Главная / Газета 7 Октября 2013 г. 00:00 / Культура

Парад звезд

В Кремле прошел балетный гала-концерт

МАЙЯ КРЫЛОВА

Четвертый по счету гала-концерт «Звезды балета XXI века», иначе называемый «Кремлин-гала», состоялся на сцене Кремлевского дворца. В нем участвовали артисты десяти мировых балетных трупп, почти все – с громкими именами.

Фото: KREMLINPALACE.ORG
Фото: KREMLINPALACE.ORG
shadow
Надо отметить хорошую информационную организацию вечера. Устроители перед каждым номером прописали имена композитора, хореографа и артиста на экране и дополнительно озвучивали по радио. Об этом стоит сказать особо, поскольку далеко не на каждом концерте так бывает. И вместо того чтобы смотреть на сцену, зрители начинают громким шепотом переспрашивать друг у друга «а кто это?». В перечне хореографов не было типичных ошибок, когда деланную-переделанную многими поколениями редакцию классического балета приписывают отцу русского балета Мариусу Петипа. Но есть претензии к трансляции концерта в зал на боковые экраны. Для зрителей, сидящих на далекой галерке огромного зала, это единственный способ вообще что-то разглядеть. Но отчего у нас так любят снимать не тела, а лица танцующих?

Первыми станцевали Евгения Образцова и Артем Овчаренко из Большого театра. Они со вкусом побарахтались в изящном «Венецианском карнавале» – технически непростой вещице из наследия: она пикантно улыбалась, в струнку тянула стопы и закидывала ногу в итальянских фуэте, он легко прыгал, но недостаточно хорошо поднимал партнершу. «Московский американец» Дэвид Холберг (солист Американского театра балета трудится в этом сезоне и премьером Большого театра) показал мистический «Танец блаженных душ» в постановке английского хореографа Аштона. «Что-то вроде конца света», улыбаясь, пояснял на экране сам Дэвид, похожий на сцене и на умирающего лебедя, и на бестелесного ангела. Солисты балета Берлинской оперы Элиза Кабрера и Михаил Канискин смотрелись не очень выразительно в номере хореографа Уве Шольца на музыку Моцарта, сделанном в рамках среднестатистической неоклассики. Куда интересней эти же артисты выглядели во втором отделении, когда исполнили миниатюру под названием «Живи сейчас, думай позже»: с юмором рассказанная притча о том, как девушка сперва не отвечает на заигрывания мужчины, а потом, войдя во вкус, начинает им командовать. Па-де-де из «Корсара» в исполнении Анастасии и Дениса Матвиенко (Мариинский театр) запомнилось главным образом мощным торсом партнера и его не менее мощными прыжками по кругу. А два выхода на сцену американского темнокожего виртуоза Дезмонда Ричардсона (на фото) (у него, кажется, танцует каждый мускул) покорили публику зарядом художественно оформленной сексуальности.

Роль Татьяны из балета «Онегин» куда лучше удалась первой солистке Большого тетра Ольге Смирновой, чем ее же Черный лебедь из «Лебединого озера». Будучи Одиллией в компании чисто танцующего, обаятельного Семена Чудина, Смирнова упускала нюансы и спотыкалась в диагонали, не говоря уж о неумении (пока?) воплотиться в роковую соблазнительницу. В «Онегине» она же демонстрировала утонченно-нервический рисунок танца, гордо держала длинную шею и отчаянно ломала руки перед настойчивым Онегиным (Дэвид Холберг). Негромкую прелесть дуэта из английского балета «Манон» также «негромко», но с точным чувством стиля показали именитые гости из Англии – Алина Кожокару и Йохан Кобборг. За современную хореографию отвечала солистка Большого театра Анна Тихомирова, которая в паре с Овчаренко упоительно билась в конвульсиях под пение Лидии Руслановой. Экзистенциальный ужас бытия в «Колыбельной» из балета Раду Поклитару «Дождь» эта пара передавала так, словно танцевала в последний раз.

Наверно, больше всего публика ожидала выхода Натальи Осиповой и Ивана Васильева – бывших премьеров Большого театра, ныне успешно танцующих по миру. Аплодисменты раздались и до начала их выступлений и, естественно, после. Но это не были бурные овации, какие всегда случаются, если танцовщик с балериной то и дело сигают до потолка или самозабвенно крутятся вокруг своей оси. Осипова и Васильев, не гонясь за легким успехом, выбрали иной репертуар – дуэт Эсмеральды и Квазимодо из балета Ролана Пети «Собор Парижской богоматери» и сцену у балкона из английского варианта балета «Ромео и Джульетта». Они были необычно сдержанны в эмоциях, стремясь погрузиться в детальные переживания роли. Именно это сегодня интересует звездную пару, которая учится психологическому театру на ходу.

Завершила вечер Диана Вишнева с балетом «Объект перемен» – просветленно-трагическим сочинением хореографов из Нидерландов Пола Лайтфута и Соль Леон на музыку Шуберта. Который раз Вишнева с неимоверной удачей исполняет этот небольшой спектакль о тайной притягательности смерти. После такого финала никто в зале не ожидал еще чего-то, и публика потянулась к выходу. Неожиданно занавес вновь открылся, и участники концерта понеслись в вихре финального трюкаческого дефиле. Увы, они старались перед полупустым партером. Зато те, кто остался, были счастливы снова увидеть своих кумиров.

Опубликовано в номере «НИ» от 7 октября 2013 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: