Главная / Газета 21 Августа 2013 г. 00:00 / Культура

«Зачем тебе такие большие зубы?»

Мария ТЕРЕЩЕНКО
shadow
Первого сентября исполнится год со дня вступления в силу Федерального закона № 436 «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Призванный ограждать детей от информации о наркотиках, насилии и сексе, документ этот так сформулирован, что под него подпадает 90% всей детской литературы и кинопродукции. И над культурной жизнью страны по-прежнему висит настоящий «дамоклов меч», угрожая всем тем, кто пытается работать с детьми и для детей.

Напомним, что закон № 436 предписывает ставить возрастные маркировки (0+, 6+, 12+, 16+, 18+) на всю печатную и кинопродукцию. Если придерживаться буквы этого документа, то под 18+ подпадают такие произведения, как «Том Сойер» (поощряет бродяжничество), «Буратино» (натуралистическое изображение драк), «Снежная королева» (побуждает детей к «совершению действий, представляющих угрозу их жизни и (или) здоровью»). «12+» получили бы «Маша и медведь», «Гуси-лебеди», «Бременские музыканты» и «Гостья из будущего». А «Колобок» и «Теремок» следовало бы запретить читать и показывать детям младше 6 лет.

По поводу теории все отшутились еще прошлой осенью. Теперь же понятно, как закон реализуется на практике. Например, новый мультфильм «Гадкий Я-2» разрешен для всех возрастов (хотя это супергеройский боевик со злодеями, драками и любовными переживаниями), а вот на книжке со сказками Сергея Козлова про ежика и медвежонка стоит отметка 6+.

Представлять, куда приведут такие рекомендации законопослушных родителей, даже не забавно. И надо думать, законодателей наших вкупе с Роскомнадзором, призванным следить за соблюдением информационного порядка, данный вопрос волнует не сильно. Ведь современная цензура, в отличие от советской, направлена вовсе не на то, чтобы убрать из оборота ту или иную информацию, а на то, чтобы посеять неуверенность, опасения, чувство бесправия во всех создателях и распространителях культурного продукта. Каждый издатель, фестивальный работник, продюсер мучается теперь сложным вопросом, можно ли ту или иную вещь рекомендовать детям от 6 лет или нужно задирать до 16+? Можно ли пускать десятилеток, если на афише стоит 12+? И что показать дошкольникам, чтобы ненароком не лишиться своего фестиваля (канала, студии)? Решения эти принимать непросто: ведь выбирать приходится между маразматичным поступком и противоправным.

Лиха беда начало. В июне Роскомнадзор выступил против хёнтая (японских эротических мультфильмов) и даже окончательно запретил 13 наименований. Тут же детский омбудсмен Павел Астахов предложил ввести уголовную ответственность за анимационную порнографию, а почти параллельно депутат Госдумы Елена Мизулина отправила куда-то жалобу на «Симпсонов». Месяца не прошло, как президент предложил создать этическую хартию для кинематографистов, а еще спустя несколько недель новый проект Александра Миндадзе отказались финансировать за то, что он Великую Отечественную неправильно хочет изобразить. И даже если власти впоследствии передумают (на что все-таки есть надежда), то осадок все равно останется. В любом случае деятели культуры медленно, но наверняка усваивают, что водки у нас в стране не пьют, матом не ругаются, и вообще пора переходить к изображению борьбы между хорошим и лучшим, если хочешь выжить в нашем самом культурном государстве.

Официальные законы, указы и пожелания можно хотя бы обсуждать и осуждать, пытаясь сохранить здравый смысл и независимость суждений. Куда неприятнее распоряжения, которые рождаются в коридорах и распространяются изустно. Например, нигде не было официально анонсировано, что теперь наши фестивали, имеющие господдержку, обязаны требовать от своих российских участников удостоверения национального фильма (УНФ). Откуда взялось это правило, не очень понятно. Кто-то утверждает, что оно существовало всегда, просто не так тщательно соблюдалось. Другие приводят указ, где проведение фестивалей стоит в одном ряду с прокатом национальных фильмов и продвижением их на международных кинорынках. Третьи же разводят руками: нам в Минкульте (фонде кино) так сказали. Вроде бы пустячок с этим УНФ, а неприятно. Поскольку невозможно такого представить ни в одной свободной цивилизованной стране. Да и у нас раньше кинофестивали были самым свободным форматом бытования кино. Здесь не требовалось прокатных удостоверений, никого не волновала экономическая целесообразность или патриотическая направленность, и решал все только гамбургский счет, связанный с художественным качеством фильма. Теперь же у нас государственно-финансируемые фестивали поставлены в такое положение, когда им выгоднее взять как можно больше государственно-одобренного и «обУНФленного» продукта. Ну а независимые режиссеры, соответственно, либо должны теперь создавать юрлица и получать «лицензию», либо отказываться от фестивальной жизни на территории РФ (ведь не секрет, что большинство наших фестивалей зависят от государства).

В общем, всего год прошел с принятия пресловутого закона, а мы живем уже в другой стране. И в этом новом государстве каждый снимающий кино, пишущий книгу, устраивающий фестиваль, наверняка уже знает, что «большой брат» смотрит на нас. Самое печальное, что смотрит он (как всегда это и бывает) миллионом маленьких глаз российских граждан, солидаризирующихся с этой политикой ограничения свободы информации.

Автор – кинообозреватель «НИ»

Опубликовано в номере «НИ» от 21 августа 2013 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: