конкурсной программы становится все ниже.

«Золотая маска», хотя и позиционирует себя профессиональной премией, на деле с каждым годом дрейфует от профессиональных критериев все дальше и дальше.

Я отнюдь не считаю, что профессиональные критерии – единственные, по которым можно оценивать искусство. Однако «Золотой маске» выходить за пределы профессионального ареала напрямую запрещают Устав и Положение. Даже если очень хочется наградить кого-то за дерзкую и провокационную профнепригодность – все равно приходится формулировать награду как «лучший в профессии».

А это ведет к двойным стандартам. Поскольку о вкусах можно спорить: должна юбка быть зеленой или фиолетовой? Но сшита юбка профессионально или сикось-накось – это, увы, объективная реальность.

В этом году экспертный совет по драме при отборе явно руководствовался критериями не только или не столько профессиональными – количество откровенно беспомощных работ зашкаливало. Упреки в адрес экспертного совета повторяются ежегодно: что же вы нам понавезли! Ответ также традиционен: вот такая у нас в провинции весна-осень-лето… Однако в этот раз так случилось, что рядом с конкурсантами в дополнительных мини-фестивалях «Маски» показывались спектакли, экспертами не отобранные, но при этом не просто конкурентоспособные, но гораздо более профессионально сделанные, выстроенные и сыгранные, чем работы основной программы.

Вопрос ротации экспертного совета опять же становится с каждым годом все острее. Да, «Маска» ежегодно меняет экспертов прошлогодних на экспертов позапрошлогодних, но вышеозначенная процедура вызывает все больше нареканий и раздражений.

«Золотая маска» – организация солидная, статусная, разветвленная, но держится-то она на тоненькой нити доверия пяти-шести авторитетных российских театров. Тут даже тень сомнения в компетентности экспертного совета или жюри может оказаться фатальной. В этом году хлопнул дверями и сообщил, что больше не будет участвовать в конкурсе, Театр оперетты. Представляете, что будет, если его примеру последуют Александринка или Малый драматический? Правильно, можно будет тушить свет и отменять праздник.

Замечательно, что в этом году драматическое жюри впервые в истории «Золотой маски» состояло в большинстве своем из режиссеров. Это было абсолютно красиво и правильно. Как замечал любимец Честертона мудрый патер Браун, любой шарлатан, нацепивший перья и схвативший лук, может представиться мне доподлинным Чингачгуком, но настоящего индейца ему не обмануть.

Профи оценивают работу коллег, и в результате с итоговыми решениями жюри можно не до конца соглашаться, но их нельзя не уважать. Собственно говоря, хочется верить, что, перевалив юбилейный Рубикон, «Золотая маска» все-таки вспомнит о своих приоритетах и ценностях и вернется к гордому званию профессиональной премии.

Опубликовано в номере «НИ» от 21 апреля 2014 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: