Главная / Газета 23 Мая 2013 г. 00:00 / Культура

Докажи, что творец

Введение системы переаттестации работников культуры может сильно осложнить жизнь многим из них

ЕЛЕНА РЫЖОВА, ОЛЬГА СЕРЕГИНА

Сегодня на заседании правительства РФ будет обсуждаться законопроект, который обяжет артистов драматических и музыкальных театров проходить своего рода конкурс, подтверждающий их профпригодность. Принятие этого закона позволит творческим руководителям избавиться от так называемого «балласта» и формировать труппу по собственному усмотрению. Однако до сих пор не ясно, исходя из каких критериев будет приниматься решение, останется тот или иной артист в труппе или нет. Кроме того, остается открытым вопрос: что делать актерам, не прошедшим аттестацию? Не получится ли, что актер, не аттестованный в одном театре, не понадобится и худрукам других?

Артистам, работающим по бессрочным трудовым договорам, придется доказывать свою творческую состоятельность перед специальной комиссией.<br>Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
Артистам, работающим по бессрочным трудовым договорам, придется доказывать свою творческую состоятельность перед специальной комиссией.
Фото: АНАТОЛИЙ МОРКОВКИН
shadow
Разговоры о необходимости введения контрактной системы для работников культуры и внесения в Трудовой кодекс (ТК) соответствующих поправок ведутся не первый год. Театры, дескать, не могут полюбовно расстаться с артистом, который уже давно не занят в репертуаре, но находится на бессрочном трудовом договоре и исправно получает зарплату согласно «штатному расписанию». Особенно эта проблема обострялась, когда в тот или иной театр назначался новый худрук, желавший «мести по-новому», а артисты, привыкшие к размеренной жизни, всеми силами этому препятствовали. Отсюда многочисленные театральные скандалы, расколы трупп, жалобные письма во все вышестоящие инстанции и даже митинги протеста.

Несмотря на назревшую необходимость урегулировать трудовые отношения в творческих коллективах, проект закона о переаттестации работников культуры тем не менее вызвал бурную полемику в печати и обществе. Его активно обсуждают режиссеры, худруки, актеры, директора театров, их заместители и помощники. Наконец, даже тандем Дмитрий Быков – Михаил Ефремов посвятил ему очередную «Христарадину», закончившуюся советом «выбирать на конкурсной основе граждан».

Суть поправок заключается в следующем: каждые пять лет артист, находящийся на бессрочном трудовом договоре, должен проходить своеобразный конкурс, подтверждающий его профессиональную состоятельность. Артистов, заключивших с театром срочный договор на определенный срок, а также худруков, которых назначает столичный департамент культуры, эти поправки касаться не будут.

Надо сказать, что людей, полностью удовлетворенных проектом закона, практически не наблюдается. Худруки не слишком довольны сроками переаттестации (придется ждать пять лет, прежде чем можно будет расстаться с ненужным работником). Актеры полагают, что новый закон развяжет руки театральной администрации, которая сможет избавляться от неугодных на предоставленной новым законом основе.

«Журналисты, как, впрочем, и артисты совершенно неправомерно применяют в отношении этого нового закона (о внесении изменений в Трудовой кодекс) термин «аттестация», – сказал «Новым Известиям» заместитель руководителя Союза театральных деятелей Геннадий Смирнов, входивший в рабочую группу по разработке поправок в ТК. – Ни о какой аттестации там речи не идет. Аттестация – это просто бытовой термин». По его словам, речь в законе идет исключительно об определении востребованности того или иного артиста в текущем и в перспективном репертуаре. Если артист вовлечен в творческий процесс, значит, он остается в труппе. Если нет – его на новый срок не переизберут. Определять степень востребованности того или иного артиста будет специально созванная для этого комиссия, в которую будут входить руководство театра, представители учредителя (то есть департамента культуры или Министерства культуры), СТД, профсоюзов. При этом критерии, по которым будут оценивать артистов, до сих пор не ясны.

Процедура переизбрания, по словам г-на Смирнова, дает возможность постепенно, в течение 3–5 лет, перевести всех артистов на срочные трудовые договоры: «В этом и состоит цель переизбрания – чтобы все работали в одинаковых условиях. Ведь сегодня со всеми руководителями театров – и художественными, и административными – заключают срочные трудовые договоры.

Кроме того, руководителя театра учредитель может уволить в любой момент без объяснения причин, в то время как артисты, работающие в его театре, защищены тем самым бессрочным трудовым договором. А это препятствует нормальному функционированию театра. И вот это препятствие новый закон и призван устранить».

Несмотря на все доводы «за» поправки, многие представители культурного сообщества видят в переаттестации возвращение к 1980-м годам, когда она и была введена в практику советских театров. Тогда актеров, имеющих в глазах закона статус госслужащих, можно было уволить только двумя путями. Или по Гражданскому кодексу за нарушение трудовой дисциплины (со всеми обязательными ступенями: выговор, строгий выговор, выговор с предупреждением). Либо путем переаттестации, когда с актером расторгали трудовой договор как с «непрошедшим творческий конкурс». Надо сказать, что переаттестация тогда носила в большинстве случаев формальный характер, поскольку Иван Иваныч голосовал за Петра Петровича, ожидая встречную любезность. Зарплаты актерам платились государством согласно штатному расписанию, и театр был не слишком озабочен наличием «лишних единиц» в своих стенах.

Когда в перестроечные годы творческая аттестация была отменена, все ожидали, что на ее место заступит контрактная система, перенятая из практики западных театров. И действительно, сейчас в наших театрах все больше актеров нанимаются на контрактной основе, но рядом с ними работают их коллеги, пришедшие в коллектив еще в советские времена и являющиеся «штатными единицами», уволить которых не в силах никакой худрук. К тому же зарплата артистов, не занятых или мало занятых в репертуаре, так называемому «балласту», становится для театров настоящим бременем. Если в труппе скапливается балласта больше, чем кормильцев, театральный корабль неминуемо начинает тонуть.

Художественный руководитель театра «Школа современной пьесы» Иосиф Райхельгауз, отвечая на вопрос корреспондента «НИ», стал ли ему яснее новый законопроект после многочисленных обсуждений, сказал: «Нет, не стал, поскольку проблема эта неоднозначная. С одной стороны, она уже давно назрела и необходимо ее решить, а с другой – она очень проста. В Трудовой кодекс нужно внести всего один пункт – о необходимости заключения в творческих коллективах срочного трудового договора, контракта на один год. Всё. И отвечать за этот контракт должен руководитель театра, которого такими полномочиями наделяет учредитель, то есть департамент культуры Москвы или Министерство культуры РФ». Иосиф Леонидович рассказал, что каждые пять лет с ним подписывают контракт на руководство театром (а «Школу современной пьесы» он возглавляет 24 года). После чего все 150 человек, которые работают в ШСП, включая труппу, оркестр, балетмейстеров, дирижеров и даже уборщиц и билетеров, принимаются на работу им. «И я отвечаю перед своими учредителями. Если они захотят, они со мной расторгнут контракт, и тот, кто придет после меня, будет набирать новых людей. Это простейшая схема, но вокруг нее очень много разговоров», – сказал Иосиф Райхельгауз, добавив, что если схема проста, то «никакой классификации, аттестации не нужно».

Неслучайно самые радикальные представители театральной общественности, недовольные половинчатостью самого положения о «переаттестации», требуют попросту перевести русский театр на контрактную систему западного образца. При этом полностью игнорируется тот факт, что контрактная система на Западе опирается на мощнейшую систему профессиональных союзов. Именно профсоюзы следят за тем, чтобы каждый пункт контракта выполнялся неукоснительно. Тут и соблюдение сроков, на которые заключен договор (ни днем раньше, чем истечет срок контракта, театр не может расстаться с нанятым артистом). Следят профсоюзы и за соблюдением условий контракта: строго нормированный рабочий день, минута в минуту перерыв на обед, за любую «переработку» – повышенный в разы оклад.

Также неукоснительно профсоюзы заботятся о занятности своих членов. Режиссеры не имеют права не занимать актера на роли, оговоренные контрактом, или приглашать исполнителей со стороны, когда в труппе есть актер на соответствующие роли. Много работающий в западных оперных театрах Дмитрий Черняков вспоминал, как профсоюз ультимативно потребовал, чтобы в массовке был занят актер-карлик, поскольку у него контракт. И все уверения режиссера, что появление карлика разрушит его художественную картинку, были бесполезны. Карлик был членом профсоюза, и его права были важнее, чем художественные идеи постановщика.

Профсоюз также заботится и о трудоустройстве своих членов, в случае непродления с ними контракта. Понятно, что лишенные мощной защиты своего профсоюза (а профсоюзы в российских условиях – организации-фикции) наши актеры оказываются в ситуации контрактной системы чем-то наподобие трех поросят, лишенных каменного домика-защиты. Именно поэтому введение контрактной системы без развития системы творческих профсоюзов – это, по сути, внесение зажженной спички в пороховой погреб. Так рванет, что мало не покажется.

Считается, что поправки в Трудовой кодекс, благодаря которым все артисты перейдут на срочные трудовые договоры, поспособствуют появлению в театрах новых вакансий, и вопрос так называемого мигрирования из одной труппы в другую станет менее острым. Например, артист, не нужный одному театру, найдет себе работу в другом. Но увольнение будет означать, что актер не прошел аттестацию, что он не востребован. А не востребован он, скорее всего, по причине своего преклонного возраста или не самых выдающихся творческих способностей. Возникает вполне резонный вопрос: а захотят ли другие худруки работать с «неаттестованным» артистом?

Закон о переаттестации – мера компромиссная. Судьбу актера предложено решать не единолично администрации театра, но художественной комиссии. Понятно, почему ею будут недовольны и справа, и слева. Но также понятно, что сейчас любой бескомпромиссный шаг чреват общественным взрывом. А как советовал самый желчный и самый умный из наших классиков Салтыков-Щедрин: «Вводить просвещение по возможности без кровопролития».

Опубликовано в номере «НИ» от 23 мая 2013 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: