Главная / Газета 21 Марта 2014 г. 00:00 / Культура

«Актеры – третья древнейшая профессия»

Народная артистка России Ольга Волкова

Светлана ПОЛЯКОВА

Трудно представить себе россиянина, не знающего актрису Ольгу Волкову, чьи роли второго плана и эпизоды более чем в полутора сотнях фильмов отпечатываются в памяти практически навсегда. Так же, как и театральные персонажи актрисы, Волкова сорок лет служила в лучших труппах Ленинграда – в ТЮЗе, театре Комедии, БДТ, пока в середине девяностых не переехала в Москву. И только в конце 2013 актриса впервые вышла на сцену московского репертуарного театра – и сразу в нескольких ролях. Нашему корреспонденту Ольга ВОЛКОВА рассказала о том, как дважды стала народной артисткой, почему отказывается от роли телеведущей, о своих многочисленных коллекциях и влиянии норвежской крови.

shadow
– Ольга Владимировна, вы 18 лет играли исключительно в антрепризах. Почему?

– Я даже как зритель сегодня в театр редко хожу. Когда-то Эфрос говорил: «Увидеть плохой спектакль – значит отравиться и почувствовать, что ты уже ничего не можешь делать». Мы такие видели спектакли, мы столько всего перепробовали! А сейчас театр застрял на 20 лет. Скучно и бездушно. Кроме того, мы третья древнейшая профессия после проституток и журналистов – поскольку во всем зависим от вкуса и выбора государственного театра. А в антрепризе я могу выбрать команду, пьесу и заранее знать, кто будет моим партнером. Мы работаем с Адой Роговцевой в спектакле «Париж спросонья» – и зал на 2200 мест встает после спектакля в Выборгском ДК. Или «Железный класс» Альдо Николаи, который мы играли с несовместимыми по школам Сергеем Юрским и Николаем Волковым, – потрясающий спектакль, который никто не додумался снять на пленку. И «Хануму» сегодня с таким азартом играют актеры и так заполняют энергией зал, что мне не стыдно. Кстати, увидев меня в «Хануме», моя любимая бывшая невестка Чулпан Хаматова вытащила меня снова на сцену стационарного театра – предложила меня режиссеру «Укрощения строптивой» Роману Феодори в Театре Наций. Роман придумал, что историю «Укрощения» будет ставить на плацу какой-то генерал. Тут же родилась концептуальная идея: его жена (которую играю я), работник культурного учреждения, пытается ему помочь сделать это согласно классическим эталонам. Но ее понятие чистоты академического жанра настолько преувеличено, что меня даже кто-то спросил: «Ты что, решила подколоть режиссера?» И близко нет! И все шекспировские персонажи, в ролях которых я выхожу в «Укрощении», сымпровизированы и «нарисованы» мной – режиссер принял с радостью.

– Вы не только роли себе выстраиваете, но и часто приходите на работу со своим реквизитом и в своих костюмах. Откуда все это берется?

– Я для собирания ничего не делаю, вещи зовут меня. Также и идиотские костюмы. В нашем огромном доме был магазинчик, типа сельпо. И я там увидела костюм с жабо, в котором я играю в «Укрощении строптивой». Или смотрю: на помойке лежит фибровый чемодан пятидесятых годов – обклеенный розочками-открытками. Нигде в кино, если придется сыграть пятидесятые годы, ты такой фибровый чемодан не найдешь. Подобрала, отмыла. Или вот есть вещь, которой 150 лет – кукла. Знаете песенку: «В магазине Кноппа выставлена попа. А? Что? Ничего! Желтые ботинки» Так вот, действительно был такой магазин Кноппа в Питере – музыкальных шкатулок. Фарфоровую куклу с заводным механизмом подарили на день рожденья моей бабушке – куклу вращаешь и звучит старинный вальс. Я с ней играла в фильме «Бедная Саша».

– У вас ведь есть еще одна коллекция – вы собираете лексические зарисовки и типажи на улицах…

– У Чуковского есть книга «От двух до пяти», а у меня от двух до восьмидесяти. Меня поэтому и начали снимать в кино – потому что я в мертвые эпизоды добавляла живую речь, которую можно услышать на улице. «Подбираю» на улице яркие, образные выражения. В том числе высказывания детей. Эту детскую копилку я добавила в новое издание автобиографической книги, вышедшее в прошлом году. Я, приехав в Москву, предложила сделать рубрику в газете «Объяснение в любви», чтобы представить портреты обыкновенных потрясающих людей, с которыми сталкиваешься! Есть, например, проводница, которую я не могу забыть и готова рассказывать о ней километрами. Или ищу того, кто бы сделал документальный фильм о человеке, которого я встретила в Греции. Он – Строганов, родился Жмеринке, куда семья была сослана, он бежал, теперь перегоняет катамараны из Америки в Грецию и готов рассказывать легенды о каждом уголке Греции. Я им «наесться» не могла! Это надо кому-то подарить! Уверена: рассказать о таком человеке – значит поднять настроение у людей.

– Было бы здорово, если бы вам дали вести передачу о хороших людях…

– Фиг с маслом! Позвали меня как-то на пробы ведущей для телепередачи. Я говорю: «Ребята, что вы хотите проверять? Справляюсь ли я с падежами? У меня написано несколько пьес и книга. Скажите тему!» «Нет, вы приезжайте, поговорите с редакторами». Приезжаю. Меня сажают в зал. Первый удар был, когда я спросила: «Почему вы не предупредили актрису, что вы ее поставите в кадр? Я в зимних сапогах!» «И что?» «То же, что экскурсовод ведет экскурсию по искусству эпохи Возрождения и обнаруживает, что забыл снять презерватив». Второй удар получила, когда объявили тему: нетрадиционная сексуальная ориентация. А мне эта тема близко знакома. Я знаю, как матери боятся признаться в этом отцу ребенка, потому что отец его убьет. Я говорю: «Я предлагаю матери сделать выбор: с кем она? Увезите ребенка на три дня из города и напишите мужу письмо – пусть выбирает, с кем будет он. Мать должна быть с ребенком. Каким бы он ни родился. А он таким часто рождается». Больше меня не звали. Им не понравилась ведущая, несогласная работать под диктовку микрофона в ухе.

– Вы воспитали немало учеников, давая уроки на дому. Почему не идете преподавать в вуз?

– Я страдаю без учеников, я переполнена, я знаю, как надо... Меня звали – из ВГИКа звонил мой любимый актер Алексей Баталов, умолял взять курс. Но, во-первых, из Гольяново, где я живу, ездить далеко. В метро я ездить не могу – пересадки, устаю, плохо выгляжу, стесняюсь. Но, главное, я принципиально не согласна с тем, как проходит кастинг в театральном институте, поэтому разработала свою систему вопросов-ответов, игру, в которой выявляется актерская природа. Мы сделали 10 представительских кассет с разными актерами, на которых при помощи системы тестов я максимально раскрывала актерские возможности, раскручивала артистов – чтобы режиссер мог их увидеть объемно, в разных планах. Оставила их в агентстве на Мосфильме – актеров стали приглашать в кино, но агентство не предложило мне продолжить этот опыт. Зачем проходить три тура, зачем учить три года? Сдавать миллион экзаменов, все эти «измы» – вместо того чтобы ходить в театры и заниматься актерским мастерством? Можно сделать факультатив по истории искусств – остальное человек прочитает сам по мере необходимости. Двухгодичные курсы вполне достаточны. Когда я готовила абитуриентов, то за время подготовки давала им полтора курса. Мне даже было интересно обмануть приемную комиссию – подсунуть им не очень талантливого, но хорошо подготовленного – пусть потом разбираются.

– Не пробовали открыть школу Волковых? Ведь в вашей семье многие могли бы преподавать актерское мастерство…

– Все упирается только в деньги. Семья, действительно, талантливая. Ваня работал в «Современнике», сейчас пишет музыку к спектаклю, который ставят в Александринке по Ружевичу. Его жена – Люся Волкова (бывшая Харитонова) – потрясающая актриса, но нигде не играет, только что родила мне внучку. Сестра Вани, Александра, дочь Николая Николаевича Волкова, играет в Ленкоме. И брат Вани, Дмитрий Волков, играл в Ленкоме, но почему-то ушел. Талантливый актер и тоже пишет музыку. И Ванины дети уже играют в театре. Хотелось бы и школу открыть, и курсы повышения квалификации, и была мечта поставить спектакль к моему юбилею, на афише которого были бы только Волковы – «Волчья стая».

– Благодаря своим бракам вы, наверное, единственный случай на земле – умудрились стать дважды Волковой. Какова роль совпадений в вашей жизни?

– Я еще единственная в России дважды народная артистка. Когда мне было года 52, в БДТ повесили поздравление, друзья поздравили, кто-то сказал, что думал, что я уже давно – народная. Потом пришло время оформлять пенсию. И я заинтересовалась: а где корочки? (Пребывала в иллюзии, что звание может повлиять на размер пенсии!) Прихожу в канцелярию, мне говорят: «А мы откуда знаем? Это в Москве знают». Звоню в Москву (Москва меня почему-то любит больше, чем Петербург). И через день – бабах! – объявление в газете: Присуждение звания народной артистки Ольге Волковой. А потом было смешное вручение в Смольном – там есть день, когда вручают всем – токарям, слесарям, докторам... Мне выделили двоих актеров в сопровождение, дали какой-то газик раздолбанный, купили три гвоздички. Охраняют уже не военные, а мальчики в черных костюмах, лестница расходится направо и налево, а в центре стоит стол с клеенкой, на котором жестяные жбаны с цветами – можно тут же купить. Толпа. Что-то мне это сильно напомнило. Самым нехорошим образом. Я спросила у кого-то: «Во сколько награждают артистку Волкову?» Мне ответили почему-то шепотом: «ВИП-зал, в 12 часов». Меня это в очередной раз напрягло. При входе в зал тетеньки проверяли документы: «Я, – говорю, – к Волковой, в 12 часов». Они тихонько: «Да-да, вам сюда. Тогда я спрашиваю: «Урну когда можно забрать?» Тетенька упала в обморок: «Не стыдно вам?» Так, а на что все это похоже, спрашивается?! Собчак мне вручал, поцеловал воздух возле моей руки, а рядом стоял Путин – он в те времена всегда стоял справа от Собчака.

– Вы – удачливый человек?

– Наверное. Хотя больше приношу удачу, чем получаю. У меня очень легкая рука. Говорят, что подарки надо отрывать от сердца – но это же больно! – никто так не делает. А я, когда чувствую, что у человека какие-то неполадки в жизни, про себя говорю: «Не отдам!», но уже «чешется», уже снимаю с себя серебро, которое очень люблю, и отдаю . И, тьфу-тьфу-тьфу, это приносит счастье. Однажды моя подруга рассталась с кем-то, очень горевала, хотя уже в возрасте, пост солидный занимала, я уезжала на гастроли, она жалуется: «Что ж мне так не везет?», а я «Надень колечко, поноси, вернусь – сниму с тебя». Приезжаю, а она: «Я до такой степени не просила! Я уже познакомилась с новым и забеременела».

– А что вас ввергает в грех уныния?

– Когда никому из близких не могу помочь. И когда нет работы. Когда мне муж говорит: «Уходи на пенсию!», я отвечаю: «Как ты меня не уважаешь!» Прочла смешную цитату: артист скорее сойдет с ума, чем со сцены. Актерская профессия – это переизбыточная энергетика. Ее некуда девать. Мой интеллигентный муж, когда я без работы, 15 минут не может меня выдержать. Потому что я говорю громче, чем надо, быстрее, чем надо, начинаю что-то переставлять, звонить по телефону – меня разрывает. Когда мы жили вместе с Чулпан, там была та же картина – билась посуда, надевает пальто – отрываются все пуговицы, ломается каблук. Я говорила: «Тебя нужно всего лишь довести до сцены!»

– В вас течет много разных кровей. Вы ощущаете на себе их влияние?

– Ощущаю! Я всегда была по природе своей интернационалистка. У меня по материнской линии чадолюбие развито – моя прабабка была акушеркой. Кроме того, несмотря на то, что рано овдовела и одна воспитывала двух сыновей, еще двоих усыновила. Она была норвежка из обрусевшей семьи, приехавшей в Россию в 1812 году. Не так давно мой двоюродный брат, который жил в Мурманске и работал на телевидении, разыскал семью Данельсенов, а я взяла и написала на плохом немецком истерическое письмо, типа deine Haus – unsere Haus. И вот я попадаю в Норвегию и вижу горы и фьорды – и во мне что-то застонало.

– Через месяц вы отмечаете неправдоподобный юбилей – поверить в ваш истинный возраст совершенно невозможно. Знаете секреты молодости?

– Я часто ощущаю себя как на ринге. Работы то нет, то есть – паузы бывают по полгода... Я ее выгрызаю. Я звоню, я не сижу на месте. Бывает, хожу по «Мосфильму», открываю двери, спрашиваю: «Кому нужна актриса?» – от отчаяния. Это ведь, помимо того что высокое искусство, еще и способ выжить: у меня большая семья, и все время кому-то нужна помощь. Поэтому я справляюсь с болезнями, я караулю их, не позволяю себе болеть. Однажды накануне гастролей свалилась с тяжелым гриппом. Приехал мой замечательный доктор, Валерий Викторович Титов (спасавший и меня, и мужа, и Чулпан, и многих моих друзей). Я просила его: «Скажите, что я не имею права ехать!» (предстояли перелеты Питер – Саратов – Махачкала) – не было сил встать. Он наколол меня лекарствами и сказал: «Встала и пошла! Иначе сдохнете дома! Я сделал все, чтобы вы встали и пошли!» И я справилась. Потому что велика сила сопротивления...


СПРАВКА «НИ»
Ольга ВОЛКОВА – советская и российская актриса театра и кино, родилась 15 апреля 1939 года в Ленинграде. В 1960 году окончила актерскую студию при Ленинградском ТЮЗе (мастерская Леонида Макарьева), играла на сцене Ленинградского ТЮЗа. Была актрисой Академического театра комедии имени Акимова. 20 лет играла на сцене Большого Драматического театра в Ленинграде. В 1993 году удостоена звания народной артистки России. В кино сыграла более 150 ролей («Вокзал для двоих», «Бедная Саша», «Сказ про Федота-стрельца», «Иванов», «Шерлок Холмс»).

Опубликовано в номере «НИ» от 21 марта 2014 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: