Главная / Москва / 11 Декабря 2012 г.

Атланты социалистического труда

Идеология не всегда мешает творческому постижению

МАРИЯ КРАСНОКУТСКАЯ

В Третьяковской галерее на Крымском Валу проходит выставка «Радость труда и счастье жизни. Идеалы ушедшей эпохи». И надо признать, что выставка эта довольно необычна. Во-первых, экспозиция занимает всего один небольшой зал, во-вторых, ее название не соответствует содержанию.

М. Рындзюнская. «Юная стахановка хлопковых полей Мамлакат Нахангова». 1940 г.<br>Фото: САЙТ ТРЕТЬЯКОВСКОЙ ГАЛЕРЕИ
М. Рындзюнская. «Юная стахановка хлопковых полей Мамлакат Нахангова». 1940 г.
Фото: САЙТ ТРЕТЬЯКОВСКОЙ ГАЛЕРЕИ
shadow
От такого названия зритель ждет и жнецов, и ясноглазых вязальщиц снопов, и девочек с косичками, и юношей-авиаторов (кто, как не авиатор, был идеалом 1930-х?), и постовых милиционеров – справедливых, с добрым прищуром голубых глаз. Вспомним расхожее представление о советском официальном искусстве как о торжестве колхозно-тракторной тематики, помноженной на спортивные успехи. Между тем даже дистиллированный соцреализм в реальности сложнее, чем кажется. И выставка с успехом это подтверждает.

Зритель недоброжелательный, настроенный скептически – и тот едва ли будет потешаться над собранными в зале экспонатами. Может быть, оттого, что насмешку обычно вызывает сочетание в искусстве лжи и бездарности. Грустно, когда хороший художник фальшив; когда бездарность искренна – это сентиментально. В нашем случае художники собраны почти сплошь хорошие, некоторые даже отличные, и почти все не лгут. Это особенно ценно, памятуя, как охотно в 1930-е годы посредственность прикрывалась реализмом.

В советском искусстве существует много произведений, мертворожденных с самого начала, предназначенных для партийных кабинетов. Однако есть и другие, написанные с верой в создание нового человека и нового мира. Цель выставки, очевидно, объединить в одном зале изображения нескольких типов трудового класса: стахановцев, собирателей хлопка… Ирония в том, что при их создании художники-соцреалисты порой орудовали не такими уж реалистическими приемами.

Да и что такое, в конце концов, соцреализм? Метод, у которого не было ни одного оригинального, свежего выразительного средства. Соцреализм на протяжении своего существования пользовался чужими художественными находками, кроился по чужим лекалам. Тем ценнее вдруг встретить в нем самобытное произведение.

Даже не будучи поклонником искусства 1930-х годов, стоит прийти на Крымский хотя бы ради двух работ талантливого советского скульптора Сарры Лебедевой. Ее авторству принадлежат два портрета – Чкалова и Стаханова. Если не знать героев в лицо, можно принять их за братьев. Однотипные мужицкие лица, сделанные с вибрирующей, несоветской страстью, изображают обобщенный тип нового человека. Впрочем, обобщенный – не значит обезличенный, напротив – перед нами пластичная, яркая мечта о герое. Как раз тот случай, когда искусство облагораживает.

С. Лебедева. «Шахтер». 1937 г.
Фото: САЙТ ТРЕТЬЯКОВСКОЙ ГАЛЕРЕИ
shadow Достойны внимания на этой выставке и некоторые работы других художников. Очень условному «импрессионизму» Лебедевой противопоставлен «классицизм» других видных скульпторов – Мотовилова и Манизера. Фигура «Металлург» Мотовилова у недоброжелательного зрителя способна вызвать если еще не смех, то уже улыбку: она является открытым подражанием древнегреческой классической скульптуре. Поза металлурга напоминает о Посейдоне с трезубцем или о воине с копьем. Разве что, в отличие от первоисточника, нагота рабочего целомудренно прикрыта. Замечательно, что в греческой классической статуе важнее всего поза и жест; лицо же – идеальная и непроницаемая маска. Мотовилов обращает внимание зрителя на курносое, широкоскулое лицо, натужно вглядывающееся вдаль. В этой-то напряженности рабочего, которого наверняка заставили позировать, в чуждой ему роли, с этой модной среди пролетариев прическе – сзади выбрито, спереди чуб – есть неуклюжая и привлекательная подлинность. Она выгодно отличает данную скульптуру от других творений того же автора.

Напротив «Металлурга» стоит юная стахановка хлопковых полей, высеченная в граните скульптором Рындзюнской. Страшно сказать, но в 1940 году изображение стахановки выглядит родственным надгробию Борисова-Мусатова 1910-х годов. Только там несвободный от гранита спящий мальчик, а здесь освобождающаяся девочка, словно, шагая, она сбрасывает с себя лишний камень. Заложенной в ней энергией статуя очень напоминает опять-таки древнегреческих кор и куросов.

Не чувствуется идеологического акцента и в майоликовых портретах героев труда. Краска, цветовое пятно – вот что в них главное, и даже ордена на халатах выглядят декоративным узором.

Когда человек в искусстве используется как инструмент пропаганды – это соцреализм в худшем смысле слова. Но выставка «Радость труда и счастье жизни» обнадеживает: она дает понять, что для большого художника идеология – всегда предлог для постижения человека.

Опубликовано в номере «НИ» от 11 декабря 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: