Главная / Газета 21 Ноября 2012 г. 00:00 / Культура

Рождение трагедии

«За холмами»: история, в которой не виновен никто и виновны все

ВИКТОР МАТИЗЕН

По некоторым отзывам с Каннского кинофестиваля можно было подумать, что Кристиан Мунджиу снял антиклерикальный фильм о том, как монашки, пытающиеся изгнать бесов из новой послушницы, доводят ее до смерти. В действительности это не совсем так или даже совсем не так. Перед нами трагедия, к которой привели естественные человеческие побуждения, но можно вычитать и промысел Божий.

Фото: КАДР ИЗ ФИЛЬМА
Фото: КАДР ИЗ ФИЛЬМА
shadow
Сейчас модно писать в титрах фильма: «Основано на действительных событиях», но зачастую это не более чем рекламный трюк: в реальности автор всего лишь вычитал в газете или выловил в Интернете фабулу, а все остальное выдумал, не потрудившись изучить то, что было на самом деле. В фильме румынского режиссера такого предуведомления нет, хотя многим зрителям известно, что нечто подобное случилось в одном из румынских православных монастырей. Тем не менее с первых же кадров видно, что Мунджиу не понаслышке знаком с мирами, которые затрагивает действие его картины: если нам показывают монастырь, больницу, полицейский участок и частный дом, то они неотличимы от настоящих, и убеждает в этом прежде всего плотность экранного быта и огромное количество деталей, о которых создатели множества фильмов не имеют и не желают иметь никакого понятия. То же относится и к поведению персонажей – на экране будто бы не актеры, разыгрывающие роли врачей, монашек и полицейских, а всамделишные доктора, послушницы и представители правоохранительных органов. Режиссер не позволяет себе ни приблизительности, ни «киношной» условности, ни пережима, ни фокусов, рассчитанных на доверчивых зрителей, – хотя к подобным трюкам охотно прибегают российские режиссеры, даже столь разные, как Михалков и Балабанов. Камера Олега Муту то дышит в затылок героям, то смотрит им в лица, то рассматривает человеческий рой издали или сверху, создавая впечатление скорбного присутствия Бога. От нее не спрячется даже мелкая фальшь, и поэтому фальши нет ни в одной точке экранного пространства.

К молодой румынской послушнице приезжает давняя знакомая, какое-то время назад отправившаяся на заработки в Германию и теперь стремящаяся забрать туда свою подругу, уже избравшую другой жизненный путь. Две сироты из одного приюта: неуравновешенная, ревнивая, нетерпимая, авторитарная, но маниакально зависимая от подруги Алина, и тихая, робкая, но внутренне достаточно твердая Войкица, преодолевшая любовь к ней ради любви к Богу. Все ведет к нервному срыву – и он происходит. Не зная, что делать с сорвавшейся с цепи гостьей, монашки отправляют ее в больницу, где ее пичкают лекарствами, но ничего не могут сделать с душой – тем более что психиатрический корпус закрыт на ремонт. В доме приемных родителей, из которого Алина фактически сбежала, живет новая постоялка из детдома. «Психическую» некуда девать – и движимая сочувствием к подруге Войкица упрашивает настоятеля взять ее в монастырь. Тот скрепя сердце соглашается – из христианского милосердия. Следует новый припадок бешенства, и монашки в бабьей панике уговаривают батюшку испытать единственное ведомое им средство – насильственное изгнание беса из несчастного, вопящего, вырывающегося и физически сильного существа, кончающееся никем (кроме, может быть, ее самой) не желанной смертью Алины.

Мунджиу и его оператор с не оставляющей никаких надежд убедительностью показывают неизбежность совершившегося. Никто не хочет зла, однако оно рождается на самом бытовом уровне и на глазах вырастает до метафизического. Сбитые в черную копошащуюся кучу монашки, обуянные ужасом и жалостью, кажутся чудовищем из преисподней. Торопливо сбитые носилки из досок выглядят как подобие креста, привязанная к нему жертва мочится под себя, и прибывший на место преступления полицейский непроизвольно задает жутковатый вопрос: «Отчего крест воняет?». А потом промчавшаяся по слякоти машина швырнет ком снежной грязи в ветровое стекло фургона, где сидят преступницы-жертвы вместе с дознавателями, и поставит точку в трагедии.

Как и «Смерть господина Лазареску», снятую румынским режиссером Кристи Пуйю, «За холмами» хочется назвать великим фильмом.

Опубликовано в номере «НИ» от 21 ноября 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: